Чтение онлайн

Этой подготовительной практикой может заняться тот, кого джайнская традиция называет апунарбандхака— человеком, который после множества жизней устал от мирской суеты и решается на свое последнее перевоплощение. Для Харибхадры, однако, истинная практика йоги возможна лишь в случае духовно более зрелого человека. Он ведет речь о самъяг-дршити— о том, кто имеет правильное представление или понимание, и чаритрине— кто утвердился на духовном пути.

Апунар-бандхаканаходится на первой из четырнадцати ступеней лестницы добродетелей, описанной выше, где преобладает иллюзия эго. Самъяг-дришти,которого Харибхадра сравнивает с буддийским бодхисаттвой,достиг четвертой ступени, где преобладает основополагающее духовное видение, но еще слаба дисциплина. Чаритринзанимает пятую ступень, для которой характерно желание отрешиться от мира и вести аскетический образ жизни.

Харибхадра говорит о пяти уровнях истинной йоги, для которых подготовлен лишь один чаритрин:

1. Адхьятман,или адхьятма-йога, — постоянное памятование, или напоминание о своей сущностной природе.

2. Бхавана,или созерцание, — повседневное сосредоточенное наблюдение самой сущностной природы ( адхьятман), которое увеличивает качество и продолжительность пребывания человека в духовно положительных ментальных состояниях.

3. Дхьяна,или медитация, — удержание ума на желательных предметах, которое сопровождается тонким наслаждением. Такая медитация ведет к большой умственной устойчивости и возможности мысленно влиять на других.

4. Самата,или «ровность», — безразличие к тем вещам, что обычно притягивали бы или отвращали. Выработка подобной установки включает воздержание от использования психических способностей (риддхuили cuддxu),и это ослабляет действие тонких кармических сил, которые привязывают человека к мирскому существованию.

5. Вритти-санкшая,или полное отстранение волнений сознания, означает совершенное преодоление вызываемых кармой психоментальных состояний. Это ведет к освобождению (мокша),которое «нерушимо и является местопребыванием вечного блаженства» (Йога-бинду 367).

В основе продвинутой йогической практики лежит созерцательное углубление, которое каждый последователь джайнизма должен практиковать, по меньшей мере, один раз в день в течение одной мухурты(сорок восемь минут) утром. Аскет, естественно, должен уделять этому упражнению большую часть своего времени. Но миряне могут принять на себя дополнительные обеты, обязывающие их, скажем, медитировать трижды в день более продолжительное время.

В отношении того, как следует осуществлять саму медитацию, нет никаких строгих предписаний; имеются на выбор различные техники, часть из которых очень напоминает тантрические упражнения. В Таттва-артха-сутре(9.27–46) Умасвати медитация разъясняется следующим образом:

Медитация (дхьяна) есть остановка (ниродха) однонаправленного ума (чинта) в [случае, когда человек обладает] высшей твердостью…

…до одной мухурты [сорок восемь минут].

[Медитация может быть четырех видов: ] гнетущая (арта), дикая (раудра), доблестная (дхарма) или чистая (шукла). [Лишь) два последних [вида] служат освобождению.

Гнетущая медитация происходит, когда после соприкосновения с неприятным опытом (амано-джняна) пребываешь памятью [об этом опыте], дабы отрешиться от него и [неприятных] ощущений, противных приятному опыту, и от «связи» (нидана), [которая есть желание претворить определенное намерение в будущей жизни]. Такая [гнетущая медитация] происходит в случае несобранности, частичной собранности и небрежности в остановке. Дикая [медитация], которая происходит в случае несобранности, частичной собранности, служит вреду, лжи, воровству или сохранению имущества. Доблестная медитация, [которая происходит] в случае [подвижника, который] собран вниманием, служит установлению преподанного порядка (аджня)[то есть священной традиции], ослаблению (стаи)[Я через карму], созреванию (атака)[кармы] и установлению (самстхана)[вселенной]. [Такая медитация происходит] также в случае тех, чьи страсти либо упокоены, либо исчезли.

[В случае т ех, чьи страсти ( кашая)вовсе исчезли, происходят] к тому же первые две чистые медитации. Последние [две чистые медитации происходят в] случае преодолевающего (кевалин).

[Четыре вида или ступени чистой медитации таковы:]

Полагание (витарка)обособленности и единичности, погружение (пратипатти)в тонкую деятельность и прекращение покойной деятельности. Такая [четверичная чистая медитация происходит в случае тех, что соответственно испытывают] троичное, единичное либо чисто телесное действие (йога),[как и те, что полностью] бездеятельны. В отношении первых [двух видов, которые сопровождаются] полаганием, [имеется] единственная опора [или предмет медитации]. Второй [из этих видов, сопровождаемых полаганием или витаркой,]находится вне рассуждения (авичара) [247] .Полагание есть [знание того, что] открылось свыше ( шрута).Рассуждение (витарка)есть обращение [ума] вокруг смысла (артха),символа (вьянджана)и деятельности (йога).

Как и все Сутры,этот труд едва ли понятен без комментариев. В частности, неясно изречение 9.42. По-видимому, третья ступень чистой медитации (шукла – дхьяна) состоит исключительно из телесной деятельности. На этом уровне отсутствует всякое полагание ( витарка)либо рассуждение ( вичара).Затем на четвертой и заключительной ступени уже умиротворенная телесная деятельность полностью преодолена. Первая ступень чистой медитации попадает в промежуток между восьмой и одиннадцатой ступенями четырнадцатиричного пути, вторая относится к двенадцатой ступени, третья к тринадцатой, а четвертая совпадает с четырнадцатой ступенью, за которой следует великое событие освобождения.

Любопытна сама схема четырех видов или ступеней медитации, а терминология сильно напоминает словник Йога-сутрыПатанджали. Но Умасвати, автор этого джайнского произведения, располагает своим собственным своеобразным толкованием таких ключевых йогических понятий, как витаркаи вичара.Схожая ситуация сложилась и в буддизме, который также предложил свои собственные объяснения, хотя они предшествовали определениям Патанджали.

Созерцательное углубление можно практиковать либо сидя, либо стоя. Джайнские сочинения упоминают такие позы, как «ложе» ( парьянка) и «полуложе» ( ардха-парьянка),когда человек находится в полулежачем положении, и твердая поза (ваджра-асана,пишется ваджрасана),поза лотоса ( камала-асана,пишется камаласана) и поза портного или удобная поза ( сукха-асана, пишется сукхасана),которую следует практиковать в подходящем месте. Однако порой рекомендуется, чтобы место было скорее неприятным, нежели удобным, что напоминает тантрический обычай медитации посреди мертвых тел в месте их кремации — живое напоминание непостоянства всего сущего.

Некоторые тексты, наподобие Йога-шастрыХемачандры, упоминают другие позы (асана),схожие с теми, что известны индуистской йоге, такие, как доблестная поза (вира-асана,пишется вирасана),бодрая поза ( бхадра-асана,пишется бхадрасана)и палочная поза (данда-асана,пишется дандасана).Хемачандра также ссылается на некие уткатика-асану(пишется уткатикасана)и годохика-асану(пишется годохикасана)и замечает, что нет никаких правил по выбору той или иной позы. Общим техническим термином для созерцательной позы служит слово кая-утсарга(пишется кайотсарга,«освобождение от тела»), которая иногда также рассматривается как отдельная поза. Само название указывает на то, что целью подобных йогических поз является не столько развитие тела, сколько преодоление его. В своей Нияма-саре(121) Кундакунда придает этой практике психологический смысл: