Чтение онлайн

– Это может быть совпадением, – сказал книжный червь (звали его Гектором). – Все знают, что они неравнодушны друг к другу, и нет никакой экстрасенсорики в том, что они друг на друга смотрят.

Мартин и весь класс замер после отповеди Гектора. Он имел смелость говорить без стеснения.

– Такого рода экстрасенсорика – просто иллюзия, – продолжал Гектор. – Это как волшебное шоу. Фокусник проделывает невообразимые трюки, и все в изумлении, но настоящее чудо в том, что второстепенный объект внимания, фокусник, держит все под контролем. Таким же образом сеансы экстрасенсорики и прочие глупости не что иное, как волшебное представление. Медиум навевает призрачные видения, и каждый попадает под их влияние, в то время как настоящий экстрасенс – тот, кто, отходя на второй план, управляет всем, нажимая невидимые кнопки.

Гектор сделал паузу.

– В заключение, профессор. Все, что мы зовем паранормальными явлениями и что приковывает наше внимание, на самом деле всегда имело вторичный объект.

Класс одобрительно загудел.

Лицо Гектора смущенно покраснело.

Мартин жестами водворил тишину.

Он встал и посмотрел на часы. Было два сорок пять. Пять минут до конца. Он заметил фигуру Джона Госса в дверях.

– Время перемены.

Неодобрительные и недовольные возгласы наполнили класс.

– Я знаю, что собирался заниматься без перемен, но сейчас я понял, что это необходимо.

– Понадобится ли нам взгляд тритона или змеиный язык для этого, профессор?

– Нет, – сказал Мартин. Он улыбнулся кислым лицам студентов. – Я хочу, чтобы вы поиграли. Я ссылаюсь на это как на трудный для кого-то день. Вы можете ехать на автобусе или идти для этого в кино. Ключ там, где вы собираетесь найти скучающих людей. Настоящая скука – в ожидании автобуса или начала киносеанса. Выбираете свою жертву. Затем пристально смотрите на основание черепа. – Тихие смешки послышались со стороны студентов. – После того, как все готово, вы даете ему задание. Постоянно посылайте ему указания, мысленно, не голосом, стараясь заставить его повернуться.

– Что это докажет? – спросила Нэнси.

– Это докажет способность заставить кого-то волноваться при помощи мысли.

Мартин подождал тишины. С заднего ряда ему улыбалась Мери, показывая на свои часы. Он неуверенно посмотрел на Джона, еще стоящего в дверях, и понял, что он не мог не видеть Мери.

«Ну так что ж», – подумал он и продолжал:

– И наверняка случится так, что ваш объект начнет вертеться. Он начнет почесывать затылок или поправлять одежду, особенно вокруг шеи. Еще раз повторяю, что стоит выбирать объект, который выглядит спокойным и расслабленным. Беспокойство, которое вы причиняете человеку, будет лишь крошечным проявлением и для некоторых, я понимаю, недостаточным. Но если вы постараетесь, есть шанс, что ваш объект обернется, и, о чудо, из дюжины возможностей он выбрал возможность посмотреть вам в глаза.

– Совпадение.

– А если вы думаете, что это совпадение, проделайте это столько раз, сколько захотите, – сказал Мартин, игнорируя ропот.

Зазвенел звонок, студенты вскочили с мест и направились к двери.

– Завтра мы обсудим ваши результаты, – закричал Мартин.

Пока они выходили, Мартин сидел в кресле, положив ноги на стол. Занятия закончены до завтра.

Мери захлопала в ладоши на заднем ряду. Он не возражал, когда она попросилась посидеть в аудитории. Она хотела посмотреть, что значит посещать университетские лекции. Он знал, что сейчас он развеял миф о стандартах высшего образования.

– Да, – сказал Джон, направляясь к столу. – Отлично, ты их определенно озадачил.

Мартин улыбнулся натянутой улыбкой, понимая, что Джон видит это. Он знал Мартина достаточно хорошо, чтобы понять, что он обеспокоен.

Джон посмотрел на женщину, идущую к ним. Он знал, что эта женщина беспокоит Мартина. Он так часто видел это раньше.

– Хочешь, чтобы я ушел? – спросил Джон, глядя на женщину. Она была не похожа на студентку, но в ней было что-то очень знакомое.

– Нет, – сказал Мартин, смирившись. – Это должно было произойти.

Женщина остановилась рядом с Джоном.

– Помнишь Мери?

Его словно ударили по лицу.

– Да... Как ты живешь?

– Нормально... Джон?

– Правильно, – сказал он, выдавив улыбку. – Я не видел тебя столько лет. Ты как всегда прекрасна.

– Спасибо, – она блеснула улыбкой. – Ты все так же скор на комплименты.

– Говорю правду.

Мартин снял ноги со стола. Он рассматривал свои руки, тупо глядя на капельки пота, выступившие на них.

– Джон, я должен тебе сказать кое-что.

– Ничего не нужно, – сказал Джон, силясь улыбнуться. – Нет ничего плохого в том, что старые друзья встретились.

Мартин, не в силах выдержать взгляда, поднялся на ноги.

– Это нечто большее. Энни и я не живем больше вместе.

– Это плохо.

Он чувствовал, как умирает иллюзия. Он всегда считал Энни и Мартина идеальной парой и думал, что ничто не может встать между ними.

– Послушай, Джон, – мягко сказал Мартин. – Вещи меняются. Ничего нет постоянного.

– Энни знает?

– Нет, но, думаю, догадывается.

– Ты должен сказать ей.

– Я же сказал, – сорвался он на крик, и затем глубоко вздохнул. – Она наверняка уже знает это каким-то образом. Я сказал ей, что поживу пока что у тебя.

Он начал ходить по комнате, ища слова объяснения.

– Шен дружит с сыном Мери Брайаном, и Энни знает, что Мери нет дома. Сложив эти обрывки, она все поймет.

– Что собираешься делать?

– Собираюсь просить развода.

У Джона отвисла челюсть.

– А что же будет с детьми?

– Они достаточно взрослые, они поймут.

– Ты соображаешь, что ты делаешь? Ты разрушаешь все, что у тебя было. Я думаю, что ты должен все обдумать для начала.

– Все уже обдумано, – отрезала Мери, – голос ее свистел, словно бритва. – И я не думаю, что это твое собачье дело.

– По крайней мере, скажи Энни! – закричал Джон.

– Я собираюсь позвонить ей...

– Позвонить! – закричал Джон. – И в этом все твое уважение к ней? – Он угрожающе поднял палец. – Если ты таким образом хочешь решить этот вопрос, тогда мне с тобой уже ничего не поделать.

– Он в тебе не нуждается, – проговорила Мери.

Джон зло посмотрел на нее.

– Да, мне кажется, что так. Вы оба друг друга стоите.

Мартин шагнул к Джону, но сдержался в присутствии Мери.

– Упрямый мальчишка, – проронил Джон. – Я думал, ты был мужчиной.

– Почему же ты не уходишь? – сказала Мери в большей степени требовательно, чем вопрошающе.

Джон не обратил на нее внимания.

– Если в тебе нет мужества прямо сказать ей об этом, это сделаю я. И не пойми неправильно, я сделаю это не для тебя. Я сделаю это для Энни. Она это больше заслужила.