Чтение онлайн

В отдельном помещении, где стерильность достигает ста процентов, производится сборка самого устройства. Чтобы попасть в это помещение, следует пройти несколько этапов очистки и доочистки, что может занимать по времени около одного часа. Инженеры, которые производят сборку устройства, работают в специально для этого разработанных стерильных комбинезонах. Дышат регенерированным воздухом, который находится у них в специальном мешке. Система регенерации производится поглощением углекислоты устройством при выдохе, а при вдохе выделяется кислород из специального патрона, который активируется специальным устройством запуска. Вы только представьте себе, когда сборка реактора будет готова, внутри него должен быть чистый вакуум и ни одна молекула вещества там не должна находится. Как Вы думаете сколько уйдёт времени чтобы закрутить четыре винта М-5, ну к примеру две минуты, а вот подготовиться к этому придётся минут пятьдесят. Да это как в космосе, чтобы выйти в открытый космос на МКС, потребуется несколько часов подготовки, а сама работа может составить двадцать минут времени.

А самое интересное, рядом с этим помещением, находится герметичная камера. С виду это обычная комната но, оттуда можно откачать воздух и получить почти вакуум. Вот там и находится ускоритель элементарных частиц, где будут получать античастицы. При помощи мощных антигравитаторов[1] при полном вакууме, электромагнитным полем будут передавать античастицы материи в цилиндры реактора. Конечно это будет в самый последний момент, но это будет являться самой ответственной операцией всего проекта.

Прошло несколько месяцев, наступил декабрь. Все работы шли точно по графику. Сборка реактора почти закончилась. На полную мощность вывели все модули ускорителя частиц (коллайдера). Проект подходил к своей завершающей фазе.

С Семеном Фёдоровичем у Максима сложились очень хорошие отношения, даже можно сказать дружеские. Они хорошо понимали друг друга и разговаривали на одном «языке, языке» науки. Семён Фёдорович был как и Максим очень талантливым учёным.

Максим вышел из кабинета, прошёлся по лаборатории и внизу увидел Семёна Фёдоровича, который разговаривал с кем-то из инженеров. Максим спустился по лестнице и подошёл к ним. Инженер ещё что-то договорил и скрылся в одном из отделов лаборатории.

– Ну что Семён, скоро будем запускать «машинку», - произнёс Максим.

– Да, я думаю ещё несколько дней и начнём заправку, - с оптимизмом ответил Семён Фёдорович.

– Завтра начнём подготовку… - Максим не успел договорить, как раздался звонок мобильного телефона. Он внимательно выслушал абонента на другой стороне и сказал:

– Слушай Семён, звонил Кузнецов, он сейчас должен приехать сюда.

– Наверное что-то срочное, он же сегодня присутствовал на планёрке и ничего не сказал. – Ответил Семён.

– Ну что же, тогда по чашечке чая, подождём, узнаем. – Сказал Максим и они отправились в его кабинет.

Ровно через пятнадцать минут секретарь сообщил, что Кузнецов прошёл в кабинет.

– Ооо! У Вас чаепитие, ну здравствуйте ещё раз на сегодня. Что меня то угостите чайком? – Спросил Кузнецов.

– Здравствуйте Виктор Сергеевич. – Ответили Максим и Семён, затем Максим нажал кнопку селектора и сказал.

– Пожалуйста, принесите ещё чашку чая.

Тут же открылась дверь и вошла секретарь, у неё в руках был небольшой золотистый поднос. На стол она поставила чашку чая, печенья и быстро удалилась.

– Ну что друзья, начнём совещание за чашкой чая.
– Сказал Кузнецов. Он сегодня был в каком то радостном настроении.

– И так, прежде чем начать совещание, сразу хочу напомнить что, разговор который сейчас пойдёт здесь, является секретным.

– Так же у нас весь проект является секретным, -высказал своё мнение Семён.

– Да конечно, это именно так, но предупредить я обязан, - повернувшись к Семёну сказал Кузнецов и продолжил:

– Я сейчас только что приехал с совещания правительства России. Совещание проходило на уровне совета безопасности с участием президента нашей страны. Оно было полностью посвящено новейшему оружию, которое создаёте Вы в этой лаборатории.

– Стоп, стоп, Виктор Сергеевич, пока никакого оружия ещё нет. То, что сейчас мы создаём, ещё не испытано! И ещё неизвестно как этот новый реактор себя поведёт. И Вы, Виктор Сергеевич, прекрасно знаете, чем закончились испытания, которые проводил я. Или Вы забыли, что произошло за какие-то секунды после активации моего первого реактора, хотя расчёты были совершенно другими. Мы имеем дело с «неизвестным» и надо проводить ещё ряд испытаний, причём с максимальной осторожностью. Когда мы сможем управлять этой колоссально мощной энергией, только тогда это можно назвать оружием, - эмоционально закончил своё выступление Максим.

– Успокойтесь, пожалуйста, конечно все испытания будут проходить согласно представленным картам[2] начальниками, технологического и конструкторского бюро. По поводу оружия, ну я думаю всё-таки, это устройство должно иметь своё «имя», поэтому подумайте над этим.

Кузнецов посмотрел на свою чашку чая, и только сейчас вспомнил что она принадлежит ему. Он осторожно сделал несколько глотков крепкого и ароматного напитка, поставил чашку на стол и продолжил:

– Вот что друзья, по графику с отчётностью у вас всё в порядке, как говориться всё идёт своим «чередом». Но всё же сейчас мы должны определиться с датой испытания. На первом совещании Государственной безопасности будет решаться вопрос с местом проведения испытаний и доставкой устройства до этого места. Как вы понимаете всё это, вместе с самими испытаниями пройдёт в полной секретности. Это всё что я хотел вам сказать. Какие у вас есть вопросы?

– В радиусе хотя бы ста километров не должно находится ни одной живой «души» и я прошу это учесть при испытаниях, - высказался Максим.

– Все технические вопросы, изложите в регламенте и продумайте всё до мелочей. С учётом Вашего регламента, правительством России будет дано поручение службе безопасности, разработать все организационные мероприятия, связанные с этими испытаниями. Ещё есть вопросы? – Спросил Кузнецов. Стояла тишина.

– Итак, дата испытаний, давайте подумаем, или есть какие предложения? – Сказал Кузнецов и стал допивать свой чай.

– Ну, я думаю несколько дней на подготовку, заправку, да и пару дней на всякий случай должны быть в запасе, в общем неделя, - предложил Максим. Кузнецов перевёл внимание на Семёна Фёдоровича и посмотрел на него.

– Согласен. – Сказал Семён Фёдорович.

Кузнецов недолго думая сказал:

– Ну что, я тоже не против. Ровно через неделю в понедельник, это будет у нас 15 декабря, испытаем и покажем «огонёк» нашим «друзьям» за океаном…

Не дав договорить до конца Кузнецову, Семён Фёдорович вскочил со своего места и выкрикнул:

– Огонёк! Огонёк, мы назовём наш реактор «Огонёк».

Все рассмеялись.

– Ну а почему бы и нет, давайте назовём «огонёк» - сквозь смех сказал Максим.

– Ну, здесь я слова не имею, здесь я должен только согласиться. Это же ваше «детище» и вы вправе дать этому «творению» название. На этом совещание закончено, - произнёс Кузнецов и все стали расходится.

Когда закончился рабочий день, Максим плёлся домой с какой-то усталостью во всём теле. Он просто передвигал ногами, чтобы двигаться в направлении к дому. Конечно же он выматывался и отдавал себя работе полностью. Даже идя домой с работы, он думал о реакторе, а вдруг что-то не учли в чертежах, или какая-то мелочь в электронной программе может «всплыть» неожиданно. Но он тут же себя успокаивал тем, что при наладке вся электроника тестируется, а узлы, которые собираются, проходят испытания.