Чтение онлайн

Вы считаете, что только благодаря предметам Борджиа смогли достичь такого могущества?

Мне нравится думать о фигурках как о метафоре, символе незаурядного дара, который время от времени судьба вручает тем, кого Лев Гумилев назвал пассионариями. То, что Чезаре Борджиа обладал феноменальной физической силой, его отец мастерски плел интриги, а сестра была виртуозной отравительницей — такой же известный факт, как дар убеждения, которым обладал Гитлер, или свойство Чингисхана вселять страх во вражеские сердца. Смогли бы они достичь своего могущества без этих даров? Вот и ответ на ваш вопрос. А кому или чему они обязаны дарам — загадка, разгадывать которую предстоит не мне.

При том, что в книге действуют одни мерзавцы, кто из них вызывает у вас наибольшую симпатию и почему?

У меня есть одно золотое правило: я не пишу о героях, которых не люблю. Вот таких, какие они есть — порочных, жестоких, неистовых, в чем-то очень уязвимых. Это нельзя назвать симпатией, потому что я не одобряю ни их поступков, ни мотивов, ни методов — просто мне безумно интересно наблюдать за ними, за тем, как они стали такими, и к чему это их в конце концов привело. Но если уж выбирать, то из всех Борджиа я отдаю предпочтение Чезаре. Он самый безудержный и открытый, а я ценю эти качества в людях, даже если они негодяи.

Существует ли реально картина Леонардо с изображением семейства?

Если верить хроникам того времени, Борджиа действительно просили Леонардо написать их портрет, но так и не достигли в этом успеха. Почему — неизвестно; вряд ли тут замешаны моральные соображения, поскольку да Винчи служил у Чезаре при его походе через Романью и бывал при дворе Лукреции в ее третьем замужестве, то есть сношениями с семейством «святых чертей» отнюдь не брезговал. Этот эпизод — одно из множества белых пятен в истории Борджиа, одно из тех, которым я осмелилась дать свое толкование.

Ну и напоследок самый пикантный вопрос: Чезаре был влюблен в Лукрецию или это домыслы врагов, как вы считаете?

Как я уже сказала, история этого рода полнится белыми пятнами. Едва ли не самое замечательное в Борджиа — их мифологизированность. Уже при жизни их считали буквально дьяволами во плоти, обвиняли во всех возможных грехах, но если ознакомиться с документальными фактами, то получится, что большая часть этих обвинений базировалась на ничем не подтвержденных слухах, домыслах, а иногда и явной клевете. Некоторые биографы убеждены, что обвинения в инцесте — «заслуга» Джованни Сфорца, первого мужа Лукреции, который мстил за унизительный развод, к которому его принудили Борджиа. Но с другой стороны, многие поступки Чезаре по отношению к сестре сложно объяснить всего лишь братской привязанностью. Словом, не бывает дыма без огня…

Такого еще не было. Знакомьтесь — это «Этногенез». С полным правом этот проект называется самым грандиозным в истории литературы! Каждая его книга — отдельная увлекательная история, каждая серия — новый поворот сюжета. Вас ждут затерянные миры и их секреты, захватывающие приключения, путешествия во времени и пространстве — в настоящее, прошлое, будущее. С каждой прочитанной историей у Вас появляется возможность самим складывать, словно мозаику или пазл, удивительную вселенную «Этногенеза».

Почему, по убеждению Артура Кларка, магия и технология неотличимы?

Почему человек начал искать пути к достижению будущего, лишь обретя прошлое?

Какими путями осуществляется развитие человечества, какие средства используются?

Как удается простому кочевнику покорить полмира, а никому неизвестному лейтенанту-артиллеристу стать императором и кумиром миллионов?

Нищий художник-неудачник вдруг открывает в себе дар убеждения необычайной силы и взмывает к вершинам власти. Но этот дар направлен во зло, и что сумеют противопоставить ему те, кого новый вершитель судеб обрекает на смерть?

Откуда приходят в наш мир воины, политики, ученые, художники, писатели, которым суждено не просто оставить след в истории, а изменить ее ход? Жестокие диктаторы, безудержные авантюристы, фанатичные террористы и гениальные философы — чем отличаются они от обычных людей?

Возможно ли разгадать тайну их «сверхспособностей» — феноменальную память, необычайную выносливость, выдающуюся силу, а порой и просто откровенно мистические свойства?

Известный историк-этнограф Лев Гумилев в поисках ответов на эти вопросы разработал теорию пассионарности, основу которой составляет идея об избыточной биохимической энергетике тех, кому суждено перевернуть мир.

Литературный сериал «Этногенез» продолжает и развивает идеи выдающихся ученых А. Кларка и Л. Гумилева. «Этногенез» — это оригинальная версия эволюции человечества, и лучшие современные авторы-фантасты представляют на суд читателей свои романы-объяснения.

Все книги проекта связаны между собой. Собранные воедино, они раскрывают перед читателем захватывающую картину человеческой истории. Как зародилась разумная жизнь, как она развивалась и есть ли у нее шанс на выживание — об этом и рассказывает «Этногенез».

Почему проект «Этногенез» — это не просто интересные книги и качественная литература?

Мы любим нашу историю. На страницах книг по новому оживают такие выдающиеся люди как Чапаев, Иван Грозный и многие другие. Надеемся, что частица нашего интереса к мировой истории, благодаря ее живому изложению, передастся и вам.

Мы пишем о вечных ценностях, но современным языком. По отзывам наших читателей, книги проекта читаются ими на одном дыхании. Некоторые из них даже говорят о том, что наши книги вновь вернули им интерес к чтению после долгого перерыва. Возможно читатели слишком добры к нам в оценке нашего труда, но нам приятно думать, что хоть отчасти это так.

И наконец, проект «Этногенез» — живой сериал: сюжеты и их герои рождаются практически на ваших глазах. Литературная мозаика складывается именно сейчас, когда вы читаете эти строки. Для авторов и создателей сериала очень важно мнение читателей — мы стараемся работать, чтобы вам было интересно.

Читайте, верьте, участвуйте!

СТРАХ

Зимний лес тих и угрюм. Едва рассвело, но солнца не видать. Сумрачная пелена сменила ночную мглу. Небо цепляет макушки елей, скатывается по их темным лапам, сливается с сизыми сугробами. Ни звука. В снежном безмолвии зреет и близится угроза — пока далекая, едва различимая, но неотвратимая, она истончает лесную тишину, наполняет тревогой.

Вот тяжело сорвалась с ветки ворона, с холодным шорохом посыпались комья снега. Суматошно треща, волной пронеслась над дорогой сорока. Рыхля сугроб, вскидывая задние лапы, рванул в чащу заяц. Разбежалось лесное зверье прочь от дороги. Лишь любопытная белка хвостатым огненным пятном метнулась на ель повыше, ухватилась за ствол, замерла, прислушиваясь.