Чтение онлайн

От Вёрта до Книлингенского моста каких-нибудь три километра. Виллих и Энгельс, ехавшие верхом, раньше других увидели мост. Армия уже прошла. Мост был свободен. Но на том берегу у самого моста суетились человек десять - двенадцать.

– Что они делают?
– с тревожным недоумением спросил Виллих.

– Черт их знает! Может быть, готовятся взорвать?

И вдруг они поняли: разводят мост!

– Канальи!
– прохрипел Виллих и хлестнул лошадь. Она рванулась, отбрасывая за собой комья земли.

Энгельс хлопнул по шее своего коня и дал поводья. Конь сразу пошел ходко и легко, настигая Виллиха. Шагов за восемьдесят до моста всадники поравнялись. Виллих был бледен и, казалось, ничего не видел вокруг, кроме кучки людей на том берегу. Бешенство прерывало дыхание и у Энгельса. "Сволочи!
– крутилось у него в голове.
– Перебрались за нашими спинами на тот берег, а нас оставляют на съедение пруссакам!"

Копыта обеих лошадей одновременно грохнули о доски моста, и в этот момент мост стал расходиться. Лошадь Виллиха испугалась дрогнувшей под ногами опоры и остановилась, затанцевала на месте. Виллих хлестал ее что есть мочи плетью, но она не шла вперед. Лошадь же Энгельса, допустив лишь мгновенный сбой в галопе, продолжала лететь вперед. Энгельс увидел, что между створами моста уже образовался зазор, но он не остановился, а, наоборот, лишь подбодрил лошадь шенкелями. Люди на том берегу видели и всадников на мосту, и, очевидно, уже весь отряд, приближающийся к реке. Там, должно быть, произошло замешательство, развод замедлился. Но все же крылья моста расходились.

Энгельс еще не изучил свою лошадь, не знал, умеет ли она брать препятствия, но выхода не было: пруссаки могут появиться в любой момент, прижмут отряд к берегу и уничтожат. И он пошел на риск!.. Грохот копыт... Мелькание досок... Все растущая полынья развода... Только бы не упустить момент прыжка... "Вперед! Вперед!" Скорее сердцем, чем мускулами, ощутив, что лошадь оторвалась от опоры, Энгельс в тот же миг перенес всю тяжесть тела на стремена. Внизу мелькнула вода. А-а-а-ап!.. Снова грохот, снова мелькание досок. "Ах ты какая молодец!" Но тут же Энгельс забыл о лошади, всем существом устремись к бешено приближавшимся людям. Он вырвал из-за пояса правой рукой пистолет. В группе людей, разводивших мост, два-три человека метнулись прочь, выкрикивая неразборчивые слова. Остальные замерли, насторожились. Энгельс вихрем подлетел к ним, резко осадил коня.

– Вы что делаете? Кто разрешил? Не видите разве, что на том берегу свои? Кто старший?

Люди молчали, ошеломленные внезапным наскоком. Почти все, кроме троих с ружьями, были вооружены косами.

– Я командир, - наконец нехотя проговорил один волонтер, как видно, крестьянин.
– Нам приказали ждать час, а потом развести, мы и разводим.

– Немедленно соединить! Вы видите, - Энгельс махнул рукой с пистолетом в сторону левого берега, - отряд подходит к реке.

Люди переминались с ноги на ногу.

– А кто вы такой?
– угрюмо спросил командир.

– Я начальник штаба отряда Виллиха. Слышали такой отряд?

– Слышали, но...

– Без разговоров! Немедленно соединить!

– Но у нас приказ...

– Вот тебе приказ!
– Энгельс угрожающе потряс пистолетом.
– Если вы тотчас не соедините мост, я уложу тебя на месте, как предателя революции. За дело!

– Бешеный какой-то, - проворчал командир, отворачиваясь.
– С такого станется... Давай, ребята!

Люди двинулись к разводному механизму, налегли, и через несколько минут крылья моста начали сходиться. Они приближались друг к другу с выматывающей душу медлительностью. Энгельс смотрел то на них, то на отряд, головная часть которого уже подошла к мосту. Когда крылья наконец сошлись, он облегченно, всей грудью, вздохнул, вытер потный лоб и благодарно похлопал по шее лошадь.

Виллих вступил на правый берег последним. Не слезая с коня, он обнял Энгельса и сказал:

– Будь в моей власти, я дал бы тебе сейчас боевую медаль. Во всяком случае, можешь считать себя спасителем отряда, и я у тебя в долгу.

– Медали - утеха для солдат и генералов, - махнул рукой Энгельс.

Подошел давешний командир группы:

– Что делать с мостом?

– Как что? Немедленно разводить!
– Виллих ударил хлыстом по сапогу. И чтобы живо! Пусть вам помогут наши люди.

Теперь работа пошла веселее, и вскоре крылья начали снова расходиться.

– Если хочешь знать, - сказал, улыбаясь и похлопывая лошадь, Энгельс, - настоящий спаситель не я, а она. Ты видел, как она ловко перемахнула развод?

– Еще бы! Я готов был спасать тебя в волнах Рейна...

– О! Теперь я знаю, как ее назвать!
– воскликнул Энгельс.

– Кого?

– Да мою лошадку. Она же до сих пор без имени. Так и назову ее Реттерин - Спасительница. А коротко - Рет.

Виллих засмеялся.

Наконец мост развели. И буквально минут через пять после этого на берегу показались пруссаки - вначале конный разъезд, потом стрелки. Было видно, как в досаде они метались по берегу, но сделать ничего не могли. Рейн в этом месте раскинулся широко, а других мостов поблизости не было.

На прощание пальнув три раза из пушек по раздосадованным пруссакам, отряд Виллиха двинулся в глубь правобережья, к баденской столице Карлсруэ.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Да, опять Карлсруэ. Еще не прошло и четырех недель, как Энгельс с Марксом были здесь, и вот теперь снова.

За это время произошло много важных событий, кое-что случилось и в Бадене. Энгельсу было, например, известно, что недели через две после того, как Маркс и он посетили Карлсруэ, а может быть, в известной мере и в результате их посещения, там возник так называемый "Клуб решительного прогресса". Его создали сравнительно более радикальные представители мелкобуржуазной демократии во главе со Струве, которых Брентано все больше теснил в своем правительстве, усиливая в то же время правые элементы. Члены "Клуба" - некоторые из них, в частности сам Струве, присутствовали на том памятном обеде - осуждали Брентано за его капитулянтскую бездеятельность, требовали от него левого сдвига в составе правительства и даже распространения революции за пределы Бадена. Брентано отверг все притязания оппозиции. Тогда шестого июня "Клуб" попытался организовать вооруженную антиправительственную демонстрацию. Однако и тут Брентано одержал верх: его поддержали гражданское ополчение и регулярные части. До кровопролития дело не дошло, и без этого демонстрация была разогнана, а "Клуб" закрыт. Словом, все как и должно быть в мире тех, кто создает пародию на "Войну мышей и лягушек".

Какие же еще произошли перемены за это время в Бадене и его столице?..

Виллих и Энгельс думали, что догонят свою армию в Карлсруэ, но они ошиблись - это случилось раньше. Оказалось, что Брентано не впустил отступающие союзные войска в свою столицу, а предоставил им размещаться в окрестных деревнях.

– Ну, с нами у него этот фокус не пройдет!
– зло сверкнул глазами Виллих.
– Пусть он размещает в деревнях того, кто бежит от неприятеля, а мы заслужили кое-чего получше.

– Да и не только в этом дело, - отозвался Энгельс.
– Присутствие в столице такого надежного революционного отряда, как наш, сейчас было бы весьма желательно.

Однако у въезда в город отряд был встречен сильным вооруженным заслоном: в столицу не пускали. Офицер, командовавший заслоном, достал из кармана бумагу, что-то поискал в ней и сказал:

– Отряд Виллиха? Прекрасно! Вам для размещения и отдыха предназначена деревня Дакслаиден. О, это настоящий рай!

– Рай?
– угрюмо переспросил Виллих.
– А где он находится?

– Всего в каком-нибудь часе ходьбы отсюда прямо на запад, по той же дороге, по которой вы шли, только под конец надо взять чуть левее.