Чтение онлайн

— Присаживайся, — предлагает она, кивая на диван. Сажусь. — Чай, кофе?

— Чай, — выбираю я из предложенного.

— Успокаивающих травок добавить?

— Нет, спасибо. Обычный чай.

Аэлита кивает. Ставит на стол две кружки с блюдцами и ложками и заварной чайник. Включает электрический. Пока вода шумно закипает, хозяйка достаёт из холодильника торт и пирожные. Разливает заварку.

— Как твои дела? — заботливо интересуется она.

— Относительно нормально.

— Как самочувствие?

— Физически хорошо. Боль больше не беспокоит, — отвечаю честно.

— Это замечательно, — кивает Аэлита, берет вскипевший чайник и разбавляет заварку в кружках. Садится напротив.

— Что ты решила? — без долгих прелюдий задаёт она главный вопрос.

Глядя ей прямо в глаза, сразу отвечаю:

— Я согласна.

— Я очень рада, Алла. Правильное решение, — улыбается хозяйка и гладит меня по руке. — Теперь нам надо обсудить условия и… Ты придумала, что скажешь родным?

— Да. Скажу, что нашла фонд, который согласился оплатить мои операции в Германии. Вот только… вам надо будет сыграть роль представителя этого фонда.

— Хорошо, я не против, — кивает Аэлита. — Научишь, как и что нужно сказать. Что с условиями?

— Мне нужна будет мобильная связь с домом.

— Не проблема, будет, — отвечает она и ждёт, что я скажу дальше. И я говорю:

— У меня есть список по медицинскому инвентарю: инструменты, специализированная мебель, лекарства… — я делаю паузу и достаю листок бумаги из кармана. — Вот, все только самое необходимое… Там будет отдельная комната, под кабинет?

— Конечно. Там целый дом. Кстати, не желаешь на него взглянуть?

— Сейчас? — удивляюсь я.

— Почти, — улыбается она. — Вот чай допьем и совершим небольшое путешествие. Осмотришься, надумаешь, что тебе ещё необходимо, что привычно. В быту.

Киваю. Пододвигаю к себе кружку, собираюсь сделать глоток, но замираю, вспоминая, как меня выворачивало в прошлый раз, когда Аэлита поила меня чаем. Жду, чтобы хозяйка сделала первый глоток. Делает. С усмешкой на меня поглядывая.

— Есть грешок? — спрашивает она вдруг. Хмурюсь от непонимания. — Неужели употребляла что-то? — уточняет Аэлита.

— А алкоголь считается? — сознаюсь я с опаской.

— В больших количествах — да.

— А что для вас в больших количествах? — усмехаюсь.

Аэлита поднимается, наклоняется ко мне и пристально смотрит в глаза… Странная и тёплая волна накрывает меня. Смотрю завороженно в кошачьи глаза хозяйки.

— Тяжёлый ты случай, Аллочка… Перед папой-то не стыдно? Он же вроде лечил у тебя "хмельных грешников"?

Фыркаю, пытаясь отвести взгляд.

— В вашем мире хоть и говорят, что истина в вине, но ее там нет, — не отпуская меня взглядом, произносит Аэлита.

— А где есть?

— А это каждый видит сам. Ладно, — резко отводя взгляд, говорит кошачья ведьма. — Пока не страшно… А употреблять хмель надо в моменты радости. А не топить там горе… Ничего-ничего… Скоро все изменится.

Аэлита садится обратно. С улыбкой распаковывает торт, разрезает на куски. Кладет ровные кусочки на тарелки и один ставит передо мной.

— Еда в Пантерии особенная. В большинстве своём острая. Ты, конечно, можешь ее спокойно пробовать, но питаться ей постоянно не сможешь, — просвещает она. — Так что раз в неделю буду передавать тебе посылку с едой, с не очень крупными предметами и лекарствами. Необходимое будешь писать мне за день сообщением на телефоне. Не стесняйся, у тебя будет все, что пожелаешь.

Киваю и делаю глоток чая. Горячий, обжигаю язык. Отламываю ложкой кусок торта и ем. Он холодный, немного охлаждает.

Минут пять мы едим и пьем молча. Аэлита первой допивает чай и говорит:

— Когда будешь в Пантерии, не говори никому, что ты из другого мира, и вообще старайся из дома далеко и надолго не уходить… — она вдруг смотрит на мои волосы и заявляет: — Тебе надо перекраситься.

— Зачем?

— Среди пантов не бывает светловолосых.

Отвожу взгляд и смотрю на часы с леопардом.

— А можно обойтись без таких жертв?

Аэлита думает. Недолго.

— Тогда тебе придется их прятать.

— Хорошо.

— И именем своим не представляйся. Нет у нас таких имён. Все женские заканчиваются на — ита, мужские на — ан. Древняя традиция. Будешь Аллаитой.

— Хорошо, — опять соглашаюсь я и тоже допиваю травяной напиток. Панта тут же поднимается из-за стола.

— Пойдем. Покажу тебе твой новый дом, — она протягивает мне руку. Я касаюсь нежной кожи ее ладони, чувствую, как мир вокруг резко начинает кружиться. Выдергиваю руку. — Не бойся. Да, в первый раз это неприятно. Но совсем не больно, — ласково говорит Аэлита, и я, хоть и с сомнением, но вновь берусь за ладонь женщины.

Мир опять вращается. Сначала медленно, потом быстрее, еще быстрее… А затем снова медленно. Я стараюсь сфокусировать зрение на чем-то одном… Не могу. Меня начинает подташнивать. Все сильней. И я закрываю глаза.

Ощущаю телом что-то странное. Словно я в невесомости… Нет! Словно я плыву глубоко под водой. Слышу необычные звуки, глухо, далеко. Пугаюсь, пытаюсь потрогать себя. Руки не слушаются, они тяжелые. Испуг. Секундный. Как тогда… Тогда… Когда моя жизнь круто изменилась…

— Все, — произносит Аэлита. А я неожиданно чувствую землю под ногами. Я стою. Резко открываю глаза. И не спеша оглядываюсь.

Мы в комнате. Вполне обычной. Почти пустой. Из мебели только высокий и длинный шкаф. Стены, потолок и пол обшиты деревом. А в полу, ровно посередине, дверной лаз с выемкой для ключа.

— Добро пожаловать в Пантерию, — радушно говорит ведьма и делает шаг к окну, зашторенному плотной тканью. Отодвигает штору. Я подхожу, встаю рядом с женщиной и с осторожностью выглядываю в окно… Лето! Сочная зеленая трава и палящее солнце. Кажется, ничего не обычного. Даже деревья выглядят привычно.

— Здесь всегда тепло, — сообщает мне Аэлита.

И это здорово. Искренне радуюсь. Любуюсь солнцем, которое ласкает мое измученное лицо своими горячими лучиками.

— Расскажи мне про свой мир…

— Что именно?

— Главное.

– Что ж… — она задумывается на секунду. — В нашем мире нет как таковой магии, порталы способны открывать только потомственные ведьмы, да и то на особенных местах своей силы. Ещё в мире нет богов. Мы молимся и почитаем Чаарити. Это величественная четверка пантов: шер — лев, багх — тигр, тендуа — леопард и онка — ягуар. Они сильные, справедливые, мудрые. Вмешиваются, только если в этом есть необходимость… Крайне редко. Каждый представитель нашего вида молится своему Чаарити, — Аэлита обходит комнату и останавливается рядом с лазом в полу. — В мире нет войн. Спокойствие. Умиротворение. Благодать.