Чтение онлайн

– Знаю!

– Прекрасно. Тогда запиши.

– ...И это в тот момент, когда Алиса наконец с нами, в самую важную ночь из всего года.

– Страхом меня обделила природа!
– заявил Бингерн.

– А мы его не упоминали.

– В указе про это не написали!
– вскричал Бингерн.
– Прибавьте все необходимые формальные подтверждения и словечки, и пусть идут ко всем чертям!

– Какой язык!
– возмутилась Алиса.

– Он дурно воспитан - это известно нам, - согласился Люцер.

– Выполняйте приказ! В копи его!
– орал Бингерн.

– Я имею право присутствовать на службе, - заявил Люцер.

– В таком случае возьмем его с собой. Отправим на рудник после.

Люцер поднял руку и сжал пальцы Алисы.

– Сегодня я стану самим собой - а он скорее всего нет.

– Это хорошо?
– поинтересовалась Алиса.

– Радуйся и будь честен, - ответил Люцер, - и все будет по-нашему.

– Ничего не понимаю.

– Время прозрения наступает.

– Бингерн всегда казался таким приятным джентльменом, а вы преступником, хоть и очень воспитанным.

– Он все время врал. Вы видели, какой он выбрал путь? Кстати, и чужое не дурак стянуть.

– Теперь мне ясно. Он и вправду обманщик ужасный.

– Мы скоро отправляемся на службу. Вы голодны? Если да - он позаботится о том, чтобы вас накормили. Хочет, чтобы вы себя хорошо чувствовали.

– Я обойдусь. Что-то мне не хочется здесь есть.

– А что плохого в здешней еде?

– Тут все наполовину не в себе.

– Верно. Но на другую половину они совершенно нормальны.

– Я на вашей стороне. Что ещё можно сказать? Урла-лап!

– Кур-ла-ла!

– Нам пора!
– воскликнул Бингерн.

Покинув замок и тот день, они пустились в путь. Через поля, холмы, луга - и негде отдохнуть. Они стремились в светлый край, страну по имени Балбесния.

– Спойте для меня, Алиса, - попросил Бингерн, и она начала "Старое доброе время".

Мотоциклы Щебетунчиков рокотали впереди и позади, луна источала масло и яд, и куда бы Алиса ни посмотрела, ей казалось, что она видит улыбку без кота. Налетел прохладный ветерок, и все тени превратились в черное одеяло.

Справа от тропы сиял лунный свет, отражаясь от громадной ледяной глыбы. Проходя мимо, они заглянули внутрь куска льда, и голос Алисы дрогнул, замер на полуслове - она увидела внутри Мартовского Зайца, Мышь-Соню и очень печального Болванщика.

Когда они перебрались через следующий холм. Алиса услышала хрустальный звон, словно рассыпалось

тысяча осколков - казалось, никто, кроме нее, не обратил на звон никакого внимания.

– А здесь погромче, - сказал Люцер, и Алиса старалась изо всех сил.

Она услышала позади фырчанье, сопение и пыхтение, словно по склону с трудом взбирался тюлень.

– ...На этой поляне вы должны петь особенно красиво, - попросил Люцер.

Алиса сделала все, как он говорил, и вдруг рев автоматического оружия Щебетунчиков чуть не стряхнул мрак с ночи - его услышали все. Последние охранники куда-то исчезли, а оружие смолкло, когда над дорогой пронеслась черная туча.

– Люцер, - прошептала Алиса и вцепилась в его железные бицепсы, - что вы заставили меня делать?

– Прошу прощения, это всего лишь старая песня, миледи. Постарайтесь, постарайтесь вспомнить все, что происходило с вами в ваши прошлые визиты в эту страну. Если вы когда-нибудь что-нибудь любили, пойте. Вспоминайте, вспоминайте, Алиса, это место таким, каким оно было.

Старческий голос Алисы дрожал, срывался множество, множество раз, когда она пела старые баллады и популярные песенки.

– Что это за кошачий концерт?
– крикнул Бингерн, уши которого теперь стали длинными и шелковистыми, а пасть зубастой.

– Леди Алиса будет петь, - ответил Люцер.
– Она имеет на это полное право.

Бингерн издал короткое рычание, а потом смолк.

– Он вынужден позволить, - объяснил Люцер.
– Вы должны быть невредимы.

– Почему?
– спросила она.

– Ваша сила священна. Вы были здесь в стародавние времена.

– Всего лишь полжизни назад, - возразила Алиса.

– Здесь время течет иначе.

– Мне этого никогда не понять.

– Скоро вам все станет ясно. Пожалуйста, продолжайте петь.

И снова Алиса запела. И ночь ожила криками птиц, стрекотом насекомых, шорохом листьев. Таких ярких звезд Алисе ещё не доводилось видеть, а луна, казалось, набирала силу, приближаясь к зениту.

– Проклятье!
– выругался Бингерн, когда из прорехи его лопнувших брюк показался длинный хвост. Его глаза по-прежнему метали молнии.

– Не останавливайтесь!
– попросил Люцер. Наконец они добрались до вершины высокого холма, откуда открывался вид на долину, залитую, точно молоком, лунным светом. Алиса услышала у себя за спиной какой-то шум. Бингерн приказал всем остановиться и принялся разглядывать долину. Потом поднял правую руку и показал острым, как бритва, когтем.

– Здесь музыка умирает, - сказал он.
– Здесь вотчина Бингерна. Здесь я становлюсь сильнее.

– ...И вы, похоже, несколько изменились, - заметила Алиса.

– Сегодня этого избежать нельзя, - ответил он.
– Сегодня, когда Могущество снисходит и возносится, чтобы пройти по этому миру.

– Я думала, что вы, Бингерн, бог или хотя бы наполовину божество. Однако внешность у вас скорее демоническая.

– Подобные термины бессмысленны в этом безумном месте, - сказал он. А в остальном вам следует почитать Ницше.

– Я понимаю, - проговорила Алиса.

– Итак, видите, я победил. Дождался момента, когда ваша сила иссякла. Теперь даже сырой сквозняк запросто с вами справится.

– Вы наблюдали за мной все эти годы.

– Конечно, и смех и слезы.

– Смеха было не так чтобы очень много.

– Как и слез. Мне жаль, что ваша жизнь была бесцветной. Однако так требовалось.

– И все ради сегодняшней ночи?

– И все ради сегодняшней ночи. На голове у него вырос гребень, а когда он пошевелился, по камню застучали копыта.