Чтение онлайн

Мужчина, не успев ни подумать, ни сообразить что к чему, молниеносно сделал кувырок за ближайшую преграду в виде ящиков. «Успел — обрадовался он, — и хорошо, что они оказались железными, пуленепробиваемыми». Но когда по ним зловеще цокали пули, его настроение не улучшалось. Как выяснилось, в ящиках были аккуратно упакованы противопехотные и противотанковые гранаты. Поэтому и ящики были пуленепробиваемые, и теперь есть чем взорвать пулеметы. Но! До них ещё надо добраться на расстояние броска гранаты, а они ведь всё время стреляют. И долго здесь сидеть придется? «Строчит пулеметчик за синий платочек, что был на плечах молодых… или дорогих?» Даже этого не помню…. Стреляют короткими очередями по…. А вот, интересно, по кому или чему они стреляют? По движущимся объектам? По всему, что движется? Надо бы проверить. Хотя и приятно, конечно, осознавать, что тебя спасут в случае чего…. Но пули-то настоящие, и эти безжалостные свинцовые осы больно жалят… Б-р-р-р!.. «Курс молодого бойца», называется, он же «парк аттракционов»… Можно, конечно, и кнопочку нажать… на брелке, и всё сразу закончится. Только ведь не нажму ни за что! Сколько восемнадцатилетних пацанов наших хотели бы иметь такую же спасительную кнопочку где-нибудь там, в Афгане, в Чечне… А молоденькие лейтенантики, вмиг повзрослевшие, взвалив ответственность за жизнь этих пацанов, за всю нашу страну на свои молодые плечи? Все они, погибающие под пулями врагов, много раз преданные своими большими начальниками-командирами из столицы… Мальчишкам бы этим такой брелок… Они просто выполняли свой гражданский долг перед Родиной так, как они его понимали. Ни перед государством, ни перед его разномастными представителями, а перед Родиной, перед своими родными, близкими. «Нет, не нажму!» — однозначно решил мужчина.

Он медленно высунул приклад автомата. Ну, давайте, пулеметы, стреляйте!.. Но пулеметы молчали. Так, по прикладу не стреляют. И только попытался немного приподняться сам — сразу короткие очереди. Почему? Высунул автомат и сделал несколько выстрелов в сторону пулеметов. Так, от безысходности, от злости. Поднял снова приклад автомата, поводил им в разные стороны. Ну что не стреляете, тупые пулеметы?! Выстрелил ещё раз сам. Опять высунул автомат, почти весь. И тут тупые пулеметы сразу ожили и открыли огонь по его автомату. После нескольких попыток мужчина понял, они реагируют на движение и тепло одновременно. Автомат после стрельбы был ведь ещё теплый, вообще-то, правильней сказать, горячий, и он двигался, вернее, его двигали. Так, теперь понятно. Мертвых зон у пулеметов почти не было, они простреливали всё пространство. Но… Идея быстро созрела сама. Стреляешь из автомата, кидаешь его в воздух и, пока пулеметы расстреливают летящий автомат, перебежками подбираешься поближе к ним, прячась за всеми возможными укрытиями. Так мужчина и менял и автоматы, и места временного отдыха, пока не добрался до пулеметов на расстояние броска гранаты, после чего спокойно и с чувством глубокого удовлетворения закидал пулеметы гранатами. Гранат на них он не пожалел. Наконец-то они всё-таки замолкли. Теперь можно идти дальше. Пока тоже не очень сложно, главное не паниковать, а методом проб и ошибок искать выход и затем шаг за шагом методично идти к нему. Всё просто.

Мужчина напоследок взглядом окинул весь склад. Уходить от такой несметной горы оружия нелегко. Однако надо. Время не ждет. Не торопясь вышел из склада с противоположной стороны, но и шага сделать не успел, как опять пошла стрельба по нему. От неожиданности он только и успел в ближайшую канаву упасть. С канавой повезло и не повезло одновременно. Уж больно грязно в ней было! Но зато от пуль защищает. Высунулся из неё, весь перемазанный в грязи, осмотрелся, кто там опять не пускает его дальше. Видит: какие-то солдаты на вышке стреляют во всё, что заметят. То ли часовые, то ли просто погулять вышли. Явно неадекватные: руками размахивают, ругаются громко — «обкуренные», что ли все или на них так местная тревога подействовала? Нервишки свои так успокаивают? И «шмаляют» длинными очередями, как натовцы, патронов не жалеют. Явно не наши, не российские стрелки специального назначения: наши стреляют, экономя патроны, «двойками», по два выстрела в очереди. Что же теперь делать, как дальше вперед идти? Ребятам с вышки гораздо удобнее простреливать всё пространство, чем ему из этой грязной канавы. Понятно одно: надо «солдатню обкуренную» с вышки нейтрализовать.

Мужчина ползком вернулся обратно в склад, нашел «СВД» — снайперскую винтовку. Приоткрыл чуть-чуть дверь и, используя её, как щит, начал отстреливать солдат на вышке одного за другим. Очень уж не хотелось ему обратно в грязную канаву. Ребята на вышке, благодаря снайперской винтовке, быстро закончились. Так, теперь можно идти дальше. Прихватил с собой «калаш» с двумя полными рожками патронов (в шорты много не запихаешь) и пошел. Вроде всё тихо, никого не видно. До заветного выхода с этажа осталось метров сто, не больше. Сто метров тишины. Спокойная минутка. Да, не помешает отдохнуть от всей этой, столь утомительной, стрельбы. Вот только продлилась эта тишина недолго. Неизвестно откуда, из-за какого угла, другие «обкуренные» солдаты появились и открыли стрельбу. Как только совсем рядом вздыбились первые фонтанчики пыли от пуль, мужчина в ответ выпустил длиннейшую очередь из «калаша» по солдатам, заставив их всех сразу залечь. Весь рожок израсходовал. А затем, используя складки местности, не прицельно, но постоянно постреливая из автомата в сторону солдатни, быстро добежал до лестницы на третий этаж. Меньше чем в десять секунд уложился. Солдаты и сделать ничего не успели: постреляли вдогонку немного, и на этом всё представление закончилось. Единственное, о чем пожалел мужчина, что все патроны в «калаше» закончились, и пришлось его бросить.

Третий этаж.

В очередной раз мужчина открыл очередную дверь. Так, что этот этаж ему готовит? Осмотрелся. Очень похоже на тренировочный зал для единоборств. В дальнем углу несколько монахов чем-то своим, священным занимаются. Сначала потолок внимательно рассматривают, затем какие-то пасы руками делают. То ли обряд особый, то ли тренировка закрытая, но… наверное, точно не для чужих глаз. Надо бы с ними поздороваться и вдоль стеночки тихонько пройти, никому не мешая. Правила приличия обязывают быть тише воды, ниже травы, а то получается, что в чужой монастырь без приглашения вторгся. Нехорошо это. Но поздороваться не успел: монахи что-то закричали на своем птичьем языке, а ближайший из них так вообще сразу к нему побежал, изобразил что-то не совсем понятное, но на доброе приветствие не похожее и замахнулся кулаком — явно хотел ударить. Прямой справа — всё как всегда. Вот только непонятно совсем, почему, если он не такой как они, так сразу драться надо.

Мужчина, как только на него пошел удар, шагнул навстречу и чуть-чуть в сторону от монаха, буквально на какие-то сантиметры. Но благодаря этим сантиметрам кулак монаха пролетел мимо, а мужчина широко раскинул руки, как будто с величайшей радостью приветствовал такой теплый прием. В результате этих манипуляций, одна его рука оказалась у лица монаха спереди, а нога за ногами монаха сзади, после чего мужчина, согнув одно колено, быстро присел. И монах не по своей воле оказался лежащим спиной на колене у мужчины. В позвоночнике у монаха что-то явственно хрустнуло, его тело тяжело обмякло, и глаза быстро закрылись. Второй монах с громким криком бросился на помощь своему собрату. Но мужчина, уже поднимаясь в полный рост, встретил его прямым боковым ударом ногой в грудь — «кинул йоку». После этого второй монах отлетел метров на пять, упал плашмя, схватившись за грудь, и вставать, не торопился. После такого быстротекущего обмена любезностями все оставшиеся лысые отшельники руками и ногами на мужчину замахали: сильно обиделись, наверно, и отомстить хотели; норовили всё посильней ударить, похоже, вообще убить хотели. Дружественный прием не получился. Воинственные, совсем не мирные, монахи оказались. Но, как говорили в старину, «супротив удали русской молодецкой не устояли они и были биты», после чего и остались лежать на полу. Сильны монахи в единоборстве, очень сильны, а русский кулачный бой это когда «стенка на стенку». Отсюда и менталитет боя разный у них и у нас, скорость общения между противниками, ввиду их количества, увеличивается в разы. Казаки в свое время славились способностью побеждать в рукопашном бою и в бою на саблях, с детства их этому учили, как и многому другому в военном искусстве. Никто не хотел с ними в рукопашную сходиться: ни германцы, ни большевики, поскольку шансов выжить после такой «сходки» у них было очень мало.

Поэтому и результат этого небольшого недоразумения был заранее прогнозируемым.

Взглянув на теперь уже мирно лежащих на полу монахов, мужчина с грустью подумал:

— Нет, чтоб сначала поговорить и, если я не прав, объяснить в чём, попытаться понять и меня… а то, как военные тупые «америкосы». Те сначала стреляют, а потом разбираются, в кого и зачем. Без всякой причины «из безнаказанного далека» расстреляют мирных жителей и даже не извинятся за содеянное.

«Наверно, эти отшельники без женщин одичали совсем, — почему-то подумалось ему, и при мысли о женщинах в голове мелькнуло. — Эх, одни мужики у них, а сейчас бы женскую команду организовать да заняться с ними вольной борьбой в партере. В таком виде борьбы соглашусь даже с олимпийским девизом: «главное не победа — главное участие». Но на нет, и суда нет».

И мужчина перешел в следующий зал единоборств.

Только вошел, а там стоят десять лучников у противоположной стены и — ни здравствуйте, ни до свидания — сразу начинают стрелять по нему из луков, естественно, все одновременно. Без криков, без предупреждений… Хуже монахов оказались эти лучники. Мужчина не стал дожидаться, пока стрелы долетят до него, вонзятся в тело и сделают своё чёрное дело, и прогулка по этажам сразу прекратится; он незамедлительно занялся паркуром: прыжки, акробатика, бег по стенам. В голове, как пульс, мысль бьется: «Лишь бы не попали, лишь бы не задели»….. Стрелы около ушей весьма неприятно свистят. А ощущения — вместо крови один адреналин!.. Да, лишь бы не попали, лишь бы не задели. Но благодаря рефлексам, заложенным прошлыми тренировками, мужчина умудрялся не только в паркуре упражняться, но и оружие, по всем стенам развешенное, кидать в стройную шеренгу лучников: ножи, мечи, копья — всё в ход пошло. Стреляли лучники быстро, каждый за две секунды стрелу выпускал, но…. Закончились у них стрелы — кончились и сами лучники. Остались лежать на холодном полу, потому что каждому, что-то да перепало из местного богатейшего оружейного арсенала, перепало, правда, посмертно. Ведь недаром говорят, что плохой мир лучше хорошей войны, но всё равно некоторые не понимают.

И снова тишина. Теперь можно и передохнуть. «Неплохо так нервы пощекотали», — подумал мужчина.

Его заинтересовало оружие на стенах. Острое и тупое, тяжелое и легкое, блестящее и матовое — разнообразнейшее. Чего только люди не придумают, чтобы убивать себе подобных! Например, японские сюрекены — легкие и острые железные звездочки с разным количеством лепестков. Они легко ложатся в руку и очень опасны, если научится правильно их бросать. Невидимое оружие: можно безнаказанно убивать на расстоянии нескольких десятков метров и быть незамеченным.

От дальнейшего изучения оружия его опять отвлекли. В зал вошли пять самураев, как будто только что из средневековой Японии, увидели погибших лучников, и их лица стали очень жестокими и свирепыми. Самураи выхватили свои мечи и с криком «банзай!» ринулись мстить мужчине за погибших. Никто не хочет сначала поговорить… Опять началось… Увидев такое, мужчина сразу начал кидать сюрекены в самураев: правильно неправильно, попал не попал: главное кидай, важен только результат. Из пяти только двое успели добежать до мужчины. Действительно, оказалось очень опасны сюрекены на расстоянии. А когда расстояние между противниками сокращается до вытянутой руки или длины самурайского меча, требуется другое оружие. Мужчина схватил ближайший к нему широкий китайский меч («дао» называется) с такой смешной тряпочкой на рукоятке — и пошла яростная «мясорубка» на мечах, только искры во все стороны. Японский самурайский меч удобнее в единоборстве один на один, он быстрее; китайский меч дао — в схватке с несколькими противниками, он тяжелее самурайского, у него сильнее удар. А в общей схватке труднее отследить ситуацию, человеческие рефлексы работают по-другому. Голова в такой момент совсем не думает, тело работает само. И меч только продолжение тебя. Главное — быстрее и сильнее ударить. Ну и чтоб тебя не ударили: один пропущенный удар, и всё закончится… Может, со страху, может, потому, что он был лучше, но победил мужчина самураев…

Надо быстрей выбираться с этого этажа. А то сейчас выползут откуда-нибудь японские ниндзя или великие китайские учителя влетят на облаке… Уходить надо… Мужчина взглянул на самурайские мечи, на свой меч дао и взял всё-таки самурайский меч. Во-первых, он полегче будет. А во-вторых… Да и не важно, что там, во-вторых… Прихватил с собой так, на всякий случай: наверняка пригодится, если придется особо непонятливым что-то объяснять, все-таки с оружием проще… да и банку шпрот в случае необходимости им можно открыть, хлеб или колбасу порезать. Ну, в общем, незаменимая вещь в походе, где все и всё против тебя.