Чтение онлайн

Твилекка улыбнулась.

— У нас они есть только в виде макетов. А что вас самого интересует? Искусство, история, технологии, музыка, медицина…

— Технологии?

— Это четвертый сектор. Подниметесь отсюда на лифте, — она указала рукой в сторону толстого стеклянного червяка. — Двадцать четвертый этаж. Потом свернете в синюю галерею и перейдете по ней в здание рядом. Это и есть четвертый сектор. А там уже увидите указатели. Экспонаты от древности до нашего времени.

Пока лифт со Скайуокером и парой постоянно о чем-то шепчущихся наутоланов плавно тащился вверх, Анакин вытащил из кармана сложенные пополам брошюры. Успел пролистать одну и даже наткнулся на список лучших ресторанов города вместе с описаниями и примерными ценами. В этот момент наутоланы покинули лифт, вслед за ними в вестибюль выскочил и Скайуокер.

Галерея, по которой он шел, оказалась не синей, а лиловой, но Анакин приписал это разному цветовому восприятию твилекк и человеческой расы. Дойдя до места назначения, он не увидел никаких указателей на технологии. Единственная имеющаяся вывеска сообщала, что попал он в «Третий сектор. История».

Надо было возвращаться назад по лиловой галерее.

С раздражением затолкав брошюрки обратно в карман, Скайуокер шагнул навстречу галактической истории.

Не особо задумываясь о том, что он здесь ищет, Анакин прошелся по лабиринту помещений, заглядывая то в один, то в другой зал. На помещения, переполненные посетителями, он не стал даже обращать внимания, и в таком темпе за полчаса успел «осмотреть» значительную часть исторического комплекса. Со всех стен на него пялились двух- и трехмерные портреты неизменно чванных канцлеров и преисполненных молчаливой гордости сенаторов. Разбавляли это историческое высокомерие только постоянно сновавшие туда-сюда дежурные, в качестве которых здесь служили твилекки женского пола. Все как одна симпатичные, одетые в одинаковые лиловые костюмы, местами сливавшиеся с цветом стен. По-видимому, директору музейного комплекса твилекки очень нравились или же он сам принадлежал к этой расе.

Дойдя до роскошного зала, посвященного истории Торговой федерации, Анакин мысленно дал себе команду «кругом!», которую тут же и выполнил. Сориентировавшись в лабиринте, Скайуокер устремился к выходу. По пути он наткнулся на очередное темноватое помещение. Зал был пуст, не считая еще одной твилекки-дежурной, с редким для этой расы оранжевым цветом кожи.

— Извините, а что здесь? — поинтересовался Анакин, вглядываясь вглубь.

— «Варварские времена столицы», — ответила твилекка, и, сообразив, что посетитель не совсем понял, что она имеет в виду, пояснила. — Тридцать тысяч лет назад. Эпоха до появления гипердрайва.

— Понятно.

— Хотите датапад с аудиоэкскурсией? Или будете сами читать тексты под экспонатами?

— Да, наверно, просто почитаю.

Скайуокер побрел по залу и почти сразу понял, что не видит здесь никакой древности, за исключением груды разбитых черепков в одном углу и плохо обтесанных камней в другом. Вопреки его ожиданиям, большинство экспонатов представляло собой холоизображения. Он методично, с усилием вчитывался в пояснительные тексты и ничего не понимал. Все воспоминания столицы о прошлом казались обломками, сложить которые в целую колонну никак не удавалось. Не говоря уже о том, чтобы возвести храм или дворец.

Через минуту его догнала твилекка. Анакин остановился.

— Не хотела вам мешать, но… экспозиция начинается справа, вон там, с цифры «один».

— Спасибо.

Скайуокер послушно пересек зал вслед за твилеккой.

— Вы тут первый посетитель со дня открытия. За целый месяц.

Анакин решил тактично промолчать о том, что попал сюда совершенно случайно, и сказал:

— Ваш зал трудно найти.

— Да, не лучшее место нам досталось. Притом не всех привлекает эта часть истории, — она, кажется, только сейчас рассмотрела серый флотский мундир своего посетителя. — Может быть, как раз вам и будет интересно.

— Да?

— Большая часть экспозиции посвящена войнам той эпохи.

— Посмотрим.

— Безусловно, речь идет об очень жестоких кровавых временах.

— Значит, с тех пор в Галактике ничего не изменилось.

— Не сказала бы. У нас есть конституция, закон, гражданские права. Мы выбираем власть путем голосования. Тридцать тысяч лет назад все было иначе. Например, даже рабство считалось совершенно нормальным явлением на Корусканте.

— Оно и сейчас считается совершенно нормальным явлением на многих планетах Внешних Регионов.

— Да, я слышала эти слухи.

— Живой слух стоит перед вами. Я был рабом с самого рождения.

— Извините, — твилекка растерялась.

— Ничего страшного, — сказал Анакин и ткнул пальцем в сторону рельефного шара. — Это что, древний Корускант?

— Да. Когда еще не было тысячи уровней. Зато были горы, реки, моря и даже целые океаны. Океаны разделяли поверхность суши на несколько материков. На материках располагалось множество мелких государств, порой с самыми разными режимами правления. Жили здесь только люди, — твилекка задорно улыбнулась. — Эти государства объединились в одно только после контакта с внепланетными цивилизациями. А до этого шли бесконечные войны.

— Неужели никому одному так и не удавалось завоевать всего одну планету?

— Масштабы изменились. По сравнению с нашими временами, это то же самое, что завоевать целую Галактику. Что пока не удалось никому. К счастью.

Скайуокер пожал плечами.

— Однако история тех времен знает по крайней мере два больших и сильных государства. Оба они располагались на восточном материке. Могуществу их правителей не было равных в этом мире.

Твилекка остановилась перед двумерной картой.

— Первое создал человек, чье имя предположительно звучало как Ниджумэт. Он объединил мелкие племена, населявшие вот эту пустыню в один народ и начал свои завоевания. Он же и написал первый свод законов для своего народа. До этого существовали только традиции и религиозные ритуалы. Свод законов, принятый Ниджумэтом, основывался на обязанности взаимопомощи, единой для всех дисциплине и осуждении предательства без каких-либо компромиссов.

— А вы говорите, что только теперь «у нас есть конституция, закон, гражданские права», — процитировал ее Анакин. — Оказывается, все это было уже тридцать тысяч лет назад. И, наверно, функционировало.

Твилекка покачала головой.

— Те законы были чрезвычайно жестоки. Смертная казнь полагалась не только за убийство, но и за кражу, грабеж, невозвращение долга. За неоказание помощи боевому товарищу.

— За неоказание помощи кому-то из моих людей я бы тоже убил.

Пока твилекка собиралась с мыслями, он добавил:

— Вы никогда не были на войне.

— Да, — согласилась она. — Я знаю, что там действуют другие законы. Но нельзя всю жизнь прожить на войне. Ниджумэт действительно достиг мира в своем государстве, уничтожил разбойников и развил торговлю, но вся его власть держалась на крови. Не говоря о военных походах, погубившим по оценкам историков миллионы людей.

— Да, сейчас это делается намного более… культурно. С помощью экономического давления, например. А это что такое?

— Копия древнего манускрипта. Вернее, даже копия с копии. Слова приписываются одному из сторонников Ниджумэта. Там внизу есть перевод на общегалактический.

Анакин вгляделся в текст.

«Некогда была змея, имевшая тысячу голов и один хвост. Множество голов ее дергали одна другую из стороны в сторону и были придавлены и убиты повозкой. Была еще одна змея, имевшая тысячу хвостов и одну-единственную голову. Хвосты ее, следуя за единственной головой, вошли все в одну дыру и не были придавлены повозкой».