Чтение онлайн

Я старался, насколько возможно, рассказать об этом трагическом периоде словами его современников или авторов, живших немного позднее, соединяя оставленные нам ничтожные фрагменты истории теми связующими и вводными материалами из множества разрозненных источников, которые не представляют особого интереса и кажутся необходимыми, только чтобы составить полное и складное повествование. Выбор авторов, которых я перевел, разумеется, учитывает обыкновение историков той эпохи продолжать работу своих предшественников. Таким образом, Олимпиадор, Приск и Малх очень мало пересекаются друг с другом, но вместе создают продолжающуюся историю большей части столетия. К их данным я добавил краткое изложение Кандида, сведения которого проливают дополнительный свет на придворную историю правлений Льва и Зенона. Все эти люди в большей или меньшей степени являлись современниками описываемых событий, но последний автор, Иоанн Антиохийский, жил гораздо позднее, и извинением за включение отрывков его труда, касающихся 408–491 годов, мне служит то, что он, как соглашается большинство историков, широко использовал работы других авторов, часто копируя их дословно. Следовательно, его труд может содержать больше отрывков из Приска, Малха и Кандида, чем те, что безусловно принадлежат им.

Лучше всего известен и наиболее хорошо изучен аспект цивилизации V века, связанный с религией и делами церкви. Я практически полностью обхожу вниманием этот предмет не потому, что он не важен, а потому, что, будучи хорошо изученным, он не нуждается в дальнейшем разъяснении в книге, в основном посвященной взаимодействию римлян и варваров. Кроме того, труды церковных авторов, историков и писателей в большинстве случаев легко прочитать в английских переводах. По этой же причине настоящая книга обходит вниманием и большинство других аспектов жизни того периода – экономику, частную жизнь, искусство, проблемы управления, законодательство и так далее, – если только они не вторгаются в придворную историю и отношения с варварами. Слово «варварский» я использую в довольно широком смысле, понимая под ним все, что цивилизованный житель Константинополя мог бы назвать или подразумевать под ним. Большинство варваров, разумеется, являлись захватчиками, вторгавшимися из-за границ, однако, надеюсь, диких жителей гор Исаврии также можно включить в это понятие без лишнего критицизма.

Особые источники для переведенных отрывков перечисляются в приложении «Даты и источники приведенных отрывков». Самые известные из них – это компиляция исторических отрывков Константина Багрянородного, касающихся посольств к варварам и от них, «библиотека» библиофила Фотия, который в IX веке прочел и объединил сотни книг, Суда – нечто вроде энциклопедии, составленной в X или XI веке. Фрагменты были собраны разными людьми, и проще всего найти их в изданиях Нибура « Corpus Scriptorum Historicorum Byzantinorum », Мюллера « Fragmenta Historicorum Graecorum » (F. H. G.), тома IV и V, и Диндорфа « Historici Graeci Minores », том I. Приводя отрывки из Олимпиадора, Приска, Малха и Кандида, я следовал последнему изданию, а для Иоанна Антиохийского, тексты которого не включены в труд Диндорфа, использовал F. H. G. Большинство исправлений, предлагаемых разными исследователями к текстам данных работ, были учтены, и любые отклонения от них отмечены.

Все отрывки, представляющие собой переводы с греческого, напечатаны курсивом. Я указал номер фрагмента, использованный Диндорфом или Мюллером (в случае Иоанна Антиохийского): «П» означает Приск, «М» – Малх, «О» – Олимпиадор, «К» – Кандид, а «И. А.» – Иоанн Антиохийский. В приложении «Даты и источники переведенных отрывков» я также указал, где именно в тексте встречаются эти фрагменты.

Большинство имен собственных, за исключением хорошо известных, переданы путем простого транскрибирования. По этой причине я использую слова «скиф», «гунн», «эллин» и «грек» так же, как они используются в источнике, чтобы сохранить разницу. Например, Приск использует слово «скифы» в качестве общего обозначения всех северных кочевников, включая гуннов, которые представляли собой особый народ. Единственным исключением из этого правила является то, что я перевел Истр как Дунай. Иногда у меня возникали трудности с переводом греческих официальных должностей в более привычные латинские или английские формы.

Сноски, за исключением небольшого количества будучи интересны только для специалистов, в основном представляют собой перекрестные ссылки, ссылки на другие древние труды или имеют непосредственное отношение к тексту. Приложение А не ставит целью подтвердить даты, приписанные к каждому фрагменту, хотя они определялись с учетом новейших исследований в этой области и точны, насколько это возможно. Приложение В дает очень краткий обзор современных мнений о полезности разных авторов и не пытается выступать в их защиту. Индекс с географическими названиями, как я надеюсь, будет полезен каждому, у кого есть достаточно хороший исторический атлас.

Целью хронологической таблицы является не полнота и не картина исторических сил в движении, а создание фона, на котором происходили описанные события. Поэтому там мало упоминаются религиозные или общественные события.

Генеалогическая схема основана на таблицах из издания Бэри «Поздняя Римская империя» (1923) – с некоторыми изменениями, дополнениями и пропусками, чтобы понятнее отразить взаимоотношения между мужьями и женами и не указывать кое-где соответствующие поколения детей в семье.

Я очень благодарен покойному доктору У. Д. Вудхеду, бывшему главе кафедры античности Университета Макгилла, за многочисленные советы и содействие в подготовке переводов, а также за то, что он прочел их все в рукописи. Также я очень признателен доктору А.Э.Р. Боуку за множество полезных предложений, исключение фактических неточностей и лингвистических неясностей и за помощь в определении вида, который приняла эта книга. Его доброту я очень ценю. Не стоит говорить, что за все ошибки или погрешности ответственность несу только я. Без помощи людей, упомянутых выше, их могло быть гораздо больше.

Феодосий Великий – последний правитель той единой Римской империи, какой она была при Августе, – скончался в начале 395 года. Его сыновья разделили страну, Аркадий стал править на Востоке, а Гонорий на Западе, и больше никогда все Средиземноморье не контролировало единое правительство. Веками этот мир разделяли два языка, а позднее разрыв еще больше усилили застой в торговле, озабоченность разными угрозами на противоположных границах и религиозные разногласия. Хотя в умах людей того времени и продолжала существовать единая ойкумена с двумя столицами, в действительности историк сталкивается с двумя отдельными государствами, тесно связанными историческими, а в течение нескольких поколений и семейными узами в высших сферах власти. Каждое из них в основном было сосредоточено на собственных тяжелых внутренних и внешних проблемах и двигалось своим политическим курсом. Поэтому неудивительно, что в V веке Восточная империя отводила от себя варварскую угрозу, направляя ее на Запад, против родственного государства, и весьма редко помогала Западу защищаться в его смертельной агонии.

Чтобы понять, как императорские дворы в Константинополе и в Италии встретили кризис V века – нападение варваров с севера, – необходимо представить общую картину управления и военной машины.

При Феодосии христианство одержало окончательную победу, так что император с этого момента помимо обладателя верховной светской власти стал также духовным представителем Христа на земле. В этом качестве он был особым образом отделен от остальных людей. Его дворец и все, связанное с ним, являлось «сакральным». Те, кто приближался к императору, должны были в знак почтения опускаться на колени. Его личность была священна, и при обращении его именовали Dominus , то есть Бог. Император являлся верховным главнокомандующим всех войск и, хотя теоретически подчинялся традиционным законам и Церкви, на практике контролировал епископов и мог менять законы благодаря эдиктам.

И все-таки это не была наследственная монархия, ибо император до сих пор, как и во времена принципата, оставался выборным чиновником. В действительности же, разумеется, правитель сам избирал преемника, связывая того с верховной властью титулами августа или цезаря, а сенат и армия, а позднее и Церковь просто утверждали этот выбор во время церемонии вступления в должность. Выбор обычно падал на сына императора, если таковой имелся, или на родственника по крови или по браку. Последнее слово в вопросе о том, кто будет править и как долго, принадлежало армии, о чем свидетельствуют частые в тот период случаи поддержки узурпаторов. Однако примечательно, что большинство претендентов на трон имели родственные связи с человеком, которого стремились свергнуть.

Чтобы усилить благоговение населения и избежать неудач и осуждений, императоры делали себя довольно таинственными фигурами, скрывающимися за стенами дворцов, недостижимыми, далекими и защищенными от публики бесчисленными бюрократами и дворцовыми чиновниками.

Сенат во многом стал наследственным и чисто почетным органом знати – чем-то вроде палаты лордов, – не обладающим реальной властью. Однако его члены пользовались большим уважением и в силу индивидуальных обязанностей зачастую обладали огромным могуществом. Для сыновей сенаторов важна была должность претора, благодаря которой они получали доступ в сенат. Единственной обязанностью преторов являлась организация игр или строительство общественных сооружений – часто очень тяжкое финансовое бремя. Каждый год сенат избирал восемь преторов. Высшие чиновники, которые нередко были людьми незнатного происхождения, пробившимися наверх, также могли быть назначены в сенат по требованию императора без преторианских расходов.