Эпоха перемен 2
Шрифт:
На территории ребята сразу направились к ближайшему барчику, где были установлены зонтики с рекламой сигарет «Пэлл-Мэлл». Я же предупредил, что пойду погуляю, и что меня не нужно ждать в случае чего — и ушёл исследовать территорию.
До заката я успел пару раз искупаться в море, которое здесь было тёплым, но грязноватым. Несколько раз ловил на себе заинтересованные девчачьи взгляды — но это не то, что мне было нужно. Поэтому такие возможности я пропускал.
С наступлением сумерек, когда на площадках началась долбёжка, я ещё раз прошёлся вдоль пляжа.
Один парнишка с жидкой бородкой лежал на берегу так, что его ноги полоскались в прибое. Он широко улыбался, глядя в темнеющее небо.
— Привет, — сказал я, присаживаясь рядом.
— Привет, — ответил он.
— Меня Саня зовут.
— А это совершенно не важно.
— А что тогда важно?
Парень приподнялся на локте и поглядел на меня с интересом.
— Новенький? — вопросом ответил он. — Иди в отрыв, вот что важно.
С этими словами он снова лёг на спину и закрыл глаза. Его худая грудь вздымалась высоко и мерно.
Я улыбнулся и отошёл.
Следующей была девушка с огненно-рыжими волосами и проколотым носом. Она курила сигарету, сидя на большом камне скрестив ноги.
Равнодушно скользнув по мне взглядом, она выпустила колечко дыма и сказала:
— Не в моём вкусе. Без обид.
— Я не клеиться, — сказал я.
— Вот как? — в её глазах появился интерес. — А что тогда?
— Так, поговорить, — ответил я.
Она выпрямила ноги и свесила их.
— Ну давай, поговорим. О чём?
— О том, как перевернуть мир, — улыбнулся я.
Она неожиданно улыбнулась в ответ.
— О, это отличный разговор! — сказала она. — Ты, значит, мир перевернуть хочешь?
— Да не то, чтобы я сам… просто было бы интересно познакомиться с кем-то, кто это может сделать.
Некоторое время она молчала. Потом прыснула и засмеялась:
— Блин, чувак, эк тебя хорошо зацепило! Ты не парься если что — мир уже давно того… с катушек съехал. Вокруг посмотри! И знаешь что?
— Что? — автоматически ответил я.
— Это прекрасно, вот чё! — улыбнулась она. — Ты посмотри вокруг: тепло, море, веселье! Вот ради чего жить стоит, а?
— Наверное, — я пожал плечами.
— Ты сам откуда?
— Москва. А ты?
— Питер… — девушка вдруг погрустнела. — Знаешь, а я бы, пожалуй, реально хотела бы сдвинуть мир так, чтобы вот это всё никогда не заканчивалось.
— Ты никогда не устаешь от шума? — решился спросить я.
— От шума? — она улыбнулась. — Нет! Не успеваю! Я от другого устаю… от Питерского… серь, сырь, бырь-бырь-бырь.
Девушка спрыгнула с камня, после чего, призывно улыбаясь и приплясывая, направилась в сторону ближайшей сцены. Я же пошёл дальше.
Таких разговоров было много. Может, несколько десятков. Я знал, что найти требуемое будет сложнее, чем иголку в стоге сена, но не сдавался. В запасе оставалось ещё несколько вариантов, с перерывом в два-три года, но я прекрасно понимал, что время может быть безнадёжно упущено. Поэтому продолжал, насколько хватало сил.
Глубокой ночью я сделал перерыв. Сел под одним из соломенных зонтиков, установленных вдоль берега, и стал глядеть на море. Я знал, что там, на другом берегу, светит огнями Мариуполь. В этом времени обычный, ничем не примечательный промышленный город…
— О чём думаешь?
Мирослава подошла совершенно бесшумно. Впрочем, это было несложно: не так далеко грохотала кислотным ритмом одна из площадок.
— О войне, — честно признался я.
— Вот как… ты не против? — Она указала на место рядом.
— Конечно, — кивнул я.
Мирослава села на песок, положила руки на колени.
— Интересные иногда совпадения бывают, да? — спросила она.
— Ты про нашу встречу? — уточнил я. — Да уж!
— Повезло нам… в смысле, мне с Ленкой.
— Слушай, вот если честно — ходить на ночь в такое место с подружкой — вот так себе идея!
— Да знаю, знаю… просто хотелось чего-то такого вот… безбашенного. Сам же, наверно, знаешь, как оно бывает — до последнего не верится в плохое.
— Пожалуй, — согласился я после небольшой паузы.
— Я всё думала, зачем тебя сюда принесло? Ты ведь не пьёшь, так ведь? — спросила Мирослава. — Признаюсь, наблюдала за тобой… Саша, ты кого-то ищешь? Может, я смогу помочь? Мне кажется, у меня всё-таки больше знакомств в этой среде. Если кто-то действительно нужен — из под земли достанем!
Я посмотрел на неё, ухмыльнулся и всё-таки не удержался от колкости:
— Вижу, это у вас семейное.
— Ну зачем ты так… я же искренне, по-человечески… — Мирослава вздохнула и начала было подниматься.
— Постой, — остановил я её, взяв за локоть.
Она с недоумением посмотрела на меня, но осталась на месте.
— Ищу, действительно… — ответил я. — Проблема в том, что я сам до конца не знаю, кого именно я ищу.
— Так бывает, — Мирослава улыбнулась. — Давай для начала поговорим о приметах. Кого ты ищешь?
— Человека… — начал я, прекрасно понимая, как глупо это звучит. — Вообще-то он или она может быть кем угодно. Единственное, что я знаю — он очень талантлив. И, скорее всего, сейчас находится здесь.
— Он музыкант? — уточнила Мирослава. — В смысле, очень талантливый музыкант, так? Это… если совсем честно — странно в таком месте искать настоящие таланты. Люди тут не за этим…
— Это не кастинг, Мирослав… если бы я просто искал талант — наверно, пошёл бы в консерваторию. Нет, тут не в этом дело… да и не факт, что он музыкант! Он может быть кем угодно: писателем, художником…
— Я что-то запуталась…
— Понимаю.
— Что в нём ещё может быть такого особенного, кроме таланта? Что отличает от других?
— Не знаю… наверно, взгляд на мир, — ответил я. — Он плохо воспринимает границы. Любые. А ещё то, что он делает, цепляет совершенно разных людей. Как бы объяснить…
— Значит, талантливый музыкант, гражданин мира… — задумчиво сказала Мирослава. — Да из них половина себя такими мнят! Другое дело, мало кто из них… стоп!
Она вдруг округлила глаза и вскочила на ноги.