Чтение онлайн

— В кейсе только одиннадцать, — продолжил я спокойно. — Я специально положил ещё столько же в свою куртку. Вот только я видел, как он её поднял. Вы забрали её у него?

Тишина. Чешуя молчал, переваривая информацию. Лицо менялось — от шока к пониманию, от понимания к холодной ярости.

— Двадцать два ядра, — повторил он тихо, почти шёпотом. — В вещдоках зафиксировано только одиннадцать.

Кивнул.

— Грибков в своих показаниях упомянул только кейс, — продолжал Чешуя, мысли вслух. — Ни слова про второй источник ядер.

— Получается, он забрал одиннадцать ядер прямо у вас из-под носа? — улыбка расползлась на моём лице. — А вы его героем сделали?

Ладно, я потерял свою добычу, но эти упустили военного. Как вообще? Он поднял мою куртку, его задерживали, и куда он её дел?

Идиоты… Так спешили его арестовать.

То, что за мной может следить Чешуя, я догадывался. После ситуации в медкорпусе, когда тот СКАшник связался, и ему сказали отвалить от меня и Кольцовой, лейтенант не просто так прикрывал меня. Использовали как наживку для Матросова и Мамонтовой.

Сжал кулак.

Ожидаемо, и я даже это использовал в личных целях, но всё равно потерял ядра.

Лейтенант встал резко. Прошёлся по кабинету, руки за спиной. Думал, анализировал, строил цепочку.

— Вы знали, что за нами придут, — сказал я прямо, без обиняков. — Догадывались. Вы использовали нас как приманку, чтобы взять Грибкова с поличным. Только приманка чуть не сдохла.

Чешуя замер у окна. Молчал долго, смотрел на территорию базы. Пальцы сжались в кулаки, разжались, снова сжались. Контролировал себя, не давал эмоциям вырваться наружу.

— Я не… — начал он, потом осёкся. Выдохнул, развернулся ко мне. — Я не знал, что у тебя с собой ядра. Думал, вы просто за кейсом поехали. Хотел взять Грибкова с поличным, когда он попытается забрать то, что украл его люди со склада.

— Да мне плевать на ваши планы, — отрезал я. — Вы облажались. Грибков свободен, у него одиннадцать ядер. Отличная операция.

Лейтенант сжал челюсть, вена на виске вздулась. Он злился, но не на меня. На себя, на ситуацию, на Грибкова.

Вернулся к столу, оперся руками о столешницу, наклонился вперёд, посмотрел мне в глаза.

— Мне очень нужен этот Грибков, — произнёс он медленно, чётко выговаривая каждое слово. — Очень. Ты даже не представляешь насколько.

Пауза. Чешуя выпрямился, скрестил руки на груди.

— Майор Грибков — не просто офицер, — продолжил лейтенант. — Он связующее звено между военными и чёрным рынком магических артефактов. Он организует кражи, он даёт заказы аномальщикам на нелегальную охоту, он отмывает ядра через свои каналы. Мы за ним следим два года. Два года собираем доказательства. И каждый раз он выскальзывает.

Интересно. Значит, Грибков не мелкая сошка, а крупный игрок, защищённый сверху. Генерал Краснов прикрывает его не просто так. Либо получает долю, либо сам в деле по уши.

— У меня есть только один способ его достать, — Чешуя ударил кулаком по столу. — Железобетонные показания. Свидетели, которые подтвердят его связь с незаконной торговлей. Улики, которые нельзя замять. Факты, которые не оспорить.

— Документ, что я маг, готов? — спросил я. — В базу внесли?

Чешуя моргнул. Сменил тему резко, не ожидал. Выпрямился, кивнул.

— Да, — подтвердил он. — Официально ты зарегистрированный маг. Ядро подтверждено, нужно только активированные стихии внести и их разряд. Твой статус легализован.

Отлично. Первый пункт нашей сделки выполнен. Теперь второй.

— Мне нужна информация по развитию магии, — продолжил я.

Чешуя поморщился, покачал головой.

— Всему своё время, Володя… Сначала мне бы это дерьмо разгрести.

— А как изменится ситуация, если Матросов и Мамонтова вдруг скажут, что работали на Грибкова? — спросил я, глядя Чешуе в глаза. — И что я подтвержу, что он хотел изъять эти ядра у нас, когда я собирался их доставить вам?

Лейтенант замер. Смотрел на меня, не моргая. Мозг работал, просчитывал варианты. Лицо оставалось непроницаемым, но глаза загорелись.

— Кто будет свидетельствовать против себя? — произнёс он медленно. — Их казнят или сделают рабами. Если Матросов и Мамонтова признают участие в незаконной охоте, признают кражу ядер, признают работу на военного… Им конец!

— Допустим, что я поговорю с Матросовым и Мамонтовой, — улыбнулся, — и они захотят помочь СКА. Дадут показания, подтвердят связь с Грибковым, расскажут всё, что знают.

Чешуя прищурился. Недоверие на лице.

— В обмен на что? — спросил он прямо.

— Я им пообещаю, что их отпустят, — ответил я так же прямо. — Расследование закроют, с них снимут все обвинения. Даже похвалят за помощь следствию.

Тишина.

Чешуя смотрел на меня, не отрываясь. Потом встал резко, стул отъехал назад с грохотом. Ударил кулаком по столу, бумаги подпрыгнули.

— Ты… — начал он, голос повысился. — Ты… СОВСЕМ С УМА СОШЁЛ?!

Орал во весь голос. Лицо покраснело, вены на шее вздулись. Самоконтроль лопнул, лейтенант больше не мог держать маску.

— Ты хочешь, чтобы я дал амнистию двум аномальщикам, которые участвовали в незаконных вылазках?! — продолжал Чешуя, не останавливаясь. — Которые крали ядра! Которые работали на военных! Ты в своём уме, Большов?!

Ждал, пока он выдохнется. Стоял спокойно, без реакции. Чешуя орал ещё минуту, потом замолчал. Тяжело дышал, смотрел на меня с яростью и… Да, отчаяние в глазах.

Лейтенант понимал, что без свидетелей Грибкова не достать. Понимал, что это единственный шанс. И злился, что этот шанс зависит от меня.

— Насколько я слышал, Грибкову доложили, что я выехал с КПП, — произнёс я спокойно. — Значит, у них есть крот. В СКА или в Корпусе 10. Вам это нужнее, лейтенант. Грибков без кротов — половина дела. А крот без Грибкова быстро всплывёт, когда начнёт искать нового хозяина.

Чешуя молчал. Дыхание успокаивалось, лицо бледнело. Мозг снова заработал, эмоции отступили. Он просчитывал варианты, взвешивал риски, оценивал выгоду.

— Военные скоро избавятся от Матросова и Мамонтовой, — добавил я. — Их найдут мёртвыми. Суицид, драка, несчастный случай — не важно. Неудобные свидетели не доживают до суда. И ваш Грибков будет чист, как слеза.