Чтение онлайн

– Из нас двоих я его недостойна, а не наоборот, – шепчет Ребекка, сжимает безвольную ладонь Рэнли и замолкает.

Зак бросает на друга долгий взгляд и выходит из палаты. Нео ждёт его у двери и тут же получает приказ, принести Ребекке что-нибудь из еды, а в воду подмешать успокоительные. Если она уснёт, то одну из ближайших палат нужно освободить для неё. Зак открывает соседнюю дверь и смотрит на девушку, спящую на кровати. Белокурые волосы собраны в косу, одна рука лежит под головой, а вторая обвивает ребенка. Мальчику примерно год-полтора.

Стоит Заку прикрыть дверь, как Лекса открывает глаза. Девушка аккуратно садится, так чтобы не потревожить сон ребенка.

Сестра Алекс смотрит на Зака, и он оценивает насколько они непохожи внешне. Совершенно разные, и он бы многое отдал, чтобы на месте Лексы сейчас была Алекс.

– Это Доминик? – спрашивает Зак, переводя взгляд на ребенка.

– Да, – отвечает Лекса и кладет на мальчика руку, словно защищая его.

– Как ты выбралась со Свободы?

Лекса хмурится.

– Остров со Статуей Свободы? – уточняет она.

– Да. Ты была там?

– Была.

– Рассказывай. Если солжешь, я узнаю это.

Лекса начинает рассказ с самого начала, с момента, когда влезла в машину Пьера. Она не сбивается ни разу. А Зак не перебивает её. Сестра Алекс рассказывает всё в самых мельчайших деталях, вплоть до того, что она сделала на яхте. О том, кто такой Барон и кем он приходится сестрам. Посвящает Зака в саму суть вымысла культа Барона. Она даже рассказывает о местоположении кабинета её отца и того места, где находилась она и Доминик. Лекса заканчивает только через двадцать минут и выжидательно смотрит на Закари. Она не знает, как он поведет себя с ней и Домиником, но предпочитает положиться на Алекс, которая была уверена, что мистер Келлер им поможет, более того даст защиту.

Закари обдумывает услышанное.

– Как она выглядела в последний раз? – спрашивает Зак более спокойным голосом.

Лекса ожидала вопросов касаемо чего угодно, но именно забота Зака о её сестре даёт надежду, что мистер Келлер поможет всем им.

– Как всегда, – отвечает Лекса. – Сильной.

Зак кивает, и Лекса замечает, с какой силой он сжимает трость. Мистер Келлер злится.

– Почему ты в палате? Доминик болен? Или ты?

– Ничего из этого. Алекс сказала мне, чтобы я нашла вас и открыла нашу тайну.

– Слушаю.

У Зака уже практически нет сил стоять. А боль разносится по всему телу. Ему нужен отдых. Хотя бы пара часов сна.

– Во мне вакцина, та, которую Алекс у вас украла, – осторожно произносит Лекса.

Раздумывая Закари переводит взгляд на Доминика, снова возвращает внимание на Лексу.

– Почему вы молчали раньше?

– Я не знаю. Алекс считала, что эта информация опасна.

Правильно считала, но ему-то она могла сказать. Сейчас Зак не в силах злиться на неё. Главное, чтобы Алекс вернулась домой. В данный момент всё остальное не имеет значения.

– Что изменилось? – спрашивает он.

Лекса пожимает плечом.

– Ваши с ней отношения. Она молила меня найти вас. Алекс верит, что только вы сможете её спасти. Вернуть домой. Я видела, как в вас стреляли и сказала ей об этом, но Алекс была уверена, что вы живы.

Так же, как и он уверен, что Алекс жива.

– Вам что-то нужно? Тебе или ребенку?

– Нет, спасибо. У нас всё есть. Нео позаботился об этом.

– Алекс рассказывала, как вакцина повлияла на тебя. Точнее, она сказала, что вколола её другой девушке.

– Я изменилась. Очень сильно.

– Подробнее.

Лекса рассказывает об улучшениях в своём организме. Она ничего не утаивает, даже о том, что рана от пулевого ранения в руку, которое она получила вчера ночью, уже практически затянулось.

Зак кивает и разворачивается, чтобы уйти, но тихий даже немного неуверенный голос Лексы останавливает его.

– Мистер Келлер? Вы ведь поможете ей? Не оставите там?

Закари оборачивается и не говоря ни единого слова смотрит на Лексу так, что ей становится неуютно в собственной коже.

– Заботься о сыне, – в итоге говорит он, но Лекса четко слышит: "Не лезь туда, где тебе нет места".

В коридоре Закари видит Лейзенберга, тот без сил шаркает по полу и двигается к главе базы номер девять.

– Мистер Келлер, – приветствует доктор.

– Что с Рэнли?

– Без изменений. Я пока держу его в искусственной коме, иначе он может впасть в настоящую из-за болевого шока. Или его сердце может не выдержать препаратов. Боюсь, что ноги придется ампутировать, снимки показали, что осколки костей всё же остались.

Только не это.

– Так достань их.

– Это невозможно. Он не переживет.

Лейзенберг пристально смотрит в лицо Зака, оба понимают, что выбор за судьбу Рэнли лежит на плечах Закари.

– Ты уверен? – осторожно спрашивает он, не желая слышать ответа.

– Практически.

Это не стопроцентное да.

– Ребекка сказала, что он не сможет ходить, – произносит Зак и снова сжимает переносицу пальцами. Голова нещадно гудит и кружится.

– Операция длилась шестнадцать часов, ваш друг потерял слишком много крови, и его повреждения ужасают. Я был уверен на девяносто пять процентов, что его сердце остановится ещё задолго до окончания операции, но Рэнли воин, и сила его духа поражает.

– Не думал, что ты веришь в силу духа.

Лейзенберг пожимает плечами.

– Не верил, но даже эта сила не поможет Рэнли встать на ноги. Никогда.

– А как же Лекса? В её крови есть вакцина. Она рассказала, что вакцина вылечила её и теперь она практически сверхчеловек. На ней раны заживают с невероятной скоростью.

Лейзенберг поправляет очки.

– Это так. Мои помощники уже пытаются воссоздать вакцину, но мы с вами помним случай Александрии Брукс, – печально произносит доктор. – Ей вакцина помогла не умереть, но не более. Если мы даже введем препарат в кровь Рэнли, это не поможет, так как его покусали зараженные. В этом случае вакцина бессильна. Она может и заживит раны, но…

– Можно её усовершенствовать?

– Скорее всего нет. Для начала нужно воссоздать лекарство и опробовать на других. Только после этого дать её Рэнли, но к тому моменту гангрена разойдется. Ампутация необходима, – доктор замолкает и придирчиво разглядывает Зака. – Я слышал, что вы уезжали.

– Были дела, – отмахивается Зак, погружаясь в темные мысли о друге.

– Мои доктора зашивали вас не для того, чтобы вы умерли на следующий день, – недовольно бурчит Лейзенберг. – Вам нужно сменить повязки и поставить уколы. И отдых. Пожалуйста, отдохните хотя бы несколько дней. Мистер Келлер, вы не бог, вы так же смертны, как и все мы.