Эпос о Гильгамеше
Шрифт:
(Далее недостает около двадцати стихов.)
…Теперь же я, и друг и брат твой,Тебя уложил на великом ложе,На ложе почетном тебя уложил я,Поселил тебя слева, в месте покоя,Государи земли облобызали твои ноги,Велел оплакать тебя народу Урука,Веселым людям скорбный обряд поручил я,А сам после друга рубище надел я,Львиной шкурой облачился, бегу в пустыню!»Едва занялось сияние утра…(Далее недостает более сотни стихов.)
Едва занялось сияние утра,Гильгамеш изготовил из глины фигурку,Вынес стол большой, деревянный,Сосуд из сердолика наполнил медом,Сосуд из лазури наполнил маслом,Стол украсил и для Шамаша вынес.(До конца таблицы, недостает около пятидесяти стихов; содержанием их было гадание Гильгамеша и ответ богов. Вероятно, он был сходен по содержанию с тем, который содержится в «Старовавилонской» версии, но не в этом месте, а в той таблице, которая соответствовала позднейшей десятой, – в так называемой «Таблице Мейснера». Ниже приводим текст из нее, первые строки представляют собой домысел переводчика.)
Эллиль услышал уст его слово —Внезапно с неба призыв раздался:«Издревле, Гильгамеш, назначено людям:Земледелец, пашет землю, урожай собирает,Пастух и охотник со зверьем обитает,* Надевает их шкуру, ест их мясо.* Ты же хочешь, Гильгамеш, чего не бывало,* С тех пор как мой ветер гонит воды».* Опечалился Шамаш, к нему явился,* Вещает он Гильгамешу:* «Гильгамеш, куда ты стремишься?* Жизни, что ищешь, не найдешь ты!»* Гильгамеш ему вещает, Шамашу-герою:* «После того как бродил по свету,* Разве довольно в земле покоя?* Видно, проспал я все эти годы!* Пусть же солнечным светом насытятся очи:* Пуста темнота, как нужно света!* Можно ль мертвому видеть сияние солнца?»(От этого места в «Старовавилонской» версии до конца таблицы еще около двадцати стихов.)
Таблица IX
(Далее недостает около тридцати стихов.)
Он слыхал о горах, чье имя – Машу,Как только к этим горам подошел он,Что восход и закат стерегут ежедневно,Наверху металла небес достигают,Внизу – преисподней их грудь достигает, —Люди-скорпионы стерегут их ворота:Грозен их вид, их взоры – гибель,Их мерцающий блеск повергает горы —При восходе и закате Солнца они охраняют Солнце, —Как только их Гильгамеш увидел —Ужас и страх его лицо помрачили.С духом собрался, направился к ним он.Человек-скорпион жене своей крикнул:«Тот, кто подходит к нам, – плоть богов – его тело!»Человеку-скорпиону жена отвечает:«На две трети он бог, на одну – человек он!»Человек-скорпион Гильгамешу крикнул,Потомку богов вещает слово:«Почему идешь ты путем далеким,Какою дорогой меня достиг ты,Реки переплыл, где трудна переправа?Зачем ты пришел, хочу узнать я,Куда путь твой лежит, хочу узнать я!»Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону:«Младший мой брат, гонитель онагров в степи, пантер на просторах,Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров горных, пантер на просторах,С кем мы, встретившись вместе, подымались в горы,Вместе схвативши, Быка убили,В кедровом лесу погубили Хумбабу,Друг мой, которого так любил я,С которым мы все труды делили,Энкиду, друг мой, которого так любил я,С которым мы все труды делили, —Его постигла судьба человека!Шесть дней миновало, семь ночей миновало,Пока в его нос не проникли черви.Устрашился я смерти, не найти мне жизни:Мысль о герое не дает мне покоя!Дальней дорогой бегу в пустыне:Мысль об Энкиду, герое, не дает мне покоя —Дальним путем скитаюсь в пустыне!Как же смолчу я, как успокоюсь?Друг мой любимый стал землею!Энкиду, друг мой любимый, стал землею!Так же, как он, и я не лягу ль,Чтоб не встать во веки веков?Теперь же, скорпион, тебя я встретил, —Смерти, что страшусь я, пусть не увижу!……………………………………….К Утнапишти, отцу моему, иду я поспешно,К тому, кто, выжив, в собранье богов был принят и жизнь обрел в нем:Я спрошу у него о жизни и смерти!»Человек-скорпион уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу:«Никогда, Гильгамеш, не бывало дороги,Не ходил никто еще ходом горным:На двенадцать поприщ простирается внутрь он:Темнота густа, не видно света —При восходе Солнца закрывают ворота,При заходе Солнца открывают ворота,При заходе Солнца опять закрывают ворота,Выводят оттуда только Шамаша боги,Опаляет живущих он сияньем, —Ты же – как ты сможешь пройти тем ходом?Ты войдешь и больше оттуда не выйдешь!»(Далее недостает более пятидесяти стихов.)
Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону:«…………………………..В тоске моей плоти, в печали сердца,И в жар и в стужу, в темноте и во мраке,Во вздохах и плаче, – вперед пойду я!Теперь открой мне ворота в горы!»Человек-скорпион уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу:«Иди, Гильгамеш, путем своим трудным,Горы Машу ты да минуешь,Леса и горы да пройдешь отважно,Да вернешься обратно благополучно!Ворота гор для тебя открытые.»Гильгамеш, когда услышал это,Человеку-скорпиону был послушен,По дороге Шамаша стопы он направил.Первое поприще уже прошел он —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.Второе поприще уже прошел он —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.Третье поприте пройдя, он вспять обратился.(В следующих недостающих восемнадцати стихах, вероятно, объяснялось, почему Гильгамеш решился вновь предпринять путь сквозь подземелье на краю света.)
С духом собрался, вперед зашагал он.Четвертое поприще уже прошел он —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть,Пятое поприще уже прошел он —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.Шестое поприще уже прошел он —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть,Седьмое поприще пройдя – он прислушался к мраку:Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.Восьмое поприще пройдя, – в темноту он крикнул:Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.На девятом поприще холодок он почуял, —Дыхание ветра его лица коснулось, —Темнота густа, не видно света,Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть,На десятом поприще стал выход близок, —Но, как десять поприщ, поприще это.На одиннадцатом поприще пред рассветом брезжит,На двенадцатом поприще свет появился,Поспешил он, рощу из каменьев увидев!Сердолик плоды приносит,Гроздьями увешан, на вид приятен.Лазурит растет листвою —Плодоносит тоже, на вид забавен.(Далее недостает тридцать четыре стиха. Сохранились отрывки дальнейшего описания волшебного сада.)
Гильгамеш, проходя по саду каменьев,Очи поднял на это чудо.Таблица Х
(Ответ Уршанаби пропущен, может быть, по небрежности писца.)
Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:«Теперь, Уршанаби, – где путь к Утнапишти?Каков его признак – дай его мне ты!Дай же ты мне пути того признак:Если возможно – переправлюсь морем,Если нельзя – побегу пустыней!»Уршанаби ему вещает, Гильгамещу:* «Идолы те, Гильгамеш, мне оберегом были,* Чтобы я не прикоснулся к водам смерти;* В ярости твоей ты идолы разрушил, —* Без тех идолов тебя переправить трудно,Возьми, Гильгамеш, топор в свою руку,Углубися в лес, наруби шестов там,Сто двадцать шестов по пятнадцати сажен,Осмоли, сделай лопасти и мне принеси их».Гильгамеш, услышав эти речи,Боевой топор он поднял рукою,Выхватил из-за пояса меч свой,Углубился в лес, нарубил шестов там,Сто двадцать шестов по пятнадцати сажен, —Осмолил, сделал лопасти, к нему принес их.Гильгамеш и Уршанаби шагнули в лодку,Столкнули лодку на волны и на ней поплыли.Путь шести недель за три дня совершили,И вступил Уршанаби в воды смерти.Уршанаби ему вещает, Гильгамешу:«Отстранись, Гильгамеш, и шест возьми ты,Воды смерти рукою не тронь, берегися!Второй, третий и четвертый, Гильгамеш, возьми ты,Пятый, шестой и седьмой, Гильгамеш, возьми ты,Восьмой, девятый и десятый, Гильгамеш, возьми ты,Одиннадцатый и двенадцатый, Гильгамеш, возьми ты», —На сто двадцатом кончились шесты у Гильгамеша,И развязал он препоясанье чресел,Скинул Гильгамеш одежду, ее развернул он,Как парус, ее руками поднял.Утнапишти издали их увидел,Помыслив, сердцу своему вещает,Сам с собою совет он держит:«Почему это идолы на ладье разбиты,И плывет на ней не ее хозяин?Тот, кто подходит, – не мой человек он,И справа гляжу я, и слева гляжу я,Я гляжу на него – и узнать не могу я,Я гляжу на него – и понять не могу я,Я гляжу на него – и не ведаю, кто он.»……………………………….(Далее недостает около двадцати стихов.)
Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:«Почему твои щеки впали, голова поникла,Печально сердце, лицо увяло,Тоска в утробе твоей обитает,Идущему дальним путем ты лицом подобен,Жара и стужа чело опалили,И марева ищешь, бежишь по пустыне?»Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:«Как не впасть моим щекам, голове не поникнуть,Не быть сердцу печальным, лицу не увянуть,Тоске в утробу мою не проникнуть,Идущему дальним путем мне не быть подобным,Жаре и стуже не спалить чело мне,Не искать мне марева, не бежать по пустыне?Младший мой брат, гонитель онагров в степи, пантер на просторах,Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров в степи, пантер на просторах,С кем мы, встретившись вместе, поднимались в горы,Вместе схвативши, Быка убили,В кедровом лесу погубили Хумбабу,На перевалах горных львов убивали,Друг мой, которого так любил я,С которым мы все труды делили,Энкиду, друг мой, которого так любил я,С которым мы все труды делили, —Его постигла судьба человека!Дни и ночи над ним я плакал,Не предавая его могиле,Пока в его нос не проникли черви.Устрашился я смерти и бегу в пустыне, —Слово героя не дает мне покоя,Дальней дорогой брожу в пустыне —Слово Энкиду, героя, не дает мне покоя:Как же смолчу я, как успокоюсь?Друг мой любимый стал землею,Энкиду, друг мой любимый, стал землею!Так же, как он, и я не лягу ль,Чтоб не встать во веки веков?»Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:«Я же, чтоб дойти до дальнего Утнапишти:Чтоб увидеть того, о ком ходит преданье,Я скитался долго, обошел все страны,Я взбирался на трудные горы,Через все моря я переправлялся,Сладким сном не утолял свои очи,Мучил себя непрерывным бденьем,Плоть свою я наполнил тоскою,Не дойдя до хозяйки богов, сносил я одежду,Убивал я медведей, гиен, львов, барсов и тигров,Оленей и серн, скот и тварь степную,Ел их мясо, их шкурой ублажал свое тело;При виде меня хозяйка заперла двери,Смолой и киром обмазал шесты я,Когда плыл на ладье, не тронул воды я, —Да найду я жизнь, которую ищу я!»Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:«Почему, Гильгамеш, ты исполнен тоскою?Потому ль, что плоть богов и людей в твоем теле,Потому ль, что отец и мать тебя создали смертным?Ты узнал ли, – когда-то для смертного ГильгамешаБыло ль в собранье богов поставлено кресло?Даны ему, смертному, пределы:Люди – как пахтанье, боги – как масло,Человеки и боги – как мякина и пшеница!Поспешил ты шкурою, Гильгамеш, облечься,И что царскую перевязь, ее ты носишь, —Потому что – нет у меня для тебя ответа,Слова совета нет для тебя никакого!Обрати лицо свое, Гильгамеш, к твоим людям:Почему их правитель рубище носит?………………………………..(Далее недостает около двадцати пяти стихов.)
Ярая смерть не щадит человека:Разве навеки мы строим домы?Разве навеки ставим печати?Разве навеки делятся братья?Разве навеки ненависть в людях?Разве навеки река несет полые воды?Стрекозой навсегда ль обернется личинка?Взора, что вынес бы взоры Солнца,С давних времен еще не бывало:Пленный и мертвый друг с другом схожи —Не смерти ли образ они являют?Человек ли владыка? Когда Эллиль благословит их,То сбираются Ануннаки, великие боги,Мамет [10] с ними вместе судит:Они смерть и жизнь определили,Не поведали смертного часа,А поведали: жить живому!»10
Мамет – одна из Ануннаков, божеств земли, богиня, сотворившая людей.
Поделиться с друзьями: