Чтение онлайн

– А почему нет? Сделайте первый шаг! Культу Темнейших и Ордену Избранных ничего не мешает жить среди нас, что вам мешает? Внешний вид? Я вас умоляю! Кьяру населяет одиннадцать рас. А вы – двенадцатая. Думаю, нам даже не стоит лезть в это дело. Я смотрю, вы делаете великолепные посохи и зачаровываете их не так как кьяревские мастера. Начните с торговли, будьте приветливее и народ потянется к вам.

– Хм, идея неплохая, – сказал Ренъяр. – А если нас погонят с земель?

– Если начнёте со Светинска, то, думаю, гонения не будет. Ведь вы – бывшие эльфы, жертвы жуткого эксперимента сумасшедшего орка Гашала, – начала рассуждать я. – О вас от эльфов станет известно всему миру и в Светинск станут прибывать покупатели с других королевств. Обуздайте свой гнев, ибо кьяревцы не виноваты в ваших бедах. Гашал наказан. Первого шага будут ждать именно от вас.

– Госпожа Сашиара, что вы решили? Осталось два часа до погружения Хору в воду.

– В словах этой эльфийки что-то есть, но я должна сначала спросить у своего народа. Так что вам придётся подождать. Биар, Луар, присмотрите за «гостями».

Как только большая часть наг покинула помещение, на меня разом посыпались вопросы. Нет, вот что они так взъелись? Я тут нашу участь оттягиваю, а на меня печенье крошат!

– Мой народ согласен, – сказала Сашиара. – Он согласен попробовать влиться в общество, соблюдая все законы. Но если у нас ничего не получится, тогда ты, эльфийка, – её перст указал на меня, – станешь одной из нас, а твоих друзей убьём.

Нас отпустили. На душу лёг огромный камень. Ещё не хватало в нагу превратиться. Но я верила, что у них всё получится и меня не постигнет эта участь.

Лиорт Хлери даже и не пытался нас искать. Ярослава постоянно путалась у него под ногами, а потому он не вспоминал о практикантах. Стемнело. Спать я отправилась первая. Катя долго объясняла инрэ, что она оборотень и ей необходимо пойти в лес. Разрешение Жильцова получила, приняв облик бурого мишки, умчалась в лес.

Утром обнаружила подругу на пороге её комнаты. Не дошла бедняжка. Разбудила. Та глянула на меня своим осоловевшим взглядом и продолжила спать. Её тело было покрыто шерстью, вот и спать на полу не холодно.

Завтракала я в компании Мархеля. Эльф меланхолично ковырял еду.

– Что-то случилось? – спросила я.

– Нет, ничего не случилось, – вздохнул он. Пожав плечами, я продолжила трапезу. Тут Торн посмотрел на меня и выдал: – Я как представлю, что ты станешь нагой, аж плохо делается. Зачем ты согласилась?

– Надо было как-то спасать наши жизни, а ничего путного в голову не лезло, – ответила я. – Не волнуйся, Мархель, всё будет хорошо.

– А если нет? Я не хочу сказать, что наги мне не нравятся, но в них что-то… Даже сказать не могу что.

– Они озлоблены на мир, вот и всё. Ты же знаешь их историю, вот теперь сам подумай: как им после этого доверять нам?

– Мне кажется, они специально будут себя похабно вести, чтобы забрать тебя.

– Если оно действительно так и будет, тогда договор считается недействительным, – успокоила я его. – Так что, не бери в голову.

– Но почему только тебя?

– Моя ж идея была, вот и буду расплачиваться.

– Почему ты так спокойна, Стефания? Будто не твоя судьба будет решаться.

– Будет, но не сейчас же. Пройдёт время, пока они соберутся. Так что, мне пока ничего не грозит.

– Я просто поражаюсь твоему спокойствию, – возмутился Мархель. – Ну, да, ладно. Что будем делать?

– Нам выходной устроили? – удивилась я. Вот здорово будет! Погуляем хоть!

– Ага. Встретил сегодня инрэ Хлери, а он какой-то вымученный. Решил спросить, что будем делать сегодня, а куратор сказал, что лично он будет отсыпаться. Даёт нам фору. Так что, как вы с Екатериной не знаю, а у нас с Аширой свидание.

Вот и отлично! Сегодня день обещал быть знойным, и я собралась, как следует оторваться. Через час спустилась Катька и выставила мне претензию, что я плохая подруга, в угол на гречку поставить нужно. Я, видите ли, прошла мимо неё и даже не соизволила отконвоировать её спящую тушку на коечку. Озябла она. Не фиг шататься по ночам, и вообще, у неё шуба есть. О чём ей и поведала.

Ближе к полудню мы всё-таки выбрались на улицу. Я подставила солнечным лучам своё лицо. Как же здорово!..

Первым делом Катя потащила меня в мастерскую. У неё корпус гитары треснул. Я же поинтересовалась, как её угораздило-то? Жильцова хлопнула пару раз своими янтарными очами и рассмеялась. К ней сегодня ночью тип пристал поддатый. Думал, она представительница древнейшей профессии, вот и получил гитарой. Силушку свою богатырскую только не рассчитала. Мужику ничего не было, а инструмент повредила.

Мастер осмотрел её инструмент и сказал, чтобы мы возвращались часа через полтора. Пообещал сделать конфетку. Раз такое дело, то направили мы свои стопы к ярмарке. Ой, а люду-то сколько, люду! Торговцы зазывают в свои шатры и ларьки, посмотреть на товар. Чего только не было: амулеты, камни, свитки, оружие, еда для усиления способностей… Жильцова рассматривала свитки.

Я услышала бурные аплодисменты. О, народ собирается. Концерт что ли какой-то намечается? Предупредила Катерину, что пойду, узнаю, чего так люду много собралось? На помосте стоял мужчина. На нём была светлая рубашка с закатанными рукавами и штаны тёмного цвета. Каштановый длинный волос был завязан в хвост. Алые очи разглядывали зрителей. Вампир взял в руки гитару, наиграл мелодию и чувственно запел:

В толпе, увидел тебя я в толпе,

И мне, ты улыбнулась мне,

Твоей красотой я был очарован,

Твоей красотой я был очарован!

Я стояла в первом ряду, слушая внимательно. Его голос… он проникал в душу, вызывая положительные эмоции.

А я нарисую твой портрет,

И твой лик улыбнётся мне

На миг уловил очей свет,

Словно это было во сне.

И играл, и пел этот мужчина великолепно. Я начала думать, может, пригласить его в нашу группу? Будут они вместе с Мархелем петь, но, будет ли существовать наша группа после окончания Академии? Торн в следующем году заканчивает учиться, а нам два года ещё тусоваться в стенах учебного заведения.

Тут взгляд исполнителя пал на меня. На миг даже играть перестал, но вовремя спохватился:

И день, и ночь отгонял я мысли прочь,

Но тоску не в силах был превозмочь,

И в сердце моём грусть и печаль,

И в сердце моём грусть и печаль!

И сейчас мне казалось, что поёт этот мужчина для меня. Я улыбнулась.

Припев он пропел, глядя на меня. Девушки начали бросать в мою сторону ревнивые взгляды. Хотелось скрыться от них в толпе, но и дослушать было желание.