Эра подземелий 20
Шрифт:
Мне стоило лишь сослаться на занятость и приказ старейшины Варга. Услышав его имя, драконидка больше не настаивала на моей компании. Но даже после столь бесцеремонного отношения к ней, напоследок девушка пообещала навестить меня как-нибудь во внерабочее время.
Мысленно вздохнув, я поспешил приступить к другому заданию. Дел в поместье восьмой ветви племени Ританг и правда, скопилось немало. А все, что я мог поручить другим ремесленникам — это простейшие работы по починке сельскохозяйственной техники и артефактов Начального качества.
Чтобы как-то упорядочить свой рабочий маршрут, я разделил карту поместья на три условных круга с центром в моем дворе. Самый внутренний заканчивался границами ремесленнической зоны, второй доходил уже до центра поместья, а третий являлся внешним. Он захватывал дальний берег второго озера, и несколько десятков дворов, которые располагались с другой стороны центральной скалы обособленного мира.
Насколько я знал, там была территория, где проживал великий старейшина семьи и приближенные к нему дракониды, включая его учеников. В основном они вели затворнический образ жизни, стараясь как можно меньше высовываться из своих дворов. Эти практики целиком и полностью решили посвятить себя самосовершенствованию.
Именно в том районе и произошел неожиданный инцидент. На своем артефакте полета я быстро добрался до места назначения, которым являлась стоянка транспортных средств. Они использовались слугами семьи, которые заботились обо всех нуждах великого старейшины и его приближенных.
Позади расположился дальний берег второго озера, впереди дворы драконидов. И что самое странное, по пути к стоянке мной не было замечено ни одного слуги. Сама взлетно-посадочная площадка также оказалась пуста. Ни одного транспортного средства на ней не наблюдалось.
Заподозрив неладное, я мгновенно начал распространять по меридианам физической оболочки внутреннюю энергию. В моих руках появился костяной клинок, а демонический в свою очередь активировал максимальный режим защиты пилота.
В момент высвобождения на полную мощность духовного восприятия, я заметил несколько пространственных искажений. Всего их насчитывалось четыре штуки. Анализ полученных данных показал, что причиной искажения являлось изменение явления, которое я называл маскировкой.
Заметно снизив скорость, реплика Демонического клинка заложила вираж. Я собирался развернуться и на всех парах лететь полететь к более оживленным зонам поместья.
Почувствовав, что жертва уходит, сидевшие в засаде злоумышленники скинули маскировку и мгновенно меня атаковали. Трое из них тоже владели артефактами полета в форме серебристых игл. Их тонкие носовые части одновременно являлись энергетическим орудием.
Активировав их, злоумышленники совершили по выстрелу направленным пучком изначальной энергии. Мощность этой атаки можно было приравнять к умению мастера самосовершенствования пика Среднего этапа.
Мне удалось уклониться всего лишь от одного выстрела. Два других пробили силовое поле артефакта полета и вывели из строя его ходовую часть. Моментально активировав Технику грозового танца смерти, я использовал Погоню за молнией. Это умение позволило мне очень быстро оказаться на земле.
Высвободив Громовое пламя первого исхода, я тут же окружил свое тело Доменом. Но, на мое удивление, второй атаки от трех серебристых артефактов полета не последовало. Они развернулись, и снова активировав маскировку, направились к выходу из поместья.
«Те злоумышленники уже выполнили свою задачу!»
В тот момент, когда мою голову посетила эта мысль, заработало шестое чувство. Оно стало бить в тревожный набат, сообщая о грозившей мне опасности. За прожитые сотни лет я научился доверять своему шестому чувству, поэтому до максимума увеличил свою бдительность.
Когда за моей спиной возникло искажение пространства, восприятие тут же об этом мне сообщило. Резко развернувшись, я высвободил силу частицы души Псевдодракона, дремлющую в костяном клинке. Эта атака разрушила маскировку напавшего на меня практика.
Он был одет в черный облегающий доспех, материал которого больше походил на пластик, чем на кожу. Казалось, на меня напал не настоящий практик, а собственная тень.
Медленно материализовавшись, убийца выбросил сразу шесть коротких клинков. Они больше походили на кинжалы, лезвия которых были смазаны ядом. Чтобы заблокировать их, я воспользовался Доменом, как точкой активации другого изменения явления. Изначальная энергия, которая его поддерживала, плавно образовала новую структуру — Стену огня.
В отличие от своих подельников, убийца на первой атаке не остановился. Спустя пару мгновений он оказался справа от меня. Мое тело все еще находилось под воздействием Техники молниеносного танца смерти, так что я смог отразить его вторую атаку.
Буквально за секунду мы с ним обменялись более чем десятком выпадов. Оружие, техники и экипировка, которые убийца использовал против меня — все это было Высшего качества.
Каждый удар кинжалов убийцы, который я принимал на лезвие своего костяного клинка, отдавался в моих руках легким онемением. Было видно, что силы ему тоже не занимать. Скорее всего, в данный момент он находился в своей боевой форме.
Под натиском атак злоумышленника я был вынужден отступить. Мне пришлось снова использовать Погоню за молнией, чтобы разорвать расстояние. Едва это произошло, убийца материализовал из своего артефакта хранения устройство, похожее на ромб, коричневого цвета.
Мое восприятие сразу же определило, что по своему функционалу оно было схоже с тем артефактом, которым меня пытался запечатать старейшина Борг. Сразу после нашего боя, вернувшись в свой двор, я долго раздумывал над тем, как противостоять таким атакам.
Мне пришел в голову только направленный контрудар. Активировав Сжигание духа, я создал пулю из ментальной энергии, которая выстрелила прямо в артефакт противника. Когда два психических намерения столкнулись, образовался микро ментальный шторм. Он разрушил оба намерения, после чего артефакт стал бесполезен.
Не став терять ни секунды, я тут же ринулся в атаку, активируя Высший меч ИньЯн. Черно-белый поток энергии вырвался из моего Дяньтяня, и быстро запечатал противника в сферу. Когда я высвободил разрез, он вобрал в себя две первостихии, заставив их сдетонировать.