Чтение онлайн

Также вдоль всей южной стены тянулась открытая галерея, чья крыша поддерживалась грубыми, но надежными каменными колоннами. Даже на таком расстоянии я мог заметить отблески на доспехах или оружии стражников — очевидно, в замке велась караульная служба.

— Видите? — Трумел указал пальцем на открытую галерею, как раз туда, где я заметил металлический блеск. — Стража на посту! Видать, зря волновались.

— Ну, не разворачиваться же теперь, — проворчал Давур. — Давайте хоть в гости зайдем, поздороваемся.

— Это понятно, приказ есть приказ, — кивнул Трумел. — Ну что ж, вперед!

Отряд без труда спустился с противоположной стороны высокого холма и двинулся мимо тщательно окученных полей.

— Как-то тихо тут, не находите? — спросил я, поскольку всю жизнь прожил в деревне и знал, как она должна звучать. — Ни голосов, ни скотины не слышно.

— И верно, — удивился Давур. — Отсюда-то уж точно мы должны их слышать! Как будто в деревне и вовсе никого.

— А ну-ка стоп! — Трумел вскинул кулак, и отряд послушно замер. Мы пристально всматривались в окружившие нас деревенские домики, однако ни в одной избе или землянке не было заметно движения. Улицы деревни тоже стояли пустыми, и не было видно ни работающих людей, ни игравших в пыли детишек.

— Не нравится мне все это, — пробормотал Родел и обнажил меч. Его примеру последовали все остальные.

— Что будем делать? — спросил Мальвер командира, перекладывая прочный деревянный щит из-за спины в левую руку.

— Исполнять приказ, — мрачно отозвался Трумел. — Идем вперед, медленно и осторожно.

— Если вдруг что — отступаем к холму порознь, точка сбора на месте стоянки Витрама. Пусть выводит нас обратно в Гольново! — прошипел Давур.

— Отставить панику! Все будет в порядке. Следите за флангами и прикрывайте друг друга. Вперед!

Ощетинившись клинками во все стороны, отряд плотным строем двинулся вперед, и через пару десятков шагов мы оказались внутри деревни. По обе стороны от натоптанной центральной улицы тянулись унылые вереницы домиков. Повсюду виднелись следы жизни — оставленные на земле детские игрушки, корыта с водой и не достиранным бельем. Через окно в избе по левую руку я смог рассмотреть накрытый стол — полная кастрюля домашних щей и четыре тарелки. Все это стояло нетронутым, будто семья только-только собиралась отобедать, но что-то им помешало.

Или кто-то.

— Ничего не напоминает? — нервно хихикнул я, повернувшись к Давуру.

— И не начинай, — хмуро отозвался сослуживец. И верно — открывшаяся нам картина до боли напоминала фальшивую столицу племени эрветов. Те же пустые дома и жуткое ощущение заброшенности, от которого внутренности сворачивались в тугой комок.

— Тихо! — Трумел опять вскинул кулак и начал вглядываться в темноту впереди, образованную узким проходом меж двух домов.

— Что там? — занервничал Рисли, самый молодой член отряда.

— Показалось, наверное, — тихо прошептал себе под нос Трумел. — Нет, ничего! Идем, — добавил он нормальным голосом и продолжил идти по дороге, к разрыву в сплошной стене домов. Сразу за узким проходом начиналась открытая площадь, по которой можно было добраться до барбакана.

Длинные приземистые домики, которые служили деревенским сараями, стояли на расстоянии в пару метров друг от друга. Окна были заколочены, чтобы не сквозило, поэтому я не мог рассмотреть, что творится внутри.

Нам пришлось выстроиться длинной колонной по одному, чтобы протиснуться в этот проход. Я сохранял постоянную бдительность, внимательно всматриваясь в закрытые ставни и заколоченные оконные проемы, пытаясь отследить потенциальную угрозу. Правая рука крепко стискивала рукоять короткого меча, а левой я прижимал щит к груди, готовясь к отражению внезапной атаки.

Вскоре весь наш отряд оказался заперт в пространстве между сараями, однако пока все было тихо. Я уже поверил, что мы вот-вот окажемся на площади, но у судьбы были другие планы на этот день.

Первым вскрикнул Амир — он шел на шаг позади меня, и поразивший его удар вполне мог достаться мне. Обернувшись на крик, я увидел, что ставни по правую руку от нас сорвало с петель, словно от взрыва, и из открывшегося окна прямо в Амира метнулась гипертрофированная конечность, лишь отдаленно напоминавшая человеческую. Эта “рука” играючи пробила нагрудник воина и погрузилась в тело, сломав ребра и расплющив легкие.

Амир закашлялся кровью, алые потоки хлынули из его рта, носа и рваной раны на груди. Не успев сказать ни слова, молодой воин рухнул на колени, после чего повалился на бок и свернулся калачиком, да так и затих.

Увиденное повергло меня в настоящий шок. Я замешкался и не успел ничего сделать, но Давур оказался куда расторопнее.

Не раздумывая ни секунды, мой товарищ по полку с громким выдохом-вскриком рубанул мечом сверху-вниз, перерубив уродливую конечность в районе локтевого сустава. “Рука” с влажным хлюпаньем упала на землю, рядом с телом Амира, в то время как ее невидимый обладатель издал утробное рычание откуда-то изнутри сарая.

Оправившись от удивления, я взял себя в руки и стремительным движением подскочил прямо к окошку. Коротко заглянул внутрь и тут же отпрянул. Вовремя — другая “рука” метнулась наружу и пронзила воздух в том месте, где мгновение назад было мое лицо. Стоя чуть в стороне от проема, в безопасности, я успокоил дыхание. Другие члены отряда последовали моему примеру и прижались к противоположной стене, как можно дальше от сарая с выбитыми ставнями.

— Что там? — зашипел Трумел, обращаясь ко мне.

— Тьма сплошная, не видно ни черта, — махнул я рукой. — Но одного ублюдка я все же заприметил, он прямо у окна стоит.

— Это человек?! — повизгивающим голосом спросил Давур.

— Похож, — пожал я плечами. — Лицо человеческое.

— Быть не может! Ты видел эту руку?!

Давур мог и не спрашивать — отрубленная конечность по-прежнему валялась у нас прямо под ногами и легонько подергивались, будто насекомое. Даже отсеченная часть была длиннее, чем лезвие наших мечей, значит, вся “рука” противника сравнилась бы с копьем. Очень опасное оружие, которое не могло принадлежать обычному человеку.

— Что будем делать, командир? — спросил Рисли. — Надо убираться отсюда!

Словно в подтверждение его слов, пара приколоченных досок в стороне от уже выбитого окошка тоже полетела со своих мест. Из открытых проемов показались новые гипертрофированные руки, протянутые в наши стороны. Изнутри доносилось сдавленное рычание и бессмысленное бормотание, издаваемое десятками, если не сотнями голосов.

— Мрак Солуса! — заорал Трумел и припустил по дорожке вперед, в сторону площади. — Чего встали?! — крикнул он на бегу, обернувшись. — Тащите оттуда свои задницы!