Эра разлома
Шрифт:
— Неужели он нас предал? — возмущался кто-то из преследователей. — Я ж верил Тарону, как собственному брату!
— Не ты один, — хмуро добавил кто-то еще.
Я решил, что надо срочно делать ноги. Наплевав на осторожность, я оторвался от спасительной стены и бегом припустил по направлению к лошадиным стойлам. Хотя это сложно было назвать бегом — я еле ковылял по утоптанной земле рядом с храмом, волоча побитую правую ногу, как неудобный костыль. Когда до дверей конюшни оставалось лишь несколько шагов, я услышал окрик, который стеганул меня в спину, словно бич.
— Эй, ты еще кто такой?
— Он здесь! — заголосил противным голосом кто-то из бойцов ордена Луцис, и все они дружно побежали в мою сторону.
— Мрак Солуса! — вырвалось из моего сдавленного удушьем горла, но я не оставил попыток добраться до конюшни.
Шаг, другой, третий…
О Боже, как глупо будет вновь попасть к ним в руки, когда до спасения было лишь рукой подать! Ну же, Рональд! Вперед! Ради Мариссы!
Всем весом навалившись на дверь, я с трудом распахнул ее и оказался во внутреннем помещении конюшни. Перейдя порог, я тут же закрыл ее, и вовремя. С той стороны послышался мощный удар, будто кто-то из преследователей на полном ходу врезался в неподатливое дерево.
Заперев дверь на засов, я обернулся и осмотрел конюшню изнутри.
Помещение освещалось лишь двумя масляными лампами. По бокам тянулись стойла с лошадьми, которые закрывались высокими одностворчатыми дверьми. В дальнем конце я увидел раздвижные ворота, которые как раз были открыты, а, значит, я мог прыгнуть на любого скакуна и устремиться прочь.
Вот только прямо передо мной на коленях стоял Тарон Прайд. Из уголка его губ стекала струйка крови, нос был разбит, а вокруг собрались трое бойцов ордена Луцис. Раньше я не видел никого из них, а, значит, они были не из звена Тарона. Да и одежда их отличалась, я разглядел странные вставки в области наплечников глубокого зеленого цвета, в то время как накидки рядовых бойцов ордена всегда оставались монотонно серыми.
— Вот и доказательство, — облегченно усмехнулся один из бойцов ордена, тот, что стоял прямо за спиной моего спасителя и держал обнаженный клинок у его шеи. — Что теперь скажешь, предатель?
— Проклятье, неужели вы настолько глупы? — уставшим голосом проговорил Тарон. — Как вы можете этого не понимать?!
— Закрой свой рот! — У бойца не выдержали нервы и он замахнулся, чтобы огреть Прайда тяжелой рукоятью по голове, но тот был готов к подобной выходке. Тарон резко ударил головой назад, врезав своему пленителю затылком в живот. Боец ордена, не ожидавший такой прыти, громко вскрикнул и не успел завершить удар, чем Тарон не преминул воспользоваться. Распрямившись на ногах, как на тугих пружинах, он мигом выхватил у противника меч, а заодно изо всех сил вмазал тому кулаком в подбородок. Боец громко лязгнул зубами и грохнулся на спину, да так и затих, будучи уже не в силах подняться.
— Что ты творишь?! — заверещал другой солдат, обхватив голову руками.
А вот его напарник стал действовать куда решительнее. Он бросился вперед, широко размахивая перед собой клинком, явно намереваясь прикончить Тарона.
— Предатель! — крикнул атакующий боец и сделал мощный выпад, нацеленный прямо в грудь моему спасителю. Прайд сделал отскок и оказался сбоку от врага, после чего ударил с разворота. Его меч оцарапал плечо человека, хотя рана оказалась совсем неглубокой.
— Чего стоишь, Рон?! Беги! — рявкнул Тарон и махнул в сторону ближайшего стойла, после чего снова схлестнулся в поединке с раненым бойцом. Я понимал, что совсем скоро остальные члены ордена Луцис додумаются обойти конюшню и войти внутрь через распахнутые двойные ворота. Либо просто выбьют захлопнутую мной дверь, ведь она уже держалась только на честном слове.
Счет шел на секунды. Отвернувшись от Тарона, на которого теперь уже наседали два неприятеля сразу, я открыл стойло с пегой лошадью и впрыгнул в седло. По всей видимости, Тарон все уже успел приготовить кобылу к скачке перед тем, как его вычислили.
Плотно схватив поводья, я стукнул пятками по бокам лошади, и она быстро поскакала вперед, в сторону ворот. Боец ордена попытался преградить мне путь, но Тарон буквально бросился на него со звериным рыком, отбросив меч в сторону. Они кубарем покатились по полу, и лошадь чуть было не наступила на них подковами, но мне удалось потянуть ее в сторону, чтобы избежать столкновения.
В воротах появились новые бойцы ордена, и я сильнее пришпорил скакуна, чтобы прорвать их заслон. Оглянувшись на ходу, я увидел, что лежавшего в грязи Тарона жестоко избивают.
Прости меня, брат. Ты сделал очень много, и я никогда тебя не забуду.
А вот на совести Велизара появилось еще одно деяние. Ведь если бы я не оказался в этой ситуации изначально, то и Тарон Прайд до сих пор оставался бы на хорошем счету в своем ордене.
Ты слышишь, Велизар?
Я скоро приду, и ты ответишь за свои грехи.
Глава 18
Пакмут Боуен
Кривостволые леса оправдывали свое название на все сто — именно так и хотелось обозначить местный зеленый массив, который раскинулся на несколько дней пути между Выпьими ручьями и городом Колпин. Видимо, сказывалось плохое качество местных почв. Либо на природу восточных районов Королевства давил повышенный магический фон этих земель.
Все дело в башне Экцизес, резиденции магов одноименного направления, также известных как “Отнимающие жизнь”. Боевые колдуны годами оттачивали свое мастерство даже после окончания своей Школы, чтобы поставлять на фронт только самых подготовленных бойцов. Видимо, именно эти остатки колдовской энергии, просачивающиеся в окружающую действительность, заставляли стволы деревьев закручиваться в причудливые формы. Передвигаясь по этому лесу, постоянно испытываешь приступы паранойи — все эти изломанные ветвистые фигуры напоминали страшных чудовищ, которые вот-вот прыгнут на тебя из густой листвы.
Однако Руби уверенно гнал отряд вперед, и тягловые лошади без труда провозили наши крытые фургоны по извилистым лесным тропинкам. И хотя мы знали, что совсем недавно здесь пропал вооруженный караван, я почему-то совсем не испытывал страха. Непрошибаемая уверенность рекситоров в собственных силах оказалась заразительной. Не прошло и получаса размеренной дороги под убаюкивающий скрип тележных осей, как я начал клевать носом.
— А ну, стоять! — крикнул вдруг Нагир, рекситор, который замыкал колонну. Его зычный бас раскатился на сотню метров вокруг, и я уверен, что его волевому приказу последовал даже самый мелкий муравей, тащивший какую-нибудь веточку.
— Что там? — напряженно спросил я и приблизился к окну. Люди снаружи нервно переглядывались. Ледж обнажил оружие — длинный клинок рекситора, слегка изогнутый по ребру, чья рукоять могла быть вложена в специальный паз на металлическом древке. Древко это рекситоры носили на спине, и в сложенном виде их одноручный меч превращался в длинное копье с острым режущим краем, которым они могли как колоть, так и рубить, держа противника на расстоянии. В левой руке Ледж сжимал овальный щит с выемкой для копья с правой стороны. Сделан он был из очень легкого металла, чей секрет изготовления строго охранялся. Невероятная прочность, сопряженная с легкостью, делала оружие и щиты рекситоров крайне надежными. В то же время ими было очень легко управлять. Именно поэтому исполнители воли короля оставались самыми смертоносными и быстрыми воителями Ригиторума. Никто не мог бросить им вызов.
— Нагир, доложи обстановку! — распорядился подоспевший из головы колонны Руби.
— Нас кто-то преследует, сэр, — отдал честь младший рекситор.
— Сколько их?
— Один всадник, сэр. Я слышу перестук копыт. Нагонит через минуту.
— Думаете, он мог в одиночку перебить пару десятков “Клыков и копий”? — фыркнул Руби. — Отставить панику. Встретим этого наездника и выясним, чего он хочет.
— Держите оружие наготове, — произнес Ледж, обращаясь к гвардейцам, которые трусливо отступали подальше от хвоста отряда. — И не скулите, как побитые псы! — добавил он, после чего сплюнул на землю.