Чтение онлайн

«Мне всегда нравилось быть одной, – убеждала себя Сури. – Слишком много народу – неестественно. Так гораздо лучше». Впрочем, она не была одна. Девочка жила с людьми, хотя и не являлась частью их общества. Маргаритка среди нарциссов, муха в козьем молоке, хрупкая бабочка среди толпы.

Сури повернулась и увидела косогор, поросший лесом, – ветви лиственных деревьев переплетались с более темными сосновыми лапами. Она помнила и этот косогор, и эти деревья, и этот изгиб дороги. Чуть дальше – река, а за следующим холмом покажется Серповидный лес.

– Мы вернулись, – произнесла Сури и взглянула на солнце. – К полудню будем на месте. Как ты себя чувствуешь? – обратилась она к Арион. – Можем пройтись, не торопясь. Спешить некуда.

Арион сидела, закутавшись в легкое покрывало. Услышав слова Сури, она удивленно взглянула на нее.

– Разве мы не туда, куда все?

– Нет. Мы отправимся в Долину Боярышника. Домой.

– Но ведь Персефона… Я думала, мы идем в Алон-Рист, – растерялась Арион.

– Она – да, а мы домой, – объявила Сури. – Тебе там понравится. Сад, конечно, весь зарос, но я им займусь. Делать ничего не придется – просто отдыхай и поправляйся. Будем с тобой купаться!

– Сури, надвигается война, – проговорила Арион.

Голос фрэи звучал слабо и тихо.

– Да. – Девочка перевела взгляд на мужчин с кирками и мотыгами. – В долине мы ее даже не заметим. Там безопасно. Все будет как раньше, когда я жила с Турой.

Персефона хотела, чтобы Сури и Арион отправились в крепость фрэев, однако участие в войне представлялось девочке не очень-то приятным занятием. Ей пришла в голову идея получше: они с Арион доедут в повозке до Серповидного леса, а потом спрыгнут и направятся в Долину Боярышника. Арион еще слаба, придется идти медленно и часто останавливаться на отдых. Дорога займет целый день, зато потом Сури покажет Арион самое прекрасное место в мире: маленькую долину, где солнце светит ярче, вода вкуснее и повсюду разносится сладкозвучное пение птиц. Сури не сомневалась, что Арион там понравится. В этом замечательном убежище она наберется сил, а потом…

– Сури? – Арион пристально взглянула на нее. – Ты готова поговорить?

Девочка отвернулась, вглядываясь в знакомые очертания леса, появившегося из-за холма.

– Расскажешь мне, что произошло? – спросила фрэя.

– Ты о чем?

– Последнее, что я помню, – мы были заперты под горой. Мы с тобой заключили сделку. Поскольку я здесь, ты, по-видимому, не выполнила свои обязательства. Мне кажется, пора побеседовать о том, что случилось.

Падера поерзала на месте.

– Тебе нужно отдыхать, – сказала она.

Не обращая на нее внимания, Арион продолжала в упор смотреть на Сури.

Из-за холма показался Серповидный лес, облаченный в темно-зеленый летний покров. Прилегающие к нему ярко-золотые поля были усыпаны оранжевыми, желтыми и лиловыми веснушками. Порхали птички, жужжали пчелы, высоко в небе безмятежно проплывали пушистые облака.

– Ты не хочешь рассказать, что случилось с Минной?

При звуке этого имени Сури оторвала взгляд от красивого вида, однако не повернулась к Арион и не произнесла ни слова.

– Сури, я не идиотка.

– Я и не говорила, что ты идиотка.

– Зачем? Зачем ты это сделала?

Сури опустила голову и упрямо сжала губы. Ей не хотелось говорить о случившемся – ни с Арион, ни с кем-либо другим. Ни сейчас, ни потом.

– Ты любила ее, – проговорила Арион.

– И до сих пор люблю, – вырвалось у Сури.

Слабая, дрожащая рука коснулась ее запястья. Длинные тонкие пальцы фрэи ласково погладили ее кожу.

– Я хотела, чтобы ты убила меня, а не ее.

– Знаю.

– Сури… я не могу пойти вместе с тобой.

Девочка отстранилась, скрестила руки на груди и снова перевела взгляд на лес. На западе все зеленело. «Лес теперь кажется маленьким… Он всегда был таким?» – подумала она, глядя, как деревья неторопливо проплывают мимо.

– И ты не можешь вернуться домой, – добавила Арион. – Сама знаешь. Теперь ты бабочка – во всех смыслах. Время жевать листья прошло. Ты нужна цветам. Твой дом не в Долине Боярышника, Сури; теперь он в небесах. Нельзя вечно прятаться. Тебе пора полететь. Ты должна показать всем красоту своих крыльев.

Сури нахмурилась и спрыгнула с повозки.

– Лучше я пройдусь.

Она постояла на дороге, пропуская повозку вперед, и оказалась в самом хвосте колонны. Шум стих, суета прекратилась. Сури нравилось стоять на знакомой, пусть и сильно утоптанной траве. Все ушли вперед, и все же девочка не была одна. По колее, оставленной колесами повозки, шел Рэйт. Он повязал ли-мору по-летнему – теперь она открывала волосатые руки и ноги (на ум пришло слово «мохнатые»). Рэйт бросил на Сури короткий взгляд, но ничего не сказал, и они оба молча двинулись вперед.

Шли, не говоря ни слова, пока не добрались до развилки, ведущей в Далль-Рэн. Сури и не предполагала, что после гибели Бурой Грин еще раз попадет сюда. Они с Рэйтом замедлили шаг. Оба смотрели на ничем не примечательную тропу в зарослях высокой травы. Вдали виднелись развалины стены, чертога и колодца, знаменующие прошлое.

– Странно получается: выберешь из двух дорог одну, и выбор изменит всю твою жизнь, – произнес Рэйт, словно прочитав мысли Сури. – Наверное, не стоило мне идти по этой дороге.

Отчасти Сури с ним согласилась. Если бы весной она не пошла в Далль-Рэн, Минна была бы жива, и они обе наслаждались бы еще одним летом. Правда, если бы она не пришла сюда, все остальные, скорее всего, погибли бы.

А если бы я не узнала о беде, может, ничего бы и не случилось?

Сури вздохнула. «Интересно, Рэйт говорил со мной или сам с собой?» – подумала она.

– Хуже всего, что я до сих пор не могу понять, стоило оно того или нет, – задумчиво произнесла девочка.

Они обменялись понимающими взглядами и принялись догонять уходящее войско.

– Я хотела бы вернуться домой. – Сури пнула камушек, и тот улетел в высокую траву.

– А я бы домой не хотел, – отозвался Рэйт. – Уверен, твой дом гораздо лучше моего. – Он указал на едущую впереди повозку. – Как Арион?

– Она меня бесит. – Сури ожидала, что Рэйт удивится и спросит, почему, но он только кивнул, как будто все понял. – Я хотела, чтобы она вернулась вместе со мной в лес, в долину, где я жила с Турой. Я думала, ей там будет хорошо, а она хочет участвовать в этой войне.