Чтение онлайн

– Эрагон, то, что ты предлагаешь… Это самое ценное, что кто-нибудь может дать другому.

– Я знаю.

По телу Арии пробежала дрожь. Потом, она словно бы ушла в себя. Через некоторое время она промолвила:

– Никто и никогда не предлагал мне такого драгоценного подарка… Я польщена твоим доверием, Эрагон, и я понимаю, как много это для тебя значит, но, нет. Я вынуждена отказать тебе. Это было бы неправильно: для тебя – предложить, для меня – принять, лишь на том основании, что завтра мы можем быть убиты или станем рабами. Опасность – не основание, чтобы поступать глупо, и не важно, наколько она велика.

Эрагон понурил голову. Доводы Арии были разумны, и ему следовало уважать её решения.

– Что ж, хорошо. Коли ты так считаешь.

– Спасибо, Эрагон.

Они немного помолчали, а потом Эрагон спросил:

– Ты когда-нибудь кому-нибудь открывала своё истинное имя?

– Нет.

– Даже своей маме?

Губы Арии дёрнулись.

– Нет.

– Ты его знаешь?

– Конечно. Что заставляет тебя думать по-другому?

Он пожал плечами.

– Я и не думал. Я просто не был уверен.

Последовало молчание. Потом Эрагон снова спросил:

– А когда… как ты узнала своё истинное имя?

Ария так надолго замолчала, что Эрагоон начал думать, что она отказалась отвечать на его вопрос. Но, вздохнув, она заговорила.

– Это было через значительный промежуток времени после того, как я покинула Дю Вельденварден, тогда, когда я окончательно освоилась в Вардене и среди гномов. Фаолин и другие мои товарищи отсутствовали, и огромную часть времени я была предоставлена сама себе. Большую его часть я проводила в исследованиях Тронжхайма, бродя по пустынным залам города-горы, там, куда редко заглядывали другие. Тронжхайм больше, чем многим представляется, в нём много странных вещей: комнат, людей, существ, забытых артефактов… Во время моих блужданий там, я думаю, я лучше стала понимать сама себя. Однажды я набрела на комнату в верхнем Тронжхайме – сомневаюсь, что мне удастся найти её снова, даже если я попытаюсь это сделать. В комнату, казалось, проникал яркий солнечный луч; откуда он мог проникать не понятно, потому что потолок был сплошной, без отверстий. В центре комнаты стоял пьедестал, а на нём рос единственный цветок. Я не знаю, что это был за цветок, никогда ни до того, ни после, я не встречала ему подобного. Лепестки были фиолетовые, а центр цветка был красным, как кровь. На стебле были шипы. От цветка исходил удивительно приятный запах, сам он, казалось, мурлыкал себе под нос какую-то собственную мелодию. Он был столь необыкновенным, столь невероятным, что я провела в той комнате значительно больше времени, чем сама могу вспомнить. Именно там и тогда я наконец смогла выразить в словах, кем я являлась и являюсь.

– Как-нибудь, мне тоже хотелось бы взглянуть на этот цветок.

– Может, это случится, – Ария взглянула на лагерь Вардена. – Мне нужно идти. Нужно многое ещё сделать.

Эрагон кивнул.

– Значит, увидимся завтра.

– Завтра. – Ария начала уходить, но через несколько шагов она остановилась и оглянулась. – Я рада, что Сапфира выбрала тебя в качестве своего Всадника, Эрагон. Я очень горжусь тем, что всё это время я воевала бок-о-бок с тобой. Ты представляешь собой больше, чем большинство из нас смело надеяться. Что бы завтра ни случилось, знай об этом.

Потом он возобновила свой путь, и скоро уже исчезла за холмом, оставив Эрагона наедине с Сапфирой и Эльдунари.

Когда на землю опустилась ночь, Эрагон произнес заклинание, чтобы скрыть себя. Затем он погладил Сапфиру по носу и пешком направился в лагерь Варденов.

– Будь осторожен, -сказала она.

Будучи невидимым, было легко проскользнуть мимо воинов, которые наблюдали за окраиной лагеря. Пока он был тих, и пока мужчины не заметили его следы или тень, он мог перемещатся свободно.

Он проложил свой путь между шерстяными палатками, пока не нашел Рорана и Катрину. Он постучал пальцами по центральной стойке, и Роран высунул голову.

"Где ты?" -прошептал Роран: "Скорее в палатку"

Прикротив поток магии, Эрагон показал себя, потом Роран схватил его за руку и потащил в тёмную полатку.

"Добро пожаловать, Эрагон," сказала Катрина, поднимаясь с маленькой раскладушки на которой она сидела.

"Катрина".

"Рада снова видеть тебя." Она быстро обняла его.

"Это займет много времени?" спросил Роран

Эрагон покачал головой. " Не должно." Присев на корточки, он на мгновение задумался, потом начал мягко петь на древнем языке. Во-первых, он поместил заклинания вокруг Катрины, чтобы защитить ее от любого, кто может причинить ей вред. Он сделал заклинания более обширным, чем первоначально планировал, чтобы она и ее нерожденный ребенок смогли убежать от Гальбаторикса если что-то случится с ним и Рораном. "Эти заклинания защитят вас от определенного количества атак", сказал он ей. "Я не могу сказать вам, сколько точно, так как это зависит от силы ударов или заклинаний. Я дал Вам другую защиту также. Если Вы будете в опасности, скажите слово frethya два раза, и Вы исчезнете из виду.”

"Frethya", прошептала она.

“Совершенно верно. Это не будет скрывать Вас полностью, как бы то ни было. Звуки, которые произносите, можно услышать, и Ваши следы будет видино. Независимо от того, что происходит, не входите в воду, или Ваше положение будет очевидно сразу. Заклинание будет использовать свою энергию от вас, это означает, что Вы утомитесь быстрее чем обычно, и я не рекомендовал бы спать, в то время когда заклинание активно. Вы не смогли бы проснуться снова. Чтобы закончить заклинание, просто скажите frethya letta.”

– Frethya летта.

– Хорошо

Тогда Эрагон обратил внимание на Рорана. Он дольше размещал защиту вокруг свего кузена – потому что скорее всего Рорану будет противостоять больше угроз – и он обеспечивал защиту большим количеством энергии, чем он думал что Роран одобрит, но Эрагона это не волновало. Он не мог смириться с мыслью победить Гальбаторикса что бы найти, что Роран умер во время боя.

После этого он сказал: "Я сделал в этот раз то, что я должен был сделать давно.В дополнение к обычной защите я добавил некоторые, которые будут питаться непосредственно от вашей собственной силы. Пока Вы живы, они оградят Вас от опасности. Но" – он пошевелил пальцем – “они активируются, как только другие защиты исчезнут, и если требования, предъявляемые к ним будут слишком большими, то вы упадете без сознания, и затем умрете.”

"Таким образом, в попытке спасти меня, они могут меня убить?" Роран спросил.

Эрагон кивнул. "Не позволяйте никому уничтожить другую защиту, и вам будет хорошо. Это риск, но оно того стоит, я думаю,если это препятствует лошади растаптать тебя, или копью проколоть тебя. Кроме того, я дал тебе то же самое заклинание как Катрине. Все, что Вы должны сделать, сказать frethya дважды и frethya letta, чтобы сделать себя невидимым и видимым по желанию.” Он пожал плечами. “Это может быть полезным во время сражения.”

Роран издал злой смешок:"Это по мне."

– Главное убедись, что эльфы не приймут тебя за одного их заклинателей Гальботорикса.

Поскольку Эрагон встал, Катрина встала также. Она удивила его, взяв одну из его рук и прижимая к ее груди. “Спасибо, Эрагон,” сказала она мягко. “Ты – хороший человек.”

Он покраснел и смутился: "ничего."

– Береги себя завтра. Ты очень много значишь для нас обоих и я надеюсь, что ты будешь рядом, чтобы быть любящим дядей для нашего ребенка. Я очень расстроюсь, если ты позволишь себя убить.