Чтение онлайн

Когда вопросы были улажены, Насуада выразила свои соболезнования Мартланду по поводу его потерянной руки, затем отпустила Мартланда и Улхарта, но не Рорана, которому она сказала:

– Ты продемонстрировал свое мастерство еще раз, Сильный Молот. Я весьма довольна твоими способностями.

– Спасибо, моя Госпожа.

– Наши лучшие целители позаботятся о нем, но Мартланд будет все еще нужно какое-то время, чтобы оправиться от раны. Даже, как только он выздоровеет, он не сможет проводить такие набеги только одной рукой. С этого момента, он должен будет служить Варденам в тылу армии, не на фронте. Я думаю, возможно, продвину его и сделаю одним из своих советников по сражениям. Джормундур, что ты думаешь об этой идее?

– Я думаю это превосходная идея, моя Госпожа.

Насуада удовлетворенно кивнула:

– Это значит, что я должна найти другого командира, у которого ты будешь служить под началом, Роран.

Тогда Роран сказал:

– Моя Госпожа, как на счет того, чтобы сделать меня командующим? Разве я не удовлетворил тебя этими двумя набегами, так же как и прошлыми заслугами?

– Если ты продолжишь отличаться, как и раньше, Сильный молот, то ты скоро заработаешь должность командующего. Однако, ты должен быть терпеливым и потерпеть некоторое время. Две единственные внушительные миссии, возможно не показывают все стороны характера человека. Я осторожна, когда дело доходит до поручения моих людей другим, Сильный молот. Так что ты должен ублажить меня.

Роран схватился за рукоятку молота, прикрепленного к поясу, вены и сухожилия, вздулись у него на руке, но тон остался вежливым.

– Конечно, Госпожа Насуада.

– Очень хорошо. Паж принесет тебе твое новое назначение сегодня позже. О, и проследи, чтобы у тебя было больше еды, как только вы с Катриной закончите праздновать свое воссоединение. Это - приказ, Сильный Молот. Ты выглядишь так, как будто собираешься упасть в обморок.

– Моя Госпожа.

Как только Роран начал уходить, Насуада подняла руку и сказала:

– Роран.

Он остановился.

– Теперь, когда ты боролся с этими людьми, которые не чувствуют боли, ты полагаешь, что наличие подобной защиты от агонии плоти облегчило бы победу над ними?

Роран колебался, затем покачал головой.

– Их сила - их слабость. Они не защищают себя, как делали бы это, если бы боялись жала меча или выстрела стрелы, и поэтому они небрежно относятся к своим жизням. Верно, они могут продолжать бороться дольше, когда обычный человек упал бы замертво, и это не маленькое преимущество в сражении, но они умирают в больших количествах, потому что не защищают свои тела должным образом. Из-за их непоколебимой уверенности, они сами попадут в ловушки и подвергнут себя опасностям, которые мы бы обходили на огромном расстоянии, дабы избежать. Пока настроение Варденов остается приподнятым, я полагаю, что с правильной тактикой мы сможем преобладать над этими смеющимися монстрами. Если бы мы походили на них, то, тем не менее, мы вырубили бы друг друга до полного уничтожения, и ни один из нас не волновался бы об этом, так как у нас не было бы никаких мыслей о самосохранении. Вот - мои размышления.

– Спасибо, Роран.

Когда Роран ушел, Сапфира сказала:

"Никаких вестей от Эрагона?"

Насуада покачала головой.

– Пока от него нет вестей, и эта тишина начинает беспокоить меня. Если он не свяжется с нами через два дня, я сделаю так, чтобы Арья послала сообщение одному из магов Орика с требованием связи с Эрагоном. Если Эрагон неспособен ускорить окончание встречи кланов гномов, то я боюсь, что мы больше не сможем рассчитывать на гномов как на союзников во время предстоящего сражения. Единственной пользой от такого пагубного результата была бы возвращение Эрагона без дополнительных задержек.

Когда Сапфира была готов покинуть красный-кокон-палатки, Блодгарм снова сымитировал появление Эрагона и усадил его на спину Сапфиры. Тогда Сапфира вынула голову из палатки и, как и раньше, последовала через лагерь, а гибкие эльфы сопровождали ее всю дорогу.

Как только она добралась до палатки Эрагона, и его-цветная-тень исчезла в ней, Сапфира легла на землю и смирилась со своей участью провести остаток дня в невыносимой монотонности. Однако прежде, чем возобновлять неохотную дремоту, она раскрыла свое сознание и проследовала к палатке Рорана и Катрины, и давила на ум Рорана до тех пор, пока он не снял барьеры вокруг своего ума.

«Сапфира»? спросил он.

«Ты знаешь кого-нибудь, такого как я»?

«Конечно, нет. Ты просто удивила меня. Я... ах, несколько занят в настоящий момент».

Она изучила цвет его эмоций, так же как и эмоции Катрины, и была поражена результатом!

«Я только хотела поприветствовать тебя. Рада, что ты не ранен».

Мысли Рорана светились быстрым-обжигающим-запутанным-холодом, и у него, казалось, были трудность в формировании последовательного ответа. В конце концов, он сказал:

«Это очень любезно с твоей стороны, Сапфира».

«Если ты сможешь, приходи навестить меня завтра, тогда мы сможем поговорить подольше. Во мне нарастает беспокойство, пока я сижу здесь день за днем. Возможно, ты мог бы рассказать мне больше о том, кем был Эрагон, прежде, чем я вылупилась для него».

«Это... это было бы для меня честью».

Удовлетворенная, она выполнила требования этикета круглоухих-двуногих прощаясь с Рораном, и подбодрила его известием, что следующий день не будет столь скучным — если кто-то необдуманно проигнорирует ее запрос об аудиенции. Сапфира, устроилась так удобно, как это вообще было возможно на голой земле, в который раз мечтая, о мягком гнезде, качаемого-ветрами-дома-дерева Эрагона в Эллесмере. Клуб дыма вырвался из нее, когда она вздохнула и заснула грезя о том, что взлетит выше, чем когда-либо прежде.

Она махала крыльями, махала до тех пор, пока не поднялась выше недостижимых пиков Беорских гор. Там она кружила какое-то время, пристально вглядываясь вниз на всю Алагейзию, раскинувшуюся перед нею. Затем, желание, не поддающееся контролю, проникло в нее, заставляя подниматься все выше, чтобы увидеть то, что могло открыться ее взгляду, поэтому она начала махать крыльями снова, пролетая мимо блестящей луны, которая показалась ей чьим-то мерцающим глазом, пока только она и серебряные звезды не зависли в черном небе. Сапфира летала среди небес в течение неопределенного промежутка времени, королева яркого, подобно драгоценному камню мира внизу, но затем беспокойство, поселилось в ее душе, и она выкрикнула мысленно:

«Эрагон, где же ты»!

33 Поцелуй меня сладко.

Проснувшись, Роран высвободился из гладко-шелковистых рук Катрины и уселся с голой грудью на краю раскладушки, которую они делили. Он зевнул и протер глаза, затем пристально поглядел на бледную полосу света от камина, который пылал между двумя входными откидными створками, чувствуя унылость и отупение от накопившегося истощения. Холод полз по нему, но он оставался на месте, в неподвижности.

– Роран? – спросила Катрина сонным голосом. Она оперлась одной рукой о постель, а другой коснулась его. Он не отреагировал, когда она дотронулась до него, проведя рукой вверх по его спине и затем массируя шею.

– Спи. Тебе надо отдохнуть. Ты ведь снова уйдешь вскоре.

Он покачал головой, не глядя на нее.

– Что такое? – спросила она. Садясь вертикально, она натянула ему на плечи одеяло, затем прислонилась своей теплой щекой к его руке:

– Ты волнуешься по поводу своего нового командира или того, куда Насуада может послать тебя на этот раз?

– Нет.

Она помолчала некоторое время.

– Каждый раз, когда ты уходишь, я чувствую, как будто ко мне потом возвращается меньше тебя. Ты стал настолько мрачным и тихим... Если ты хочешь рассказать мне о том, что тебя беспокоит, ты можешь сделать это, ты же знаешь, независимо от того, насколько это ужасно. Я - дочь мясника, и я видела свою долю того, как гибнут люди в сражении.