Эрагон.Наследие
Шрифт:
«Я знаю, где находится скала Кутхиана!»
«Что это еще за скала?» — проворчал Глаэдр.
«Название кажется мне знакомым, — сказала Арья, — но я понятия не имею, где эта скала находится».
Эрагон слегка нахмурился. Ведь уже рассказывал им обоим о совете, который некогда дал ему Солембум. Вряд ли они успели это позабыть.
Тем не менее он напомнил им о своей первой встрече с Солембумом в Тирме, а потом рассказал и о последнем, сегодняшнем, откровении кота-оборотня, прочитав соответствующий кусок из книги «Домиа абр Вирда».
Арья, явно нервничая, засунула прядь волос за ухо и спросила — не только мысленно, но и вслух:
«Как-как называется это место?»
«Пик Морета или скала Кутхиана, — ответил ей Эрагон. Потом поколебался, сбитый с толку ее вопросом, и прибавил: — Лететь туда далеко, но…»
«Если мы с Эрагоном отправимся немедленно…» — начала Сапфира.
«Мы сможем слетать туда и обратно…»
«До того, как вардены доберутся до Урубаена. И это…»
«Наш единственный шанс на успех».
«Но у нас не хватит времени…»
«Думаешь?»
«И все же объясните наконец, куда именно вы собрались лететь?» — раздраженно спросил Глаэдр, когда Эрагон и Сапфира умолкли.
«Что?.. Неужели ты не понял?» — удивился Эрагон.
«А как я мог это понять? — еще сильней раздражаясь, прорычал старый дракон. — Из ваших беспорядочных восклицаний? Нет уж, объясните нам как следует, где это загадочное место находится!»
«Но я ведь уже объяснил! — воскликнул Эрагон. — На острове Врёнгард!»
«Ну, наконец-то прямой ответ!»
Арья нахмурилась:
«Но что ты будешь делать на Врёнгарде?»
«Не знаю! — начал сердиться Эрагон. Он все никак не мог решить, стоит ли ему спорить с Глаэдром. Дракон, похоже, нарочно злил его. — Это зависит от того, что мы там найдем. Когда мы туда прибудем, то попытаемся как-то проникнуть в недра этой скалы Кутхиана и выяснить, что за тайны она хранит. Если же это окажется ловушкой… — он пожал плечами, — тогда мы просто улетим».
Выражение лица Арьи стало еще более встревоженным.
«Скала Кутхиана… В этом названии, по-моему, заложен какой-то особый смысл, но я ничего не могу припомнить… Странно, у меня в памяти словно звучит некое эхо, отзвуки какой-то песни, которую я когда-то давно знала, но забыла… — Она тряхнула головой и стиснула пальцами виски. — Ну вот, теперь это эхо совсем исчезло… — Она растерянно посмотрела на Эрагона. — Извини, о чем это мы разговаривали?»
«О путешествии на остров Врёнгард», — медленно повторил Эрагон, глядя ей прямо в глаза.
«Ах, да… Но зачем тебе туда? Ты нужен здесь, Эрагон! Да и на Врёнгарде, по-моему, давно уже не осталось ничего ценного».
«Вот именно, — поддержал Арью Глаэдр. — Это мертвое и совершенно пустынное место. Когда была разрушена Дору Ариба, те немногие из нас, кому удалось спастись, летали туда, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы нам пригодиться впоследствии, но Проклятые уже успели дочиста обчистить весь город».
Арья кивнула: «Кто бы ни вложил эту идею тебе в голову, я просто не представляю, как ты можешь даже думать о том, чтобы сейчас, когда вардены наиболее уязвимы, оставить их и куда-то лететь! Это вряд ли разумно. Ради чего лететь на край света, не имея на то ни весомой причины, ни цели? Я была о тебе лучшего мнения, Эрагон. Ты не имеешь права покинуть варденов только потому, что чувствуешь себя не в своей тарелке, поневоле став их предводителем!»
Эрагон отгородился мысленным барьером от Арьи и Глаэдра и велел Сапфире сделать то же самое, а потом с отчаянием воскликнул:
«Сапфира, они тоже ничего не помнят! Мало того, они даже мой рассказ о скале Кутхиана запомнить не смогли!»
«Это магия. Очень сильная магия, вроде той, что навсегда скрыла имена тех драконов, которые предали Всадников», — сказала дракониха.
«Но ты-то ведь не забыла того, что я рассказал тебе о скале Кутхиана?»
«Конечно нет! — И Эрагону показалось, что мысли Сапфиры вспыхнули ярким зеленым светом. — Как я могла это забыть — ведь мы так тесно связаны с тобой!»
У Эрагона даже голова закружилась, когда он представил себе возможные последствия подобной магии.
«Какой же силой должны были обладать те заклятия, которые стирали воспоминания каждого, кто знал об этой скале, кто когда-либо слышал или читал о ней! Даже теперь, столько веков спустя… Неужели… вся Алагейзия пребывает во власти этих чар? Неужели никто не может избежать их воздействия?»
«Никто, кроме нас».
«Да, кроме нас. И возможно, котов-оборотней».
«И наверное, Гальбаторикса».
Дрожь прошла по телу Эрагона. У него было такое ощущение, словно у него по спине бегают какие-то ледяные пауки. Масштабы этого колдовства потрясли его, заставили чувствовать себя маленьким и беспомощным. Чтобы затуманить память эльфов, гномов, людей, драконов и даже котов-оборотней, но при этом не вызвав ни у кого из них ни малейшего беспокойства или подозрения, нужна была поистине виртуозная работа в высшей степени могущественных магов. Эрагону казалось невероятным, чтобы такая сложная задача оказалась по плечу кому-то одному. Возможно, впрочем, рассуждал он, это было сделано инстинктивно, в момент самозащиты, ибо подобное заклинание просто должно было быть слишком сложным, чтобы его можно было выразить с помощью одних лишь слов.
Нет, ему необходимобыло узнать, кто в ответе за манипулирование сознанием стольких обитателей Алагейзии и зачем ему это понадобилось! Если это дело рук Гальбаторикса — а Эрагон очень опасался, что это именно так, — тогда Солембум был прав, и поражение варденов неизбежно.
«А ты не думаешь, что это могло быть делом рук не Гальбаторикса, а самих драконов, как и Уничтожение Имен?» — спросил он, но Сапфира ответила не сразу.
«Возможно, — задумчиво сказала она. — Но тогда, как и сказал Солембум, в Алагейзии действует слишком много различных сил. И пока мы не отправимся на остров Врёнгард, мы о них ничего толком не узнаем».
«А там, ты думаешь, нам удастся что-то узнать?»
«Думаю, да».
Эрагон нервным движением взъерошил себе волосы и вдруг почувствовал себя невероятно усталым.
«Почему все должно непременно складываться… так сложно!» — невольно вздохнул он.
«Потому что каждому хочется есть, но никто не хочет быть съеденным», — мрачно пошутила Сапфира.
Эрагон только усмехнулся.
И только тут обратил внимание на то, что их «тайный» обмен мнениями несколько затянулся. Арья с Глаэдром явно были этим недовольны, потому что Арья спросила: