Чтение онлайн

Но это был не конец. Единственный выстрел «Мстительного духа» воспламенил атмосферу. Тёмный гений, создавший вирус "пожирателя жизни", был двулик: за считанные минуты он уничтожал всю органическую жизнь и биосферу планеты, а затем позволял очистить поверхность, из гнилых тел выделялись миазмы столь же горючие, сколь и смертоносные. Словно золотое цунами, огненная буря пронеслась по поверхности Истваана III, гоня перед собой плотные потоки горящего воздуха, а позади всё превращалось в пепел. Буря пронеслась по городам, вспыхнувшим как свечи, и жадно охватила высочайшие горные пики. Отсюда корона кипящего огня промчалась над океаном, таща за собой громовые облака бурлящего пара, и словно чёрный от сажи кулак сомкнулась на полярных шапках. На мгновение казалось, что на месте обитаемого мира зажглось новое солнце. Затем субатмосферное пламя исчерпало ярость и погасло, открыв обугленный и покрытый пеплом мир. А скоро и его скрыли вызванные перепадом давления ураганы и континентальные облака, загремел зловещий гром и шквалом обрушился чёрный ливень. Такой была реакция измученной атмосферы планеты на атаку. Истваан III стал мёртвым миром.

Воитель Хорус наконец сделал свой ход и бросил вызов Императору, ввергнув галактику в гражданскую войну. Он рассчитывал, что вирусная бомбардировка уничтожит всех космодесантников, которые не станут сражаться на его стороне в грядущей борьбе, но скоро стало ясно, что план Воителя не был идеален.

«Я увидел его, "пожирателя жизни", заглянул в его тёмную душу и узрел суть. Когда пришли вести, я не смог до конца поверить — не смог осознать предательство. Но мы, Гвардейцы Смерти, были созданы превозмогать, выживать… всегда и везде, и потому мы действовали, хотя большинство и не верило, пока не начали падать бомбы.

Мы были слишком далеко от бункеров, и поэтому я приказал своему отделению забраться в грузовой контейнер и запечатать его изнутри, дополнительная защита лишней не бывает. Я знал, что доспехов, даже "Максимуса", не всегда достаточно, даже когда он запечатан и воздух рециркулируется. При достаточной концентрации зараза может проесть сочленения, даже визоры, а если там, где не надо, есть хотя бы микротрещина… ну, вы поняли.

Бомбы упали, и контейнер содрогнулся. Мы ждали во тьме и молчали, берегли воздух. Какое-то время снаружи доносился грохот, но затем стих. И тогда Джубалл завопил в вокс отделения — не как воин, умирающий в битве, но приглушённо, словно утопающий. Я обернулся и увидел его авточувствами: Джубалл уже наполовину сорвал шлем, но виднелись лишь кости и чёрный жир, словно внутри был не человек, а гной.

Он был мёртв, разложился, но доспех всё равно двигался — возможно, он отвечал на последние бессознательные команды, а, возможно, и нет.

Я активировал огнемёт и сжёг его, такой риск, даже в замкнутом пространстве, был лучше альтернативы. Да, я увидел его — "пожирателя жизни", чудовище из старых времён, человеческое зло во плоти.

И тогда я поверил…»

— Из показаний Кризоса Мортурга.

Разруха

«Мы больше не Сыны Хоруса! Это имя утратило для нас смысл. Мы — Лунные Волки, солдаты Императора, и ради него бы будем сражаться, и, если придется, с радостью умрем!»

— Гарвель Локен, капитан Лунных Волков, Истваан-3

«Эйзенштейн»

Еще до того как был нанесен первый предательский удар, планы ничего не подозревающего Воителя уже стали рушиться. Прежде чем посыпались бомбы, о близящемся ужасе узнали некоторые люди среди флота из числа тех, кто остался верен Императору и своим товарищам, и воспротивились принятому решению. Главным среди них был капитан Натаниэль Гарро из Гвардии Смерти, терранский ветеран, а также один из первых рекрутов в XIV легион. Гарро быстро собрал вокруг себя лоялистов и захватил тяжелый фрегат «Эйзенштейн», после чего отправил сообщение с предупреждением боевым братьям на планете. На флоте Детей Императора капитан Саул Тарвиц, обычный офицер легиона, испытывавший глубокие подозрения насчет растущей секретности и действий своего легиона, открыл правду за считанные минуты до начала атаки. Не в силах изменить грядущее, Тарвиц похитил ожидающий «Громовой ястреб» и спустился на поверхность планеты с собственным предупреждением об ужасе, который скоро их всех постигнет. Но другие оказались не столь удачливы, многие явные лоялисты и те, кто в нем подозревались, которых решили не задействовать в наземной атаке, в ужасе наблюдали, как падают вирусные бомбы, лишь чтобы погибнуть от клинков поджидающих в тенях убийц. Многие отважно сопротивлялись, но оказались совершенно неготовыми к подобному вероломству и погибли. Такая участь ждала не только лояльных космических десантников, но также других, включая ауксилиарные войска, персонал поддержки, итераторов и чиновников, которые, угодив в ловушку на борту кораблей флота, с беспощадной жестокостью были вырезаны верными Хорусу легионерами. Но даже здесь далеко не все прошло по плану и «простые» люди, сильно недооцененные сверхчеловеческими легионес астартес, оказали ожесточенное сопротивление или скрылись во внутренностях огромных кораблей. Последних пришлось выкуривать оттуда, при этом они успели провести настоящие диверсионные кампании. Во время орбитальной атаки по меньшей мере один торпедный монитор, «Дюкруа», остался в руках лоялистов и в тщетной попытке предотвратить бомбардировку открыл огонь по кораблям предателей, уничтожив несколько эскортных кораблей и значительно повредив линкор «Убийственная звезда», прежде чем ответным огнем изменников его разорвало на части. «Ксеркс 9-7-7», отказавшийся сдаваться галеас Ордо Редуктор из Механикум, корабль, который присоединился к флоту незадолго до атаки и не входил в планы Воителя, также пришлось сбить ценой множества жизней нападавших, его разваливающийся остов пронзил горящие небеса Истваана-3 и исчез в пламени. В это же время на тяжелом крейсере «Солнечный камень», находившемся на краю флотского кордона, разыгрался протяженный бой. Здесь верная лейб-гвардия терранского представителя, прославленного герцога Мортечера, превратила то, что должно было стать простым захватом корабля группой Детей Императора, отправленных для убийства политического эмиссара Совета Терры, в ожесточенный бой за каждую палубу. Никому не известно, что же в конечном итоге случилось на борту «Солнечного камня», но пока на Истваане-3 бушевала огненная буря, передний склад боеприпасов терранского военного корабля детонировал, превратив «Солнечный камень» в расколотый остов.

Пока вокруг бушевал вихрь смятения и разрушения, «Эйзенштейн» под командованием Гарро сумел оторваться от флота и уйти, выжимая все возможное из двигателей. Несмотря на то что фрегат пытались перехватить и даже несколько раз попали, ему удалось совершить аварийный переход в варп-пространство и покинуть Истваанскую систему. Его судьба осталась неизвестной преследователям. Этому героическому деянию предстояло изменить ход того, что последует дальше, но это был не единственный случай, в котором предатели потерпели неудачу. Когда, как и задумывалось, огненная буря угасла, сюрвейеры и лучи авгуров стоящего на орбите флота жадно направились вниз, ожидая обнаружить обуглившиеся останки безжизненного и мертвого мира. Потрясение Воителя быстро перерос в ярость. На поверхности планеты находилось около 100 000 космических десантников из легионов Детей Императора, Гвардии Смерти и Пожирателей Миров, и им удалось захватить город Хорал, потеряв при этом менее десятой части своих сил. Хотя предатели пока не осознавали масштаба своей неудачи, благодаря сообщениям от лояльных товарищей на орбите бомбардировку удалось пережить двум третям воинов из первой волны. Лоялисты нашли укрытия в наспех перекрытых бункерных комплексах, которые еще пару часов назад отбили у истваанских защитников, либо спрятались среди взятых штурмом бастионов дворца Регента, или же в многокилометровых катакомбах, которые уводили во все стороны из Песенной Твердыни. Их предупредили в последние мгновения, и все же они не были застигнуты врасплох — вместо этого лоялисты положились на удачу, обучение, снаряжение и физиологию великого замысла Императора — и выжили.

Заметка о подлинности

История о том, что произошло после бомбардировки лоялистов на Истваане-3, составлена на основании обрывочных воспоминаний немногочисленных выживших лоялистов, выложенных перед Советом Терры, стратагем-логов тяжелого фрегата «Эйзенштейн» и других источников, изъятых из захваченных вражеских кораблей и протоколов дознаний более позднего происхождения. Таким образом, здесь содержится только часть, но никак не вся правда, и я не сомневаюсь, что после геноцида Хоруса великое множество верных воинов Империума пожертвовали жизнями во имя Императора. Эти герои — и эти слова даются мне очень непросто — дорого продали свои жизни превосходящему противнику, оставшись невоспетыми и всеми забытыми. Поэтому данный труд стоит воспринимать как пример для подражания, а не как документ с исчерпывающей информацией. После случившегося ужаса пепел Истваана-3 пропитался кровью и лоялистов, и предателей, а мы, скорее всего, никогда не узнаем о всей славе и вероломстве, которые были там проявлены.

Выживание

Когда мощные бури, пришедшие после огня, стихли, вновь затрещали каналы связи и со всей поверхности Истваана-3 в небеса устремились лихорадочные сигналы, требующие ответов, орущие от ярости и извергающие проклятья на тех, кого преданные когда-то звали братьями. Никогда еще история легионов не знала столь ужасающей измены и злобы, и космические десантники на Истваане-3 впали в неописуемый гнев, некоторых поглотили пучины безумия из-за того, что их предали, и в первую очередь их же примархи.

После неудавшейся попытки уничтожения лоялистов вирусными бомбами дела еще больше вышли из-под контроля. Пока Хорус пытался восстановить стратегический контроль над ситуацией и приказывал начать вторую, обычную бомбардировку, вопреки его распоряжениям и, вероятно, понукаемый своими воинами — или, как предположили позже, решив оказать честь и позволить пасть от его руки тем, кто когда-то служил ему — примарх Ангрон взялся за дело сам. На многочисленных боевых кораблях, за которыми следовала вторая волна десантных капсул, Пожиратели Миров вылетели из «Завоевателя» вместе с самим Ангроном и его избранными воинами. Воителю и его союзникам оставалось лишь в бессильной злобе наблюдать, как примарх Пожирателей Миров высаживается на планету с пятьюдесятью полными ротами кровожадных космических десантников, приземлившись на площади к западу от дворца Регента и принявшись выискивать собратьев. «Громовые ястребы» и «Грозовые орлы», которые прочесывали усеянные пеплом руины, тут же натолкнулись на спорадический ответный огонь. Они нашли добычу.

Ангрон — «Красный Ангел», как иногда его называли в страхе — вырвался из боевого корабля на почерневшие кости, усеивавшие площадь, словно листья в зимнем лесу, его огромные цепные топоры Отец Кровопролития и Дитя Кровопролития ревели в ожидании бойни. На его вызов ответили — из расколотых зданий выплеснулась буря огня, но примарх шел сквозь нее, будто чудище из темных мифов, обретшее плоть. Остальные Пожиратели Миров выстроились за ним огромным клином из бледного керамита и сверкающего металла, жажда резни, запретные вызывающие ярость имплантаты, вживленные им в головы, с жестокой и неодолимой силой вопили о необходимости убивать. Из опоясывающих площади разгромленных руин вышли их братья-лоялисты, такие же Пожиратели Миров, столь же поглощенные яростью — яростью, которая придавала им даже еще больше сил, чем они подозревали, вкусив горечь измены. Их возглавлял брат-капитан Эрлен, воин с длинным списком побед на службе кровавого существа, с которым он столкнулся. С ним шло около 2,000 лояльных космических десантников, ядро Пожирателей Миров, которые укрылись со своим командиром в ближайших гарнизонных бункерах, чтобы переждать бурю после, как им сказали (ради достоверности) попытки самоубийства истваанцев собственным биологическим оружием, остальная же часть контингента их легиона рассеялась по всему городу. Правда для Эрлена и его людей оказалась слишком ужасной, и, оказавшись против в два с половиной раза большего количества тех, кого они звали братьями, и примарха, которому они поклялись служить до самой смерти, они просто не выдержали. Их охватило неконтролируемое безумие, они решили покончить со всем, захватив с собой стольких, сколько успеют убить перед смертью. Обе стороны ринулись в бой, они бежали без какой-либо тактики и плана, и врезались друг в друга подобно двум волнам силы. Сверхчеловеческая ненависть встретилась со сверхчеловеческой яростью, и за считанные секунды погибли сотни. Эрлена изрубили на куски десятки Пожирателей Миров, перед смертью он продолжал осыпать проклятьями тех, кого прежде называл братьями; атакующие дредноуты врагов взрывались под адским жаром многочисленных мелта-выстрелов, раскидывая горящие обломки по всему полю боя. Бойня открыла правду о том, что станет горькой реальностью на многие годы: когда легионес астартес сражаются с другими легионес астартес, обычная имперская логика военных действий — превосходстве сил, о сломленном боевом духе врага, о пристальной оценке воюющих сторон — неприменима. Они могли сравниться по силе и вооружению, доспехам и навыкам, и что главнее всего, непоколебимой решимости сражаться, поэтому результатом стало безвыходное положение, в которой обе стороны воевали на истощение, не считаясь с потерями. Теперь олицетворением битвы стали сверхчеловеческие тела, которые рубили и расстреливали до тех пор, пока не выдерживали, оружие, опустошаемое в гневе, и доспехи, сминаемые не одним ударом, но десятками, пока их владелец не погибал, успев обагрить руки кровью убийцы. Это станет войной, в которой ни один победитель не выйдет из боя без шрамов. В резне на площадях Хорала, где семь тысяч Пожирателей Миров крушили друг друга в слепой ярости, лишь количество предателей помогло решить исход боя, а также присутствие их кровавого лорда. Ангрон был машиной, созданной для убийства, неодолимым созданием, разбрасывающим во все стороны кровоточащие разорванные тела и отсеченные конечности вперемешку с искрящимися кусками разодранного металла. Он проносился, словно молния, через скопление бронированных тел, уничтожая всякого, кто вставал у него на пути, удары клинков и болтерные выстрелы были для него комариными укусами. Примарх ревел от ярости и выкрикивал имена тех достойных воинов, чьи жизни отняли его топоры. Убийства продолжались до тех пор, пока убивать стало некого, и лишь изрядно поредевшие победители, чьи доспехи из белых превратились в кроваво-красные, остались стоять в окружении месива разрубленных тел, грязи, крови и сгустившегося костяного пепла, словно в эпицентре пятна, замаравшего поверхность мира.

«Хорошая работа!», — говорят, эти слова выкрикнул Ангрон, оглянувшись на учиненный ими кошмар, а затем приказал Пожирателям Миров рассеяться по городу в поисках остальных выживших.

Так началось настоящее кровопролитие первой внутренней войны легионов, первая битва в истории Империума, где его величайшие защитники, космические десантники, обратились друг против друга. Это было сражение, где не просили и не давали пощады. Потрясение от предательства было таким острым, боль и цена предательства столь большими, что здесь попросту не было места для милосердия и пощады, лишь горькая ненависть и кровавое отмщение.