Эрхольские близнецы
Шрифт:
И тут же осаживаю себя, напоминая о том, кто я, и кто – она. Даже если когда-нибудь я стану свободным, она всегда будет знать, что я был рабом. Что я принадлежал мужчине. Что моё место – только у её ног.
Но всё равно забываю. И всё равно смотрю на неё не так, как надо смотреть на госпожу. И делаю то, что недопустимо делать с госпожой. Вот так как… сейчас.
Её руки такие мягкие. Тело такое тёплое. Прикасаться к нему – всё равно, что падать в морскую бездну. Так сладко, что я на какое-то время забываю обо всём.
Её губы нежнее всего, чего когда-либо касались мои. Мне даже не с чем их сравнить. И упоение от того, что она отвечает, захлёстывает меня. Я окончательно теряю контроль. Уже не соображаю, что делаю и зачем.
…до тех пор, пока тело не пронзает обжигающе острый импульс возбуждения. Настолько сильный, что кажется неестественным. Конечно… потому что это не моё возбуждение. Это её нежные пальчики коснулись чипа.
И несмотря на то, что это чувство сводит с ума своей сладостью, я падаю на колени, мгновенно вспомнив о том, кто я, что делаю и где нахожусь.
Ника
Растеряно смотрю на Сета, пытаясь понять, что же произошло. Всё ведь было хорошо. Или нет?
– Прости… за последние слова… - на всякий случай говорю я. – Сет… Что пошло не так?
Внимательно вглядываюсь в его лицо, пытаясь отыскать ответ, но Сет старательно прячет взгляд.
– Чип, - наконец произносит он. – Ты коснулась его, госпожа.
Закусываю губу.
– Прости, пожалуйста. Было больно? – вопреки словам, рука интуитивно тянется к тому месту, где пальцы ощутили уплотнение. Проклинаю себя за то, что забылась. На мгновение меня вообще охватывает паника при мысли о том, что здесь только что происходило. Мало того, что я с ним целовалась, так ещё и, кажется, приказала продолжать…
А если он с самого начала не хотел?!
С другой стороны, он же это начал, а не я!
Мысли путаются. Я заставляю пальцы замереть на плече Сета и больше не тянуться к чипу.
– Не больно, - медленно произносит он и наконец поднимает на меня взгляд. – Очень… возбуждающе… госпожа.
– Прекрати, - шёпотом цежу я. – По-моему сейчас это слово совсем неуместно.
– Но это правда.
Несколько мгновений сверлим друг друга взглядами. Я сдаюсь первой.
– Всё равно не понимаю, что произошло. Если… тебе понравилось. То что не так?
Сет нервно облизывает губы. Пронзительно смотрит на меня.
– Я на несколько минут забыл, что я твой раб.
Мне хочется кричать и биться головой о стену.
«Но ты и не мой раб!» - спасибо, Корней Леонтьевич, за то, что я не смогу этого сказать!
– Сет, - тихо произношу я, продолжая осторожно поглаживать основание его шеи. – В эти мгновения я тоже не думала о тебе так.
Атрей сжимает зубы. Прикрывает глаза. И чёрт его знает, что творится у него в голове.
– Я больше не прикоснусь к чипу, если тебе это неприятно, - продолжаю я, чтобы не дать ему уйти в себя. – Мне очень, очень понравилось то, что происходило между нами сейчас.
Сет приподнимает веки и с сомнением смотрит на меня.
– Я никогда не был… с девушкой, - вдруг признаётся он. По спине пробегает неприятное чувство, что для него всё происходящее может казаться интересным только потому, что это первый раз. Потому, что я первая девушка, которая подпустила его так близко. Но я тут же отгоняю эту мысль, потому что сама слишком хочу продолжения.
Осторожно касаюсь кончиками пальцев его виска. Никогда ещё я не чувствовала по отношению к мужчине такой трепетной нежности. Не чувствовала ни к кому вообще.
– По-моему, инстинкты тебя не подвели, - пытаюсь слабо улыбнуться в ответ на его встревоженный взгляд, но в это мгновение от двери доносится до боли знакомый голос:
– Ника!
Что б тебя, Колин, черти побрали!
Руки Сета по обе стороны от моих бёдер сжимаются в кулаки, но он не отодвигается ни на миллиметр. Уж и не знаю, кто из нас напрягается сильней. Мне абсолютно не хочется смотреть на жениха.
– Что? – не поворачивая головы спрашиваю я.
– Может быть, всё-таки поговорим?
Сет остаётся неподвижен. Я тоже – мне просто некуда двигаться, его руки приковали меня к подоконнику. Мы всё ещё смотрим друг на друга, несколько бесконечно долгих секунд. И только после этого Сет спрашивает сквозь зубы:
– Мне отойти?
Колин делает несколько шагов по направлению к нам. Его рука ложится Сету на плечо, но тот по-прежнему неподвижен и смотрит только на меня.
Краем глаза вижу, как сжимаются на плече лерона пальцы моего жениха. Колин красив и подтянут, но никак не качок. Он – дитя офиса и двух дипломатов. И хотя лероны, как утверждает Сет, не так уж сильны физически, я что-то не уверена, чем кончится дело, если Колин всерьёз решит оттащить Сета от меня. Потому что тот явно не намерен отступать.
– Наверное, всё-таки, да, - сдаюсь я.
Медленно, как будто делая над собой усилие, Сет разжимает кулаки и отступает на шаг назад. Неловко спрыгиваю с подоконника и осторожно отодвигаю его чуть в сторону – потому что протиснуться мимо, не прижавшись животом к его животу, всё ещё невозможно. Изо всех сил стараюсь не смотреть Сету в глаза. Мне стыдно – не знаю, почему. Но даже так затылком чувствую его нечитаемый взгляд.
– Ладно, - говорю, как могу, спокойно, - Идём в сад, там поговорим.
В саду, вроде бы, теперь уже меньше людей, чем внутри.
– Ну, - говорю, когда мы оказываемся снаружи и останавливаемся возле стены. – Что ты хотел обсудить?
Колин мрачно смотрит на меня. Стоит, поджав губы, и молчит. Такое чувство, что говорить, по его мнению, должна я.
– Зачем ты меня сюда позвала? – спрашивает он, наконец. – Смотреть, как целуешься с другим?
– Эм? – невольно приподнимаю бровь. – Разве это не вы с Ритой позвали себя ко мне домой? Так мне не жалко. У меня места много.
– А по-моему, тебе просто нравится меня бесить.
– Нравится, - поразмыслив, отвечаю я. – Тебе же всё равно, бесишь ты меня или нет.
– Если тебя что-то не устраивает – скажи прямо.
Я уже готова ответить, что меня очень не устраивают его объятья с Ритой в курилке, но вдруг запинаюсь, поняв, что только что занималась тем же самым. А то и большем. И какие теперь претензии? Вот же, что б его.
– Не знаю, - вдруг отвечаю неожиданно для себя. – Может, мне просто не так уж нравишься ты?