Чтение онлайн

– На время следующего этапа опытов мы прекращаем участие в поддержании общего фона постоянства родного. Чтобы не перенасыщать атмосферу Сенты.

Всемогущая потрясенно ахнула, всплеснула еще подвижными руками - живой, негодующий жест:

– Так откажитесь от экспериментов, Деала! Почему должен страдать безобидный общий фон?
– она повернулась в кресле к темному всезнающему.
– Осан, увы, я перестаю понимать моих светлых сородичей.

– Те, кто заражены чуждым, часто не хотят признавать, что заражены, - снова противный скрипучий голос Осана.
– Мы много раз видели такое у себя на темной стороне. Случалось, заражались и захлебывались в море ничто селения и целые города. Это всегда трагедия, когда исчезает один из куполов, создающих общее постоянство родного. Трагедия... и опасность для оставшихся.

– Вы хотите сказать, мы тут в Наао все заражены, и не понимаем этого?
– не сдержалась Кейла. Туманные речи провидцев с недавнего времени раздражали ее больше обычного.
– Хотите сказать, что мы опасны?!

 Вуаль темного среброликого одобрительно шевельнулась:

– Молодец, девочка. Продолжай. Озвучь свои страхи. Дай им имена. Только так сможешь начать с ними борьбу.

– Положение серьезней, чем вы представляете, - мягко заметил молодой темный коллега Кейлы, распознаватель чуждого.
– Бесконтрольное распыление сложных зелий создает хаос в общем поле постоянства родного. Даже маленький хаос способен пошатнуть всю систему. Его очаги - слабые места системы, за них любит цепляться чуждое…

– Если Наао заражен, с ним следует поступить, как со всем зараженным - сжечь, - громко заявил один из темных стражей.
– Что мы обсуждаем, когда в опасности жизнь Сенты? Медлить нельзя! Осан, Кана, вы подтверждаете, что город заражен чуждым?

Темный среброликий безмолствовал. Кана, всемогущая, склонила голову, пальцами бессмысленно перебирая складки серебристого покрывала на коленях.

– Мы проверим это. Будьте готовы разжечь большой костер, - наконец сказала она, и Кейла задохнулась от ужаса и негодования:

– Наао не заражен! Как вы смеете решать за нас?!

Шелтон примирительно поднял ладонь:

– Старейшие, успокойтесь. Чье превидение сильнее, Деалы или Осана? Определитесь с этим, потом решайте, кого из них слушать.

Повисло недоброе молчание. Совет светлой стороны изваяниями застыл у стен зала, стражи также стояли истуканами, но по их лицам было видно, что они готовы горячо поддержать темных коллег. Только всезнающие, Деала и Осан, кажется, улыбались друг другу под вуалями и даже тайно посмеивались происходящему про себя.

– Мы останемся во дворце Наао до грядущего восхода Кана и проверим наши догадки, - сообщила темная всемогущая. Деала поклонилась, все также безмятежно улыбаясь Осану.

– Осан, почему ты не прибыл раньше?
– зазвенел ее хрустальный голос.
– Я ощущаю твое противодействие мне... Почему же ты не прибыл до того, как процесс можно было остановить?

Всезнающий столь же безмятежно улыбнулся светлой коллеге:

– Я ждал, когда откроется одна любопытная возможность.

– И как? Она открылась?

– Недавно. И, подобно тому, как узел твоих надежд завязался на Шелтоне и Кейле, так мой - на их зеркальных отражениях, - посмеиваясь, Осан отступил.
– Пусть солнце Эдо вечно освещает твой путь, Деала.

 - Прямого пути тебе, Осан, - неожиданно тихо, тускло отозвалась всезнающая, но тут же ее глаза весело сверкнули под вуалью.
– А сейчас время угощения!

Советы расположились по двум сторонам длинного стола в трапезном зале. Было подано жареное мясо и закуска из соленых фруктов, но и хозяева, и гости ели мало и неохотно. Впервые между светлой и темной стороной не было полного понимания и приятия действий друг друга. Кейла сидела по правую руку от Деалы, еды не касалась, только то и дело нервно потягивала воду из узкого высокого бокала. Следовало поговорить со всезнающей, но она не знала, как начать. И надо ли начинать? Всезнающая слышит ее мысленный призыв и ответит на него, если их разговор важен для Сенты... Шелтон отошел к стене, участия в общей трапезе землянин не принимал. Вне своего шатра, перевезенного в Наао и установленного за дворцом, он не снимал маски и перчаток.

Слова темных внесли сумятицу в мысли Кейлы. Она по-прежнему верила Шелтону. Не имела права не верить, ведь сама первой встала на его сторону. Что же, сейчас отступить? Они с Шелтоном стали живыми легегдами, им теперь нельзя уйти в тень, стать бесцветными. Нет, она будет верить землянину до конца. А если он действительно обманывает Наао, предательство столь великого доверия станет столь же великим... Легендарным! По-настоящему же Кейлу задели последние слова Осана о загадочных отражениях Кейлы и Шелтона. Похоже, в противовес землянину и распознавательнице темная сторона готовит какую-то столь же сильную пару. Но тогда получается, все четверо - лишь фигурки в игре всезнающих. Как обидно!

До конца трапезы Кейла так и не захотела поднять голову от своей тарелки. Она размышляла о словах Деалы, о предостережениях темных, но так и не смогла прийти ни к какому выводу. Когда трапеза закончилась, она вышла из дворца. Площадь была пуста, только несколько молодых стражей, презрев дисциплину, сгрудились в конце лестницы и тихо говорили о чем-то: быстрые, возмущенные фразы, почти не сдерживаемое негодование. Потом от группы стражей отделился один, очень высокий и плечистый. Энжет.

– Кейла! Спустись, нам нужно поговорить.

– Что?
– Кейла спустилась к другу, но преднамеренно остановилась, не дойдя трех ступеней, чтобы возвышаться над ним.

Энжет был очень серьезен. Лицо - окаменевшее негодование, брови хмуро сведены. Кейла поежилась.

– Наш наставник стоял сегодня в охране совета. Он все нам рассказал. Что говорило посольство темных. Что отвечала Деала... и ты.

Кейла опять недовольно вздохнула. Громко, так, чтобы слышали стражи на площади.

– И вам, судя по тону, что-то не понравилось в наших ответах?

– Да у нас пелена с глаз спала!
– Энжет надвинулся на нее, кровь прилила к взволнованному лицу, так что узоры на нем покрылись сетью тонких темных прожилок.
– Деала хочет снять часть Наао в общем фоне! Она что, с ума сошла?! Забыла пророчество о конце мира? Даже если волны ничто уже бьются о ступени дворца, пламя под алтарем в высочайшем куполе должно гореть!

– Деала сказала, это временно. Только пока идут эксперименты Шелтона на Границе.

– Этот землянин!
– у Энжета даже шея раздулась от злости.
– Может, он умеет внушать мысли? Он будто зачаровал всех! Восхода Кана в нашем мире не провел, а его лик уже на колонне, рядом с твоим! Но я помню, что Ирвен говорил о нем вначале, до того, как Деала подмяла под себя совет. Будто бы чуждый убил много сенториан на темной стороне. Надо проверить его тамошнюю базу, как следует!

Кейла скептически усмехнулась:

– Туда отправляли отряды за аппаратурой. Ничего плохого не нашли. Да и не могли найти! Шелтон ко мне прикоснуться боялся, чтобы не заразить чуждым. Он среди нас ходит в маске и перчатках, не снимает их и не ест с нами. И не потому, что боится от нас заразиться чем-то, а за нас боится! Его родной мир погиб, и он надеется, что теперь наш мир станет ему родным!
– она так увлеклась, что даже сама поверила в свои слова. И Энжет, кажется, немного успокоился.