Чтение онлайн

Полгода не прошло, как Борис Васильевич по протекции Леонида Ильича стал не просто академиком и директором НЦ хирургии при АМН, а министром здравоохранения СССР и "без пяти минут" членом ЦК КПСС. А там всем известно, что отношения Шелепина и Брежнева обстрились донельзя. Говорят, недавно Шелепин даже обратился в Брежневу на "вы", со словами "дорогой Леонид Ильич". Поэтому разговоров тет-а-тет Петровский собирался избегать любой ценой, в новогодней толпе наверняка найдутся доброжелатели, шепнут на ухо, и прощай карьера.

– - Говорят, вы Королева забираете на обследование в начале января?

– - Да, нужно подлечить главного конструктора, совсем замучили вы его, - Последние слова Петровский в шутку адресовал всем окружающим.

– - Когда отпустите-то на работу опять?
– Засмеялся Шелепин.
– Вот хотел с ним поговорить, ребята Шокина предлагают несколько решений по снижению веса его изделий.

\\\Снижение веса носителя было (по необходимости) навязчивой идеей Сергея Павловича. На уровне ЦК об этом знали многие. Ходили слухи, что кто-то из инженеров Байконура получил премию за рацпредложение откачивать воздух из трубчатых конструкций лунной ракеты -- так как воздух имеет не нулевую массу.\\\

– - Ну... Надо обследовать недельку, но ничего серьезного.
– Академик крутнул коньяк в рюмке.
– Наверно, числа двадцатого выйдет он на работу.

– - О, вернусь из Вьетнама, и поработаем с товарищами. Сейчас все равно толком ничего не получится, да и зачем Королева лишний раз беспокоить, - Шелепин прищурился, что-то про себя прикидывая, похоже, уже собираясь двигаться дальше по залу. Добавил, чуть повысив голос: - Точно ничего страшного?

– - Любая медицинская процедура по своему серьезна, - опять пошутил чуть хмельной министр здравоохранения, - даже банки профессор совсем по другому ставит, чем медсестра.

– - Ох, все вы врачи такие, как лечить, так пустяк, а как денег просить на приборы, все важно и необходимо, - теперь заулыбалась вся компания. Но вдруг Шелепин стал серьезным.
– Очень вас прошу, Борис Васильевич, подойдите к вопросу лечения Сергея Павловича со всей возможной, даже чрезвычайной тщательностью. Его работа, талант, если хотите, очень нужны нашей стране. Пожалйста, исключите все возможности ошибки.

– - Обязательно, товарищ Шелепин, - резко перешел на сухо и официальный тон Петровский.
– Все будет на высшем уровне, как и всегда.

– - Извините, просто какие-то предчувствия нехорошие у меня, - Александр Николаевич чуть искусственно смутился.
– Спасибо вам, желаю в новом году удачи, и вам, и всем вашим пациентам.

После беседы Шелепин сел за стол, и не торопясь, с чувством, выцедил грамм сто превосходного "Юбилейного" под пару кремовых пирожных. Ничего более тяжелого желудок уже не вмещал, а пить под лимон, по старой традиции коммунистов и аристократов, Александр Николаевич не любил. Однако, повод того стоил. Давно, уже несколько месяцев, он искал случай поговорить с академиком Петровским. И вот все прошло в самом лучшем виде, после такого напоминания Борис Васильевич просто обязан принять все возможные и невозможные меры.

Отмеченные пришельцем из будущего факты гибели Королева, Комарова и Гагарина не были похоронены в памяти Шелепина. Точные даты были неизвестны, однако, информации было достаточно. Во-первых, трагический полет Гагарина произошел в истории Петра в 1968 году, но до этого еще далеко. Во-вторых, известно, что Комаров погиб до этого при посадке. Пока космонавт на земле -- ему, в общем-то, ничего не угрожает. Так что предотвратить катастрофу не слишком сложно. Достаточно узнать, когда запланирован его старт, и можно организовать основательную проверку спускаемого модуля космического корабля, а лучше -- вообще отмену вылета.

В-третьих, Королев должен умереть на операционном столе. Вроде бы есть вполне солидная отправная точка, но... После осторожного наведения справок, все оказалось не так очевидно. Попросту говоря, со здоровьем Сергея Павловича была просто беда. Серьезный непорядок с сердцем, кровотечения в кишечнике, это только вершина айсберга. Летом Королев обращался в больницу -- сердце, но врачи уверяют, ничего особенно опасного, лечится дома. В декабре Королев на три дня лег на обследование в больницу, проблемы с сердцем после того, как Луна-8 разбилась на Луне вместо мягкой посадки. Но никаких операций не назначено. В январе нового, 1966 года опять запланированы обследования по кишечнику, и снова, ничего особенно опасного, обычные полипы. Для их удаления человека давно не режут, обходятся эндоскопом.

Положение осложнялось тем, что Александр Николаевич практически не имел знакомых, вхожих в ближний круг общения советских "космонавтов". Со стороны четвертого главного управления, называвшемся чаще Кремлевской больницей, что на улице Грановского, тоже ничего интересного не получить. Все на самом высоком уровне, дело Королева ведет лично Борис Васильевич Петровский, министр здравоохранения СССР, замечательный хирург с огромным стажем. Если уж при таком враче Сергей Павлович умрет -- наверно, никто не смог бы ничего сделать.

Но все же червячок сомнения грыз. Не то, чтоб Королев был очень нужен космической промышленности, скорее наоборот, последнее время в его работе все больше становилось склок и недопониманий. И это было очень далеко от сферы обычных интересов Александра Николаевича. Но... Глубоко под спудом ворочалась честолюбивая мысль. Хотелось почувствовать себя демиургом, который может менять судьбы людей, контролировать все, даже саму смерть. И попробовать спасти человека -- далеко не самый худший повод для этого.

Сообщение о смерти Королева 14-го января прозвучало как гром среди ясного неба. Диагноз гласил: "...Острая ишемия миокарда после четырех часовой операции по удалению саркомы (злокачественной опухоли) с экстирпацией прямой и части сигмовидной кишки..." Решение о назначении медицинской комиссии Шелепин продавил через ЦК перед самым вылетом во Вьетнам, едва ли не с трапа самолета. И то лишь потому, что яростно противившийся этому Леонид Ильич улетел в Монголию на три часа раньше.

\\\В реальной истории медицинская комиссия так и не была создана, более того, в официальном заключении не было указано, кто именно оперировал.\\\

* * *

Комиссия, как это водится, так и не смогла установить точные причины. Виноватых оказалось много, и при этом никого конкретно.

Был выявлен целый букет недоработок. К примеру, не было сделано серьезное обследование перед операцией, и саркома не была обнаружена. Из-за кажущейся простоты, не собирался врачебный консилиум. Сам Королев пожелал, чтобы обязательно оперировал министр Советского Союза, у которого голова уже была забита не слишком медицинскими делами. Да и возраст у академика солидный, 58 лет. Дрогнула рука, или стенка кишечника оказалось слишком тонкой, произошла перфорация. Анестезиологи что-то проглядели, или не оказалось под рукой нужных смесей. Возникли проблемы с введением трубки из-за короткой шеи Сергея Павловича. Автомат искусственного кровообращения заранее не был подготовлен. Не оказалось близко мощного помощника (Александр Александрович Вишневский был вызван с большим опозданием). В завершение тяжелейшей операции, не выдержало сердце.