Чтение онлайн

— Петр. В мое отсутствие останешься тут за коменданта. Я Малышеву дал команду собрать ударный отряд, чтобы выбить немцев из столовой инженеров. Поэтому в отряд Малышева дай пару пулеметов. Остальное оружие и каски, в том числе трофейные раздай тем, у кого их нет. Что останется, здесь складируй, пригодится. Если найдешь из “пришлых” пулеметчиков, создавай расчеты. Не найдешь, тогда вооружай ими наших. Проследи, чтобы все пополнили боекомплект. По максимуму гранатами, что нашими, что немецкими пусть затариваются. Расход воды надо уменьшить, чует мое сердце, что с ней у нас будут проблемы. По периметру организуй наблюдение и охрану. Напротив дверей стройте баррикады как внутри, так и снаружи. Расспроси бойцов, кто из них знает, где склады боепитания и продовольствия есть. Раненых надо готовить к эвакуации отсюда в Брест. Как настроение у ребят?

— Отличное. Парни все понимают. И стремятся набить морду соседям.

— Вот и прекрасно. Пусть готовятся.

— Есть. Тут, какой — то старший лейтенант войск НКВД, старшего требует. Прибежал со стороны Белого Дворца. Мы его пока в дверях придержали.

— Правильно сделали, нечего посторонним тут делать. А то ходят тут всякие, потом личные вещи пропадают. Раз требует, давай его сюда поговорим. И еще там отдели из тех, кого пригнали немцы пограничников и конвойников. Создадим из них временное отделение, с нами будут. Если кто без формы пусть пока оденутся за счет погибших. Сапоги и бриджи с немцев поснимают. Тем все равно уже ничего не надо, а живым ходить раздетыми и босыми негоже. Вооружи их трофеями, выдели им одного из наших бойцов в качестве старшего. Пусть занимают позиции по первому этажу. Подчиняться тебе будут, попозже пусть в воронке погибших похоронят. Данные на погибших мне в блокнот запиши. Если опознают то кто, откуда, какого полка. Надо будет еще на ложках те же данные записать и к погибшим положить, чтобы не забыть, кто похоронен. Минут через пятнадцать давай собирай наших на выход. Пора на новые подвиги. Мы еще не всех немцев перебили.

— Понял, сейчас займусь.

Через несколько минут в сопровождении одного из бойцов подошел высокий, молодой, темноволосый, подтянутый старший лейтенант, в полной повседневной форме войск НКВД. Форма была новая, практически не ношенная, слегка присыпанная пылью. В полумраке клуба на ней белел подворотничок. На поясе в кобуре был ТТ. “Старлей” был в фуражке. Отпустив бойца, я поинтересовался наличием документов у пришедшего. Протянув мне свое удостоверение, тот стал высказывать, неудовольствие нашими действиями и требовать немедленного выхода из крепости на соединение с войсками. Не снимая с рук перчаток, я взял корочки и стал их изучать. Внешне с ними все было в порядке, даже пресловутая скрепка была не из нержавейки. Говорил старлей правильно без акцента. Но что-то меня в нем напрягало и раздражало, что конкретно так и не понял. Слишком он аккуратный и не мятый. А еще память мне подсказывала, что в известной мне истории обороны крепости не было среди участников старшего лейтенанта НКВД. Перебив на полуслове старлея и не возвращая ему документов, спросил, откуда он, из какой части и как тут оказался. Тот снова стал возмущаться и требовать подчиняться его приказам. Пришлось его одернуть, пообещав арестовать, если будет мешать и вмешиваться в мои действия. Как же плохо, что будучи прикомандированным к Управлению НКГБ не обеспокоился какой — никакой ксивой. Старлей после моей угрозы вроде успокоился. Между нами было около метра. Тут мое внимание отвлек появившийся в дверях Никитин, шедший в сопровождении нескольких вооруженных автоматами бойцов в танковых комбинезонах. Из — за этого я и не заметил, когда у старшего лейтенанта в руках появился клинок. Но на начало им атаки успел отреагировать, уклонился от удара. Он меня почти достал, задев, как мне показалось гимнастерку. Стрелять в такой ситуации я не мог. Банально не успевал поднять ствол автомата. Поэтому пришлось атаковать руками. Отбив руку с клинком, сам перешел в атаку, нанеся удар рукой в район горла. Вроде и бил не сильно, но удар оказался более чем удачным. Старший лейтенант откинул голову, молча, опустился, выпустив из рук кинжал.

Ко мне на шум подбежало несколько бойцов, видевших наш обмен ударами. Успокоив их, расстегнул на старлее гимнастерку. На шее обнаружился очередной немецкий жетон. Весело и все смеются. Очередной агент, сколько же их тут. Только нагнувшись к убитому, я понял, что меня в нем напрягало. Запах. Все наши командиры пользуются одеколонами “Тройной” или “Шипр” и моются хозяйственным мылом. Сам такой косметикой пользуюсь. А тут запах далек от столь давно знакомых.

Немцу я, похоже, сломал шею. Обыскав труп, кроме “ТТ” в кобуре нашел еще “Вальтер ППК”, гранату Ф-1 и несколько запасных обойм в карманах галифе. Что ж нам трофеи пригодятся. Дал команду бойцам снять с трупа нашу форму и бросить его к остальным немцам.

Никитин и бойцы, пришедшие с ним, с интересом и уважением смотрели на меня. Никитин подошел ко мне и доложил о выполнении приказа. Когда он прибыл в штаб 75 разведбата, никого из командиров там не оказалось. Дежурный по батальону лейтенант Галустьянц вышел с проверкой в Кольцевую казарму. Поэтому мою записку пришлось передавать дежурным сержантам бронероты. Благо они в одном здании “Инженерного управления” со штабом расположены. Те, сначала не поверили, задержали и чуть не побили, посчитав его самого за диверсанта. Правда, за Виктора земляк заступился. Подтвердил, что Никитин действительно служит в 333 полку. После этого предупрежденные о диверсантах разведчики провели в своих помещениях обыск. В столовой Белого дворца нашли пять диверсантов, в том числе одного унтер — офицера. В “Инженерном управлении” наверху тоже сидели трое немцев с телефоном. Как диверсанты попали туда неизвестно. После этого Виктора отпустили. С началом обстрела крепости разведчики бросились к своей технике, но были обстреляны из парка бронетехники. Пришлось занимать оборону и вести бой с еще одной группой диверсантов. Бойцов в батальоне мало, часть ушла из крепости на учения. Казармы мотострелков и танковой роты, что были расположены на втором этаже Кольцевых казарм у Трехарочных ворот, горят. Техника автобронероты и танковой роты, стоявшая на летней площадке у Белого дворца, пострадала от артобстрела и огня. Готовых к бою машин нет, но часть можно завести и подготовить. Личный состав попрятался по казематам и подвалам, частью ушел в казармы соседей. С разведчиками через посыльных установил связь 84 полк. Тот держит оборону у Холмских ворот и на Южном (Госпитальном) острове. С окончанием обстрела на вернувшихся с Северного острова двух Т-38 прибыли несколько командиров. Общее командование батальоном принял на себя начштаба старший лейтенанта Долженко Петр Федорович. Именно он в сопровождении одного из бойцов и пришел к нам.

Поздоровавшись с пришедшими, представился. Пригласил с собой на НП. На лестнице Усольцев и Соболев доложили, что мое приказание выполнено, уничтожено 6 немцев пытавшихся, устроить пулеметные позиции наверху Тереспольской башни.

Вместе с разведчиками поднявшись наверх, стали уточнять складывающуюся вокруг обстановку. Несмотря на взрывы снарядов, дым пожаров более или менее было видно. История с некоторыми изменениями повторялась.

Севернее Цитадели немцы, переправившись через Буг, закрепились на валу Кобринского укрепления и наводили переправу. Отсюда же они продолжали наступление и уже вели бой в районе казарм 125 полка, пытаясь вдоль берега Муховца прорваться к Трехарочному мосту и Цитадели. Наши бойцы держали оборону в районе Северо-Западных ворот, плаца и казарм 125 полка, Домов командного состава, дороге Север-Юг, Западном редюите. Территория у Северных ворот крепости была покрыта сплошной полосой разрывов. Шел бой и в районе валов у Восточных ворот крепости. Похоже, немцам удалось захватить ближайшие к крепости мосты через Мухавец и теперь они стремились удержать их за собой. Выстрелы слышались на Западном и Южном островах. Где конкретно, видно было не очень хорошо, мешали разросшиеся ивы на островах. Удалось рассмотреть, что на Южном острове, бой шел в районе школы младшего командного состава, ворот и госпиталя. В цитадели бой шел в районе казарм 132 батальона НКВД, Тереспольской башни и Арсенала. Между Белым дворцом, “Инженерным управлением“, Холмскими воротами как итог контратаки наших лежали десятки трупов красноармейцев и немцев. Тут оборона налаживалась 84 полком, разведчиками и инженерами. В городе пока выстрелов не слышно, что уже хорошо. Спокойнее отступать будет.

Радостным было то, что нашим севернее крепости все — же удалось взорвать часть железнодорожного моста через Буг. И теперь из расположенного рядом с мостом дота бойцы обстреливали немцев, пытавшихся переправиться через реку. Пока это им удавалось, но надо признать, что это ненадолго. Подняв в небо несколько аэростатов, и разместив там корректировщиков, немцы сосредоточили на доте огонь десятка орудий. Разрывы снарядов все чаще накрывали дот. И противопоставить этому ничего нельзя.

Эх, нам бы сюда артиллерию, хотя бы гаубичный полк. Чтобы накрыть готовящегося к атаке противника. Ведь плотно же стоят, бей не хочу. Но чего нет, того нет. Северный городок, где как раз стоял гаубичный полк весь в дыму и разрывах. Да и в Южном городке не лучше. Тоже все горит и взрывается. Остается надеяться только на себя. Может среди разрухи, царившей в артпарках, найдется пара “полковушек” и снаряды к ним. Попробуем достать немцев. Может, не попадем, так хоть напугаем.

Если за территорией крепости мы ничего сделать пока не могли, то в крепости у нас положение лучше. И тут нам главный помощник именно разведбат и его техника. Он вооружен плавающими танками, а так же пушечными броневиками. Пусть даже количество танков уменьшилось на те, что ушли из крепости или повреждены немцами. Все равно батальон остается ударной силой гарнизона. Вырваться из крепости под огнем противника на технике у них не получится. Северные ворота находятся под огнем противника, Восточные ворота блокированы. По воде через Мухавец на танках не получится, мосты через Мухавец и часть Южного острова захвачены врагом. Пулеметами расстреляют в воде легкобронированные танки. Все это я и попытался донести до старшего лейтенанта.

— И что ты предлагаешь делать? Должен же быть тогда выход? Наш замполит настаивает на немедленном выходе. У тебя какие приказы?- Спросил Петр.

— Есть устный приказ комдива о выходе частей в места сосредоточения. Доставил его посыльный из штаба. Только его убило при отбитии штурма. Других приказов не поступало. Связи с дивизией нет. Для выполнения приказа комдива в сложившейся обстановке я думаю выход только один. Нужно выбить врага с Кобринского укрепления. Или хотя бы удерживать его на занимаемых позициях. Ворота, через которые можно выйти одни — Северные. Есть еще возможность воспользоваться Северо — Западными воротами. Там наши держатся. Немцев в крепости мало, но они наращивают свои силы, перебрасывая свои силы через Буг. Где проходит линия обороны сам видел. Если ударить вдоль правого рукава Муховца и дороги Север — Юг, то можно подавив огневые точки противника пробиться к Северо—Западным воротам и выйти через них.

Есть еще один вариант. Прорваться к Домах комсостава и поддержать огнем обороняющихся там. Создав, таким образом, коридор для отступающих бойцов и командиров. Вон видишь, левее Домов Начальствующего Состава, в кустарнике у Муховца расположена немецкая пулеметная позиция. Она держит под огнем Трехарочный мост. Уничтожив, ее дадим возможность людям спокойной отступить через Северные ворота. Самим в этом случаи отступать придется под прикрытием с Главного вала, люнетов и Западного редюита через те же ворота.

В любом из вариантов сначала надо остановить немцев на Кобринском укреплении, только потом выходить из крепости. Северные ворота ближе, но там сейчас такая мешанина, что с ходу ее не преодолеешь. Надо время чтобы там навести порядок, разобрать завалы. Отсиживаться тут нельзя. Немцы могут закрыть мышеловку. Ждать когда нас разблокируют глупо. Командование на нас рассчитывает. Это не конфликт, а война. Тут наступает 2-я Танковая Группа немцев, мы их удержать у крепости не сможем. Сил не хватит. Выбирай, какой вариант для вас больше подходит.