Чтение онлайн

В отличие от меня, мужчину переполняли разнообразные эмоции. Среди бесчисленной палитры чувств более всего выделялась «ядовитая скорбь».

– Диана…

Болезненно ступая по залитыми лужами каменной дорожке, я двинулась прочь с кладбища. Мои перебинтованные ступни ощутимо кровоточат, однако я упрямо продолжала идти, не останавливаясь ни на шаг.

– Диана, куда же ты?

Увы, Феликс не оставил меня в покое. Он отчаянно сжал мое запястье, крепко вцепившись в меня пальцами.

Я остановилась, закусив губу взглянула на свою руку. Феликс пропустил мимо себя мой замораживающий взгляд.

– Отпусти.

Устало с моих губ слетел бесстрастный голос, но мужчина проигнорировал это. Я тут же приняла тот тон, коим обычно разговаривала с ним в прошлом.

– Отпусти меня, Феликс.

Да, зазвучал нежный тон с тихим придыханием.

Я расслабила свое напряженное лицо и, нежно улыбнувшись, на него взглянула. Мне пришлось надеть на себя прежнюю маску.

Внезапно он озадачился, не понимая, почему я скрываю свое истинное лицо.

– Я не буду повторять дважды. Убери руку.

Нежно, но и в то же время холодно – я отвергла его.

Как всегда, нарисовала приятные черты лица и нарочито медленно убрала палец за пальцем со своего запястья. Его лицо нахмурилось, словно в одночасье рухнул весь мир, когда я освободилась от его захвата.

Стянув с себя влажную одежду и оставшись в кружевном пеньюаре, я легла на кровать, и матрац тут же покачнулся от моего падения. Полностью зарывшись под пушистое одеяло и внушая себе, что всё в порядке. Однако, как пророк, я уже знала ответ… Не всё в порядке.

Если всё останется, как сейчас, судьба не сулит ничего хорошего.

Я искренне желала повернуть время вспять. Прошедшие несколько суток были наполнены муками для всей семьи.

Тело ощущалось изношенным, а ноющая боль напоминала, что я всё ещё жива и что это не предел жестокости судьбы.

Заснула я на удивление быстро.

Мне приснился сон о том, как Феликс убивает Тима. Его серо-зелёные глаза были наполнены жестокостью и удовольствием от убийства. Подсознание самостоятельно переписывало сценарий того дня отчего я начинала злиться сильнее прежнего.

Последняя картина со сценой брызг крови на моих руках всё ещё оставалась в моём сознании.

Горячая кровь стекала вниз, капая на землю она пропитывала серый песок, что размывал бегущий ручей.

Я проспала всего несколько часов, однако усталость и измотанность не покидали тело, будто и вовсе мои глаза ни на миг не смыкались.

Несмотря на то, что те события были лишь сном, я отчетливо помнила свои чувства и эмоции, словно всё случилось только что взаправду.

Я поднялась со своего места с пульсирующей головной болью. Моя спина покрылась холодным потом от впечатляющего кошмара.

Откинув одеяло, я спустила перебинтованные ступни с кровати.

Часы на прикроватной тумбе показывали почти два ночи.

Небо за окном было тёмным. До рассвета ещё долго.

Из моей комнаты всегда открывался восхитительный вид на звёзды. Бесчисленные светила создавали великолепный узоры, а серебряная луна в любом своем великолепии, освещала тьму… Но не сегодня.

Грохочущая слякоть за пределами этих стен зловеще играла свою грубую мелодию, а тяжелые капли дождя барабанили в стекло, оставляя после себя струящиеся вниз дорожки.

Словно во сне, я подошла к окну и бессмысленно уставилась на ночное небо, дорисовывая в голове каким прекрасным бывает вид из этого окна.

«Я никогда не видела столько звёзд в прошлой реальности» – так я думала каждый раз, любуясь звёздной россыпью.

Какая у меня была жизнь до того, как я попала в роман?

Теперь, когда я об этом подумала… Я помню, как работала до потери пульса.

Почему у меня не хватало времени просто взглянуть на небо и насладиться прелестными видами?

До того, как я попала в роман, подобные сцены меня не волновали, но теперь я не могу их игнорировать.

Есть в этом что-то мистическое. Задуматься о чем-то важном, а после, увидев нечто прекрасное, забыть обо всем на свете с мыслями: «Как же красиво…»

Спустя некоторое время я вернулась в постель.

Подобно трупу в гробу, мой сон казался вечен.

– …Вставайте.

То, что первым бросилось в глаза, была заря.

Как только я просыпалась, по привычке отворачивалась проверять время, выглядывая в окно.

Из-за чрезмерно яркой зари было невозможно определить точное время суток. Похоже, мои предположения оказались ошибочны.

Ах, я так устала. Думаю, ничего не случиться, если я посплю ещё немножко.

– Я… я встаю. – бесстыдно лгала я, погружаясь в дремоту.

Я так измождена и так отчаянно хочу спать, но кто-то продолжает нарушать мой сон. Я грубо откинула руку, неустанно меня трясущую за предплечье, чтобы избавиться от назойливой помехи.

– Мисс! Проснитесь!

– Эмма?

В растерянности, но я все-таки проснулась. Образ перед глазами был все ещё расплывчат и медленно моргнув, я лениво подняла голову с подушки, усаживаясь на край постели.

Протерев сонные глаза, я увидела перед собой свою встревоженную служанку.

– Вы не просыпалась целых два дня.

Я не узнала бы время и день, если бы не услышала слова Глория.

Когда я очнулась ото сна, Глория стояла у изножья кровати.

– Который час?

В горле пересохло, потому вышел непривычный хриплый голос. Жестом указала на графин с водой, и Эмма оперативно наполнила стакан.

– Уже семь.

Я пропала два дня. Такое впервые.

Когда я подумала, что могла оказаться в гробу из-за обезвоживания, по телу пробежала дрожь.

– Я очень переживала все это время. – лепетала Эмма, наполняя для меня очередной стакан. – Если бы вы не проснулись…

Лицо её исказилось страхом.

– Маркиз загонял всех семейных лекарей. Приказал утром – разбудить вас вечером, если вы не пробудитесь самостоятельно.

– Если это правда, то все в порядке. Я не злюсь.