Чтение онлайн

– - И когда же все решится?

– - Дружбаны считают, что решение по нам будет принято не раньше, чем через час.

– - Вот уж мне эти стратеги -- старлеи и капитаны! Почему через час?

– - Президент ещё в Париже.

– - Плевать генштабу на президента!

– - Э, не скажите, Игорь Прокопыч! После продолжительных отсидок и показательных расстрелов по ТВ лучших боевых офицеров ни один русский генерал не пойдёт на военную операцию за рубежом без письменного приказа президента. Так что расслабьтесь и прикемарьте минут на двадцать, как курсант на лекции в училище. Я разбужу, если что.

И снова наблюдатели любовались дрыхнувшим маршалом на трёх экранах...

4.

– - Товарищ полков... Товарищ генерал-майор, старший лейтенант...

– - Отставить! Из ваших погон и галстука, товарищ старший лейтенант, борщ варить можно

Комдив первый день в генеральской форме... Так точно, товарищ полк... товарищ генерал, можно борщ варить, если ты по двадцать пять часов в сутки в кабине "сороконожки" с баллистической тактической ракетой за спиной. Или по сорок восемь часов в смотровой яме.

– - Хорош у вас ротный, товарищ майор.
– Комдив повернулся к комбату.
– Пораспустили личный состав, товарищ подполковник.
– Это уже командиру дивизиона тактических ракет.
– - Боец у него подпоясан ниже хлястика шинели, и это на посту! Сержант валяется в теплушке на топчане, а рядом немытый котелок. А главное, у троих солдат в одной роте сапоги не подбиты! Курам на смех, среди лета боец слёг в госпиталь с простудой! Факт говорит о том, что физподготовка в роте в целом и в частности, поставлена из рук вон плохо. Значит, боец плохо бегал по утрам норматив. И виноват во всём командир роты, вот этот разгильдяй.

Подполковник-замполит суровым взглядом вперились в старшего лейтенанта, а тот безучастно смотрел на дремлющего сержанта-водителя в комдивовском газике... Так точно, товарищ полк... товарищ генерал, рядовой Лифанов в госпитале. Разгружал холодильник на базе тыла по наряду дивизии. В холодильнике минус 20 градусов, на улице + 30. Комбат в курсе, но он не скажет. Так точно - плохо бегает, всего лишь третий спортивный разряд по лёгкой атлетике... Генерал ждёт ответа. Подполковник смотрит на майора, майор на капитана-пускача, капитан на старшего лейтенанта. И все молчат.

– - Молчание и круговая порука! У кого ещё боец без пилотки и расстёгнутой гимнастёрке может сидеть на стене ограждения части и любезничать с иностранными барышнями? У кого ещё солдат может постричься налысо? Что вам известно о последнем случае, товарищ старший лейтенант? Что-то я не видел письменного рапорта в военную прокуратуру. Может быть, имел место случай проявления "дедовщины" с издевательством над солдатом срочной службы!

Замполит - ни слова. Только суровый взгляд в сторону старлея... Так точно, товарищ полк... генерал-майор, рядовой Машков на спор постригся налысо. Второй год службы, три месяца до увольнения в запас.

– - Ротный командир, лицо осунулось, глаза мутные. И глумливая ухмылочка.

– - Товарищ генерал, у него такое выражение лица даже на фото для документов, -- в первый раз вступился замполит.
– Последствия контузии в командировке на Ближнем Востоке.

– - Так он ещё и контуженный! Женат?

– - Жена его бросила, -- ответил замполит.

– - Понятно - пьёт и гуляет... Двадцать четыре часа - и на Камчатку!

– - Товарищ генерал, -- в первый раз заговорил подполковник, командир дивизиона.
– Не получится его на Камчатку Из генштаба пришёл наградной лист. за прошлую командировку на Ближний Восток. Орден боевого Красного знамени. С присвоением внеочередного звания майор. Документы уже оформлены.

– - Гнать бы таких из армии! Не удивлюсь, что такой типчик сможет и родину продать. Внесите его список добровольцев, желающих помочь братскому Ливану. Пусть сейчас же пишет рапорт на временное увольнение из армии в период командировки..

– - Отваришь генерал, это же спецкомандировка по линии ГРУ! После неё при вовзвращение на службу положено повышение в звании через две ступени. Он может вернуться даже генерал-майором!

– - Если жив останется... Прошлый набор вернулся грузом 200.

Генерал снял фуражку, вытер платочком лысый лоб и ещё что-то очень долго и строго выговаривал офицерам. Потом уставился на старлея:

– - Приведёте себя в порядок и явитесь по инстанции за взысканием.

– - Так точно, товарищ полковник!

– - А-а-а, ещё и полковник...
– Генерал махнул рукой и решительной зашагал по плацу к штабу части. Подполковник и остальные офицеры еле поспевали за ним.

Неизвестно, за какую сумму, по мысли генерала, старлей-разгильдяй смог бы продать родину, но вскоре после вывода советских войск из Германии у этого генерала в Швейцарии обозначилась симпатичная такая гостиница с женской прислугой и изрядная должность во влиятельном частном информационно-аналитическом, а проще говоря - разведывательном агентстве.

* * *

Чай в дежурке сладко пах разваренной заваркой - заваривали не первый раз.

– - Старшего лейтенанта генерал тычет носом в чей-то немытый котелок, и ничего не случилось, товарищ замквомвзвода?

– - Молодой заборзел - не помыл мой котелок. Я уже пистон вставил, чтоб стариков и командиров уважал.

– - Вы старик, сержант Сидоренко?

– - Старослужащий.

– - Старик, спрашиваю?

– - Пусть с моё послужит.

– - Я с твоего уже десять раз отслужил. Ты мне котелок на дежурстве моешь?

– - Не обязан и не буду.

– - Гордый?

– - А что такого? Ни перед кем не прогибался.

– - Мне за тебя перед генералом прогибаться?

– - Кто как сумеет себя поставить. Я - сумею!

– - Тогда не обижайся!
– Старлей с разворота, как бы играючи, двинул старшего сержанта в челюсть. Тот отлетел в угол.
– Можешь на меня жаловаться следователю военной прокуратуры, сержант Сидоренко. Меня уже тут не будет.