Ёшка
Шрифт:
– От бывших хозяев здесь ничего не осталось. Хозяин здесь я! Я – граф. По-моему будет! Я разрешаю вам вернуться.
– Ты мне не хозяин, – усмехнулась Ёшка, – и мать моя не была крепостной, и я вольная.
– Нет? – усмехнулся Иван.
– Нет, – ответила Ёшка, – крепостной моя бабка была, а меня вам в работники не переписывали, так что я есть, а бумаг на меня нет.
Он отвязал коня и подошел вместе с ним к Ёшке. Ветер фыркал и не хотел идти, но как только Ёшка дотронулась до его морды, он затих.
– Эх, как присмирел! – удивился Иван, – раньше ни перед кем, кроме меня, не утихал так. Никому не покорялся, кроме меня, а тебе покорился, смотри-ка!?
– Красавец, тебе только верен, – восхищаясь красотой черного жеребца, произнесла Ёшка, – ни с кем не станет тебя делить.
Она гладила его морду и смотрела прямо в большие глаза. Ветер стоял, как вкопанный. Таким тихим Иван его никогда не видел.
– Что это значит?
– Неважно. Ты же мне все равно не веришь.
Ёшка отпустила коня и сделала шаг назад. Иван коснулся ее волос и убрал их за уши.
– Так значит, ты у нас вольная?
– Свободная, и ты мне не указ, – они разговаривали весело и оживленно, и каждый из них старался продемонстрировать свое превосходство другому.
– Указ, указ, еще какой указ! Вот найду твою избушку, спалю, а тебя к себе заберу.
– Зря ты так, Иван. Меня трогать нельзя!
Конец ознакомительного фрагмента.