Чтение онлайн

– И что нам делать? – задал вопрос неуемный Миша.

– Ждать, - коротко ответил Шкип, отвернувшись к стене, тем самым показывая, что продолжать диалог он не намерен.

Ожидать пришлось еще несколько часов, пока по внутреннему времени Базы не наступила полная ночь. Шкип проснулся около трех часов ночи. Некоторое время лежал неподвижно, пытаясь понять, что именно его разбудило. Вроде зайти никто не должен был, так как Северен Галтуг перед отлетом категорически запретил кому-либо заходить на Гауптвахту, кроме как своим помощникам и то только для того, чтоб принести еду и воду задержанным. И вернуться раньше, чем через день, Галтуг тоже не мог. Через несколько секунд стало ясно, что именно разбудило: из соседней камеры, сейчас пустующей, раздавались едва слышные звуки, как будто кто-то тихонько скребётся. Отметя в стороны вариант с мышами и прочей живность, как абсолютно нереальный, Шкип бесшумной поднялся, окинул взглядом спящих друзей и перешел в камеру, которая и подавала признаки жизни, забрался на ближайшую койку и принялся ждать развития событий. Интрига разрешилась через пять минут. Сначала зашевелилась одна их металлопластовых панелей стены, что находилась почти у самого пола. Затем она отошла в сторону, а после этого вовнутрь полез человек в штатном комбинезоне техника, с наглухо закрытым шлемом. Дождавшись, когда неизвестный наполовину втянется, Шкип протянул руку и слегка постучал ему по шлему:

– Тут, тук, кто там?

Неизвестный сектор. Тюремная камера.

– За что они так с вами, Ольга Юрьевна? – спросила Света, стараясь прижаться к Ольге Юрьевне как можно плотнее, пытаясь согреть ту теплом своего тела.

– Да это, - почти прошептала Ольга Юрьевна, - можно сказать, привет из прошлого.

– Привет из прошлого? – удивилась Света.

– Да, Света, именно…из прошлого, была тут она история, лет двадцать назад…

Двадцать лет назад. Эскадрилья Патруля «Грозовой Волк» База приписки «Крайний предел»

– Волк-Главный, всем Волкам! Приготовиться, выход из прыжка через пять минут! – раздался по общей связи голос командира их эскадрильи каплея Аслана Дзугаева с позывным «Куыдз» (пёс по-осетински, - прим. автора), - доложить о готовности!

– Волк-Главный, это Волк-два, - моментально отозвался командир корвета «Вьюн», каплей Анджей Шиманский (позывной «Шляхтич), - к выходу из прыжка готовы.

– Волк-Главный, Волк-четыре на связи! – не отстал от Шляхтича командир корвета «Гордый» старший лейтенант Иван Крон, (позывной «Корень»), - к выходу из прыжка готовы!

– Волк-Главный, Волк- три на связи! – отрапортовал командир «новичкового» корвета, лишь пару месяцев, назад переведенный на «Крайний предел» старший лейтенант Павел Ворошилов (позывной «Игрек»), командир корвета «Стальной мышь»,- к выходу из прыжка готовы!

– Отлично! Волки, выходим из прыжка, сразу же переходим в стелсрежим. Истребители пока не выпускаем, в системе огромное количество мелких астероидов, слишком высок риск потерь машин.

– Плюс!

– Плюс!

– Плюс!

– Паша, нам с Саймоном залезать в истребители? – уточнила у командира Ольга, остановившись в проходе боевой рубки.

– Нет, - не отвлекаясь от панели управления ответил Паша, - Пёс приказал не выпускать истребители, слишком много мелких камней в системе. Багира, Саймон, занимайте дублирующие кресла, возьмите на себя основное орудие и зенитные турели.

– Эй, здоровяк, ты слышал? – крикнула Ольга в коридор, - покатушки отменяются, залазь в кресло.

– Саймон не хотеть в кресло, - пробурчал огромного роста, бритый на лысо негр, - Саймон хотеть летать!

– Повозмущайся мне тут еще! – шутливо погрозил ему кулаком Паша.

— Вот, вот, прекращай бухтеть, у тебя будет шикарная возможность пострелять из зениток, - смеясь добавила Ольга, залезая в ложемент и пристегиваясь:

– Командир, Багира готова! Переключай на меня пушку.

– Напоминаю суть задания, - раздался на общем канале голос Аслана, - сутки назад перестала выходить на связь колония Арелианцев, расположенная в данной системе. Кроме того, нет связи с двумя патрульными корветами «Куница-два» и «Куница- четыре», которые должны были патрулировать данный сектор и систему. Командиром Базы поставлена задача выяснить, что произошло с колонией и корветами, в случае обнаружения противника в боестолкновения не вступать, наше дело только разведка.

– Думаете, пираты? – уточнил Паша.

– Что именно я думаю, старлей Ворошилов, абсолютно неважно. Важно- выполнять поставленную задачу. Ваш корвет идет моим ведомым, вперед не лезть, действовать строго по моей команде!

– Так точно!

– Саймону обидно, - пробурчал здоровяк, - Саймон не ребёнок. Саймон хочет летать.

– Все хотят, - отозвалась Ольга, - но после того, как мы тогда в салки с десятком рейдеров наигрались, удивительно, что вообще навечно окрестности Базы патрулировать не заставили. А мы-то, всего год с неё не вылезали.

– Так, притушили болтовню не по делу, - оборвал Саймона и Ольгу, Паша, - сейчас из прыжка выходим. Рикки-Тики, ты где?

– Паша, уже бегу, - отозвалась бортинженер Лайма, которая действительна появилась спустя всего несколько секунд, запрыгивая на ходу в ложемент оператора систем и пристегиваясь…

Изменившийся шум двигателя оповестил в выходе из прыжка.

Их банально ждали. Прибывшие корветы даже не успели уйти в стелсрежим, как у них взвыли системы оповещения о торпедной опасности.

Рикки-Тикки только и успела крикнуть:

– Паша, торпеды! – как их корвет сотряс мощный взрыв. До сих пор, возвращаясь в кошмарах в тот день, Ольга Юрьевна не прекращала гадать, как же они тогда уцелели…

– А знаешь, Свет, что обидней всего? – прервала рассказ Ольга Юрьевна, - что в этой атаке не было никакого смысла.

– То есть? – удивилась Света.

– Есть такая планета, Дарклан-шесть, в системе Альфа-Южного Креста, классическая пиратская планета, живущая грабежами колоний, работорговлей и прочим, подобного рода. Управляется местным корольком.Многие на неё точат зубы (и за дело), но Дарклан – находится под протекторатом Делианцев, там в системе даже их база есть. Так вот, королёк, подарил своему наследнику на совершеннолетие легкий крейсер, и этот мелкий уб…ушлепок, не придумал ничего лучше, чем испытать подарок в настоящем бою…Сначала он уничтожил «Куниц», (у них не было ни шанса), затем обстрелял колонию, и принялся ждать в засаде тех, кто придет на помощь….

Застонав, Ольга открыла глаза. В рубке мигал красным аварийный свет.

– Паша, Саймон, - простонала она, а в ответ- тишина. Сделав на собой усилие, попыталась подняться, но застонав от резкого приступа боли, упала на ложемент.

– …ожар в двигательном отсеке, фиксирую утечку кислорода, - услышала она голос системы оповещения.

Это плохо, боевые скафандры не были рассчитаны на длительную автономию, и кислорода в них было немного. Поняв, что сразу встать не сможет, Ольга изменила тактику: отточенным на сотне тренировок движение она достала и кармашка запасной картридж к медаптечке. Быстро вставила его взамен потраченного. Три легких укола и ушла боль, прояснилась голова и Ольга уже уверенней приподнялась на ложементе. Судя по всему, корвет безжизненно болтался в космосе. Откинувшись в пилотском ложементе, неподвижно лежал Паша, рядом, свесив руку, с заляпанным кровью забралом шлема, замер Саймон. Кресло Рикки-Тикки было пустым.

– Паша! Саймон! – буквально вылетела с ложемента Ольга. Первым делом она поспешила к аптечке, что висела в рубке корвета, на случай, когда до медблока бежать будет долго. Вскрыв аптечку и достав универсальный инъектор со сменными ампулами, метнулась к друзьям. «Реген» и «антишок» ввела сначала Саймону, после чего поменяла картридж на его аптечке и занялась Пашей.

В рубку сунулась Рикки-Тикки, обычно шустрая девчонка, сейчас Лайма ползала едва-едва, опираясь на какую-то металлическую трубу.