Чтение онлайн

– Начнём с того что Черновского никто не арестовывал и даже не задерживал. Его остановили для проверки документов. ГАИ имеет на это право, вы знаете, три часа у них есть. Основанием послужила ориентировка, которая поступила из УВД. Её передали ещё в субботу, в тот день, когда утром был обнаружен труп Анастасии Сергеевны Черновской с признаками насильственной смерти. Олег Петрович – её муж. Сейчас он свидетель по делу об убийстве. ГАИ получила распоряжение остановить его для выяснения обстоятельств, связанных с гибелью его супруги. Мы не смогли с ним связаться в субботу, поскольку этот человек находился в краткосрочном отпуске и выезжал за пределы города. Об этом нам сообщили в вашей же компании. Вашего коллегу остановили для того чтобы допросить как свидетеля, подчёркиваю, допросить, а не арестовать, и только как свидетеля. Имеем право по закону.

Выдержав небольшую паузу, я продолжил:

– Говорю умышленно казённо-бюрократическим языком, и практически разжёвываю, исключительно для того, чтобы избежать какого-либо расширительного толкования моих слов. Остальное вы слышали от доктора.

– Согласен, пока у меня вопросов нет, – в раздумье произнёс кадровик. – Только вот что дальше делать будем?

– Допрашивать его бесполезно в таком состоянии. Придётся отложить наш разговор до лучших времён. Я думаю, правильнее всего – отвезти домой человека, и сделать так, как рекомендовала врач. Как только он немного придёт в себя, мы обязательно поговорим.

А поговорить с господином Черновским мне ой как хочется! И не только поговорить, но и посмотреть, что интересного есть у него в машине. И сделал бы я это бы я не один, а обязательно вместе с криминалистами. Но санкции нет, а на «нет» и суда нет.

– Доктор ясно сказала, что Олегу Петровичу нельзя садиться за руль, – продолжил я, – человек не в том виде, чтобы ездить по городу на машине. Мало ли что ему в голову придёт?

– С каких пор полиция так заботится о здоровье свидетелей? – небрежно заметил мой собеседник.

– Мы не благотворительная организация, но нам нужен живой и здоровый свидетель, а не очередной виновник ДТП. Частное определение суда по поводу того что «не приняли исчерпывающих мер», мне ни к чему. Ключи от машины у вас? – я повернулся к инспектору ГАИ.

– Нет, мы не стали забирать их, он всё равно бы не отдал добровольно. В рапорте что писать, товарищ капитан?

– Всё как есть, обязательно укажите и данные врача скорой, и характер травмы вашего напарника со слов доктора, и координаты коллеги гражданина Черновского, тому, кто его забирает в целости и сохранности. Чтобы после вопросов не было.

– Ох, и бюрократы же вы, – покачал головой кадровик, – хотя в данном случае я понимаю вас. Надеюсь, расследование будет проведено в полном объёме, без нарушений закона и виновный понесёт наказание. Олегу Петровичу наша компания поможет с организацией похорон. Со своей стороны мы будем наблюдать за ходом следствия и постараемся быть в курсе всех событий.

– Разумеется, в рамках, определённых, законодательством, это ваше право – заметил я.

– Всего наилучшего, – менеджер подчёркнуто официально распрощался, и «десятка» Черновского в сопровождении машины телекомпании, развернувшись на развязке, направилась в город.

Говорит, будто прокурор на суде – «понесёт наказание», «наблюдать за ходом следствия» … наблюдатель… И я надеюсь, что понесёт, и сделаю всё, чтобы это случилось, только сначала найти надо, а потом ещё и поймать. И «раскалывать» придётся, по-всякому. Убийство – это не мелкая кража из гардероба, и сдаваться добровольно вряд ли кто будет. О таких раскаявшихся я ни разу не слышал. Хотя, как знать. Поговорить с Черновским не получилось, а жаль, да и мне пора возвращаться в отдел.

Не успел я расположиться в своём кабинете, ко мне зашёл Палыч.

– Рассказывай, что удалось насобирать, – прямо с порога начал он.

– Может, чаю сначала, а по ходу дела и поговорим? – я достал из стола коробку с пакетиками и щёлкнул кнопкой чайника.

– Не откажусь, ну так что узнал? – Палыч устроился на стуле возле окна.

– На фирме у погибшей вроде бы ничего интересного, хотя надо будет ещё раз туда наведаться. С начальством Черновская жила дружно, так, по крайней мере, сказал директор, с подчинёнными тоже вроде бы конфликтов не было. Что касается её работы – такой вариант полностью исключать я бы не стал, но там у них была недавно аудиторская проверка, которую инициировали конкуренты, и которая ничего не нашла. Так, по крайней мере, говорит директор. Надо будет сделать запрос, и копию справки подошьём в дело. Мало ли как ситуация сложится. И вот ещё что… шеф Черновской обмолвился о том, что у неё в последнее время стали возникать проблемы. Он так и сказал – «будто сглазил кто». Только я в дурной глаз не особенно верю, может, доброжелатель какой завёлся? Хочу посмотреть, что изменилось у них за последние три – четыре месяца. Кто пришёл, кто уволился, что случилось. Там, кстати, наш Мельников в охране работает. Я журнал дежурства смотрел, Черновская в последнее время домой уходила после семи вечера.

– И что?

– Вот я и думаю, Палыч, может ревность? Банальная бытовуха…

– А с её мужем ты встречался? – Гусев размешал сахар в чашке.

– Осечка получилась, немного не успел. Он сцепился с гаишниками, которые остановили его машину. Сначала повёл себя агрессивно, а потом впал в истерику. Патрульные вызвали специализированную бригаду скорой помощи.

– В больницу отправили?

– Нет, пока домой в сопровождении его коллег. Те сразу приехали, как только Черновский им позвонил. Доктор сказала ничего серьёзного сейчас нет, но допрашивать его пока нельзя. Успокоится немного, тогда и поговорим. Но я думаю, что надо бы ещё раз побеседовать с врачом. Сомнения у меня есть, вдруг это спектакль, чтобы время потянуть?

– Конечно, переговори, только аккуратно. Кстати, я звонил в бюро судебно-медицинской экспертизы, результаты почти готовы. Наш криминалист, практически не ошибся. Смерть наступила, между семью и десятью часами вечера. Более точно эксперты скажут дня через два-три. После этого тело отдадут родственникам. Следов изнасилования нет, и есть одно «но». Женщина была на третьем месяце беременности. Саша, при первой же возможности допроси Черновского.

– Сделаем, Палыч.

Сделать-то сделаем, только если бы я знал, чем закончится мой первый допрос журналиста на следующий день…

Утром, как только я переступил порог своего кабинета, вернувшись с планёрки, раздался звонок внутреннего телефона.

– Александр Сергеевич, к вам посетитель, – сказал дежурный.

– Кто?

– Гражданин Черновский Олег Петрович.

– Пропустите, пожалуйста…

Через несколько минут в дверях появился и сам Черновский.

– Проходите, присаживайтесь, одну минуту, – из ящика стола я достал бланк протокола. – Олег Петрович, памятуя нашу вчерашнюю встречу на посту ГАИ и рекомендации доктора ещё раз хочу вас спросить, вы действительно желаете, чтобы наш разговор состоялся и готовы к этому?

– Да, конечно, я сам пришёл, и готов ответить на все ваши вопросы.

Но сказано это было как-то уж больно монотонно, будто передо мной сидел робот в человеческом облике, который просто воспроизводил речь с написанного текста. Хотя это вполне могло быть из-за таблеток, которые ему прописала доктор.

«Неужели явка с повинной?» – промелькнула мысль. Однако то чего мы ждём, часто не совпадает с тем, что потом происходит на самом деле.

– Паспорт с собой?

– Да, конечно, – он протянул мне документ в тёмно-коричневом кожаном переплёте, слегка потёртом на краях.