Чтение онлайн

Я открыла конверт и, достав паспорт, сунула его в сумочку. Конверт протянула обратно Стасу.

— Это твоё. Хозяин сказал, что заработала, — а сам мерзко ухмыляется аж на всю морду.

Тогда я просто разжала свои пальцы и конверт упал на плитку. Несколько купюр вылетели, маленьким ковром мне под ноги.

— Ты чё творишь, сука?! — громыхнул страшный пёс Хозяина. — А ну подбери!

И тут приказной голос главного бандита натянул поводок.

— Стас, пусть едет!

Я подняла глаза. Дмитрий Анатольевич стоял в халате на террасе и курил, наблюдая за нами. Было очень темно, чтобы я могла разглядеть его глаза. Но, вот выражение его лица уже немного смягчилось. Убить меня он точно не хочет. Хозяин сегодня отпускает свою бесценную шлюху. В этом городе ему и так всё принадлежит. И как не смешно это звучит, но теперь и я вхожу в число личных вещей Хозяина.

А где-то в глубине души что-то подсказывало мне — он так просто не отпустит. Когда-нибудь мне придётся назвать свою цену…

Мама часто читала мне перед сном. Самой любимой её книжкой была «Золушка». Мама с таким упоением читала эту сказку, что казалось она пересказывает свою жизнь. Ту жизнь, которой мама жила до встречи с отцом. Тяжёлая работа, папаша размазня, злая мачеха и две уродливые сводные сестры. И вот в один прекрасный день мою маму заметил богатый мужчина (мой будущий отец). Одним взмахом толстого кошелька с кредитками он превратил жизнь очередной Золушки из народа в сказку. И жили они долго и счастливо.

Хм… Не долго и совсем не счастливо. Ведь реальная жизнь далека от канонов сказки. Да и я уже к годам девяти стала сомневаться, что живу в счастливой семье. И во всём виновата эта чёртова «Золушка»! Эта сказка искажает представление девочек о женском счастье. Да, да, да и ещё раз ДА! Именно о женском счастье! Программируя нас выйти замуж и непременно за богатого принца. Бинго! Поймала бога за яйца! Муж миллионер — это ли не счастье для современной девушки?

Моя мама так верила в эту сказку, что потратила все силы на воплощение её в реальность. А в итоге разочаровалась. И это разочарование съело её изнутри.

А ещё я…

Почему-то я долгое время считала себя виноватой в маминой болезни. Я ведь тоже разочаровала её.

Мне было одиннадцать лет, когда мама в последний раз читала мне «Золушку». Помню её бледное лицо и наполненные грустью глаза, но всё ещё теплую улыбку. Ночью она пришла ко мне в комнату с огромной книжкой со сказками. Включив светильник, села на краюшек кровати и сказала:

— Я почитаю тебе, доченька.

То был не вопрос и даже не просьба. Так мама хотела отвлечься от проблем. За час до этого я слышала как они ругались с отцом. Может, я и была по меркам взрослых ещё ребёнком, но уже отлично понимала из-за чего они снова поссорились. Отец ей изменил. В сто тысячный раз, наверное. Он никогда не был верен маме.

Мама кричала, а я стояла за дверью и вздрагивала каждый раз, когда её крик срывался, начиная походить на хрип.

— И это сейчас?! Ты изменяешь мне сейчас?! Как ты можешь?! Как, скажи?! Сейчас, когда мне нужна твоя помощь и поддержка?! Гоша, я же любила тебя, — мамин голос стал еле слышен. И совсем тихо. — Люблю.

Молчание. И снова голос, но уже отца. Грубый и уверенный, как всегда.

— Чего ты хочешь от меня? Я и так дал тебе всё о чём только может мечтать женщина. Деньги, дома, квартиры, машины, побрякушки, тряпки. Ты ни в чём не нуждаешься. И сейчас у тебя лучшие врачи. Клиники. Всё! — он повысил голос, будто этим «всё» ставил жирную точку в перечислении своих вкладов в семейную копилку отношений. — Тебе мало?! Что ещё надо?!

Снова тишина. И только всхлипывания мамы нарушают её.

— Ты дал мне всё, — сквозь слёзы заговорила она, — но забыл о любви. Гоша, я же выходила не за деньги, а за тебя.

— Легко любить того, кто платит, — буркнул отец, и зашагал к дверям ведущим на улицу.

— Я тебя любила! — крикнула мама в упрёк уходящему отцу. А потом уже сама себе еле слышно сказала. — И любила бы даже нищего.

Входная дверь громко хлопнула. Отец ушёл раздражённый. В открытое окно влетел звук заводящейся машины. В ту ночь он поехал к своей любовнице без водителя. А мама, сидя на ступеньках лестницы, горько плакала, проклиная своего мужа и его очередную шлюху.

«Золушку»… она читала мне эту сказку в ту ночь. Читала, с трудом сдерживая рыдания. Но слёзы всё равно капали и капали на красочные страницы книги. Там ведь было всё так прекрасно и любовь, которой маме хватало в жизни.

Я не выдержала и, подорвавшись с постели, громко со злостью обиженного ребёнка сказала:

— Это глупая сказка!

— Почему? — растерялась мама, быстренько вытирая слёзы ладонями.

— Потому что в ней всё ложь! — боль из-за ссор родителей просто душила меня, и ещё обида.

Их бесконечная ругня заставляла меня чувствовать вину. Мама смотрела на меня и плакала, но улыбалась. Отец, вообще, прятал свои глаза, предпочитая отмолчаться или откупиться от меня игрушкой. И я, как все дети, списывала проблемы в семье на свой счёт. Отец полюбил другую женщину, но вынужден жить с мамой, потому что есть я. Мама ушла бы от отца, но не может, опять причина я. И как доказательство: они про меня совсем забыли. Вот как работает детская логика. А всё было до банальности просто. Отец не смотрел мне в глаза: было стыдно. Он открыто изменял своей больной жене. Мама плакала… она знала, что не сможет победить рак. И очень скоро мама станет для меня лишь воспоминанием. Вот поэтому она ещё и улыбалась. Хотела остаться в моей памяти красивой… улыбчивой… и родной. А ещё хотела сохранить для меня иллюзию семейного счастья. Будто у них с отцом всё хорошо. Жаль мама не знала, как тонки стены в их песочном замке. И болтлива прислуга…

— Почему ложь? — еле слышный голос мамы.

— Ложь, что принц влюбился в Золушку с первого взгляда! — закричала я. — Ложь! Пока Золушка была одета в тряпьё, принцу до неё дела не было! И вряд ли её на бал пустили бы! Но стоило Золушке приодеться, приехать в карете, да ещё в хрустальных туфельках от самой феи-крестной, так он тут же её заметил! Мама, он влюбился обёртку, в фантик, а не в саму Золушку! И почему в сказках нет продолжения, как жили после свадьбы все эти благородные принцы и их нищие Золушки?! — вопила я, слёзы матери меня не останавливали. — Я ненавижу сказки! Ненавижу! Там сплошная ложь! Зачем их придумали?!

— Без них наша жизнь станет серой и унылой.

— Я ненавижу твои сказки, мама! И что?! Где серость?! Где унылость?! Шторы сиреневые! Мишка розовый! Луна белая! Я вижу цвета! И не верю в твои сказки!

— Когда-нибудь ты меня поймёшь, — со вздохом прошептала мама, снова вытерла слёзы и, закрыв книгу, положила её на прикроватный столик.

А когда уходила, обернувшись в дверях, сказала:

— Без веры в прекрасное серость на душе, девочка моя.

Эта была последняя ночь, когда мама читала мне книгу. Утром она поцеловала меня на прощание и наш водитель увёз её в аэропорт. Больше я маму дома не видела. Нет, конечно же, она меня не бросила и не ушла от отца. Мама звонила по Скайпу, так часто как могла. Она улыбалась, говорила, что когда выздоровеет сразу же приедет домой. Приедет ко мне. Только пейзаж за её спиной совсем не менялся. Белые больничные стены. Медработники в таких же белых халатах. А мамина улыбка всё печальнее и печальнее. Ещё этот платок на её голове. Мама говорила: всё хорошо, просто она сменила имидж. Короткие стрижки в моде. Короткие, но не лысые. А потом мама стала звонить только по телефону и с каждым таким звонком её голос терялся в тишине. Нет, даже не терялся. Он растворялся в её срывающимся дыхании.

Я просила маму приехать. Она отвечала: «Потерпи, милая, я скоро приеду». Умоляла отца отвезти меня к ней, а он говорил: «Маме сейчас нужно больше отдыхать. Когда ей станет лучше мы вместе поедем к ней». Время шло, но маме не становилось лучше. Только хуже, хуже и хуже. Я понимала это по её голосу. Она говорила так, будто каждое слово давалось с трудом, а с каждым произнесенным звуком, даже с дыханием, улетает её жизнь.

Её последний звонок разбудил меня среди ночи. Я ждала несколько дней когда мама позвонит. И вот ночь… она звонит. Хватаю мобильный, прижимаю к уху.