Чтение онлайн

— Вы не правы. — Взгляд девушки стал колючим. — Если подводное плавание настолько бессмысленное занятие, как вы говорите, почему же столько людей посвящают ему свою жизнь в прямом и переносном смысле?

— Ну, назовите хотя бы одну причину. И если эта причина меня убедит, то тогда я, может быть, нырну под воду.

Он не красовался и не дразнил девушку, он действительно так считал. Уверенность в том, что поступки людей должны иметь какой-то смысл, была его отличительной чертой. Роберт был слишком занят своей работой, чтобы находить время для подобных бессмысленных занятий. Он не понимал людей, отдающих своему хобби все свободное время и силы. Хобби, по его мнению, заводят для себя те, кто не смог реализоваться в жизни. Успешному человеку не требуется замена жизни какими-то сомнительными увлечениями. А если эти увлечения были сопряжены с риском для жизни, а подводное плавание он к таким и относил, то это вообще выходило за рамки его понимания. Экстрима Роберту хватало и на работе. Одно ночное дежурство давало столько адреналина, что других раздражителей не требовалось.

— Причину? — хмыкнула девушка. — Уходить на глубину стоит хотя бы ради того, чтобы проверить себя, узнать, кто ты на самом деле.

— Ага, — скептически перебил девушку Роберт. — Узнать, насколько ты смел и отважен.

— Нет, не только это, — покачала она головой. — Смелость и отвага тут ни при чем. Хотя и это тоже. Но я говорю о другом. Если ты подлый человек, то глубина тебя не примет. Вот на это и стоит себя проверять.

— Так вы хотите сказать, что все те, кто сейчас уплыл на катере, — Роберт мотнул головой в сторону океана, — порядочные люди и подлость в них полностью отсутствует? Где же вы таких находите? И как производите отбор? С удовольствием проверил бы себя на процент содержания подлости.

— Я ничего не знаю о тех людях, — серьезно сказала девушка. — Они просто заплатили за то, чтобы полюбоваться на подводные рифы.

— Тогда я не понимаю вас! — воскликнул Роберт. — Вы то говорите, что не каждому дано нырять, то утверждаете, что за деньги возможно все!

Он с опаской посмотрел на девушку. Может, она ненормальная? Психологи считают, что жизнь в замкнутом пространстве (а острова, оторванные от Большой земли, можно считать таковым) пагубно влияет на психику. Нет, с ней вроде все нормально, и взгляд разумный, и речь связная.

— Это просто интересующиеся. — Она пожала плечами. — И к дайверам никакого отношения не имеют. А я говорю о них, о профессиональных ныряльщиках.

Дайверы… Ах, вот в чем дело! Роберт слышал об этих сумасшедших, рискующих не только своим здоровьем, но и жизнями ради сомнительного удовольствия провести несколько минут под водой.

— Так вы дайвер? — недоверчиво спросил Роберт, с сомнением окинув взглядом щуплую фигурку своей собеседницы.

Не такими, по его мнению, должны быть люди, дружащие с глубиной. В ней сто пятнадцать фунтов, не больше. Ее вода просто раздавит.

— Скорее фридайвер, — поправила она.

— И какая разница? — Роберт совершенно не разбирался в этих тонкостях.

— Дайверы уходят на глубину со специальным оборудованием, мы — без, только ласты, маска и зажим для носа, — с расстановкой, как учительница, объясняющая ученикам младших классов решение задачки, сказала девушка.

— Это же опасно, — выдохнул Роберт, заворожено глядя на нее.

— Об этом нельзя думать, глубина принимает только равных себе. Она не прощает слабости.

— И как глубоко вы ныряете?

— Мой рекорд сто сорок семь футов, — вскинув голову, ответила она.

У Роберта защекотало в носу. Сто сорок семь футов… Он попытался представить себе это расстояние, переводя в более привычные ассоциации. Это ж высота пятнадцатиэтажного дома! Какая же масса воды давит на это худенькое девичье тело! Даже страшно представить.

— Хочу достигнуть ста шестидесяти, — видя его удивление, добавила девушка. Потом она взглянула на часы. — Простите, мне нужно идти. У меня скоро начнется занятие со следующей группой.

Дурак! — вскричал про себя Роберт. Иначе он себя и назвать не мог. Потратил столько времени на пустые разговоры и не узнал даже, как ее зовут.

— А что вы сегодня после работы делаете? — спросил Роберт и осекся.

Девушка так взглянула на него, что он готов был сквозь землю провалиться. Его вопрос, на первый взгляд абсолютно невинный, вдруг показался ему самому совершенно неприличным. Будто он попросил ее исполнить стриптиз.

— Вечером я занята, — категорично ответила она.

— Тогда я приду сюда завтра.

— Приходите, этого я вам запретить не могу, — пожала плечами девушка. — Прощайте!

Девушка развернулась, и Роберт, набрав в легкие воздуху, крикнул ей вслед:

— Скажите, хоть как вас зовут!

Она остановилась, оглянулась и, улыбнувшись, ответила:

— Дайана.

А потом быстро пошла к неподалеку расположенному дому, даже скорее деревянному сарайчику, на котором Роберт прочитал вывеску "Дайвинг-клуб".

— Да… — пробормотал Роберт и дотронулся рукой до лба. — Ты, дорогой друг, совершенно разучился знакомиться с девушками.

Он знал, что завтра обязательно придет сюда опять, а за оставшееся время постарается вспомнить, как нормальные мужчины знакомятся с девушками. Завтра уж он точно постарается не выставить себя таким чурбаном. Ему очень хотелось узнать Дайану поближе. Она ему, несмотря на ее холодность и странность в некоторых рассуждениях, определенно нравилась. Он обязательно постарается понравиться ей тоже.

Роберт очень удивился бы, если бы узнал, что Дайана в этот вечер тоже вспоминала его. Правда, не совсем в том контексте, в котором ему, наверное, хотелось бы. Но все-таки…

Дайана и Джек сидели на полу, разложив вокруг себя географические карты архипелага. За стеной слышалась монотонная речь — дед по обыкновению смотрел вечерние новости. С тех пор как он из-за болезни стал редко выходить из дома, новостные передачи представлялись ему единственным связующим с внешним миром звеном. От внучки никакой пользы не было, она ему ничего не рассказывала. Дайану абсолютно не интересовали события, происходящие в мире, она словно не знала, что жизнь существует и за пределами острова. Приходилось следить за событиями самому. Хоть какая-то иллюзия причастности к большой жизни.

Дайана вначале подшучивала над дедовым увлечением новостями, но, заметив, что тот обижается на нее, заняла нейтральную позицию: тебе интересно — смотри свои новости, но мне ими голову не забивай. Дед злился — ему не с кем было обсудить взволновавшие его события. Поэтому он и полюбил посещения Зака Найта. Вот с ним можно было поговорить о жизни, обсудить дела в мире, высказать свою точку зрения. В свете нынешних событий, видя страдания Дайаны, Бен решил, что приходы Зака стали нежелательными. Старик не понимал, что за цели преследует Зак, и от этого нервничал.