Если бы ты знал...
Шрифт:
«Я ближе, чем ты думаешь»
Онемев, я сажусь, записка все еще в моей руке. Мне нужно время, чтобы успокоиться. Кто это делает? Чья эта глупая шутка? Мне становится страшно от того, что какой-то псих знает номер моей квартиры и в любой момент может сюда заявиться. Я никому не переходила дорогу, не желала зла. Может, это шутки каких-нибудь тинейджеров, которые называют номер незнакомой квартиры в попытке разыграть хозяев? Заставляю свой мозг в это поверить, иначе я просто сойду с ума.
На вечеринку решаю надеть темно-синее атласное платье на бретельках, доходящее до середины бедра. На ногах – черные открытые шпильки. Длинные волосы предусмотрительно собираю в высокий конский хвост. Если Танака хочет со мной познакомиться, я просто поприветствую его, поговорю с ним о культуре Японии и с таким же успехом вернусь домой.
«Эндрю прилетел в Лос-Анджелес. Не терпится вас познакомить» – приходит сообщение от Кристен в тот момент, когда мое такси въезжает на одну из самых богатых улиц города. Вчера должен был прилететь парень моей подруги, чтобы познакомиться с родителями Кристен.
«Буду рада увидеть человека, о котором ты говоришь без умолку»
«Да брось. Он тебе понравится. Я его обожаю» – отвечает подруга, и я выключаю телефон.
– Мы приехали, – сказал водитель спустя секунду.
На улице высились пальмы и стеклянные высотки. Каждый дом занимал не меньше половины квартала. Мне становилось все страшнее. К моему удивлению, из здания ночного клуба не доносилась грохочущая музыка, все было спокойно. Не как во многих клубах Луизианы, где у самых дверей стояли байкеры или дилеры, толкающие дурь.
Я расплатилась за такси и медленно подошла к главному входу. Возле дверей стояли два огромных телохранителя, одетых как пингвины. Я заметно занервничала. Вдруг это все глупая шутка Клайма, я подойду к этим вышибалам, назову свое имя, окажется, что меня нет в списке приглашенных, а сам Бейкер сейчас сидит в одной из этих дорогих тачек и снимает мой позор на камеру.
Отношение Клайма доводит меня до паранойи.
Когда я приблизилась к охранникам, меня окликнул Тим, который внезапно подошел со спины.
– Прекрасно выглядишь, – на его лице отразилась знакомая улыбка, а глаза сначала обвели мои оголенные ноги, прошлись быстро по талии и задержались на шее. – Я рад, что ты здесь.
– Зато я не рада быть здесь, – я издала тяжелый вздох и уставилась на высокого парня в костюме.
– Тим Райт и Рита Хайс, посмотрите списки, – Тим обратился к одному из охранников и после того, как тот парень проверил свой блокнот, нас спокойно пропустили внутрь. Мы шли по зеркальному коридору и я четко ощущала руку Тима на своей пояснице.
Когда мы вошли в главный зал, все было также, как и в обычным клубах, только без голых девиц на шестах и пьяных лиц посетителей, все было вполне адекватно.
– Объяснишь мне, что за странное место для деловых встреч? – мне пришлось кричать на ухо Тиму, чтобы он смог меня услышать.
– На этом месте настоял Танака. Он весьма… специфичный человек, – парню пришлось прижаться ко мне всем телом, чтобы ответить на вопрос. Мне нравился Тим, он был приятным парнем, постоянно улыбался и хорошо ко мне относился. От него пахло ментолом, и сегодня Тим был одет в голубую свободную рубашку и белые брюки. Ему очень шел этот образ.
Мы прошли к небольшой комнате, отделенной от танцпола ширмами и за круглым столом я увидела азиатского мужчину средних лет, имя которого было Йоши Танака. Тим пожал мужчине руку и опустился напротив японца, а я, в свою очередь, села рядом с ним.
– Здравствуйте, мистер Танака, я Рита Хайс.
Мужчина продолжал улыбаться, отчего его глаза стали, словно узкие щелочки и начал кивать головой. Я негодующе посмотрела на Тима, который лишь вновь сверкнул своей белоснежной улыбкой. Должно быть, Йоши не знает наш язык, а я никогда не была лингвистом.
– Ты знаешь японский язык? Можешь представить меня мистеру Танака? – я обратилась к Тиму, но тот лишь подмигнул мне. Что с ним такое?
– Приятно познакомиться, Богиня! – внезапно раздался высокий мужской голос и я обернулась. Танака протягивал мне руку и только что заговорил со мной на прекрасном английском.
Я смущенно протянула мужчине руку, тот взял мою ладонь в свою и едва заметно коснулся ее губами.
– Я видел ваше творение на стене и счел своим долгом познакомиться с Богиней живописи.
– Вы мне льстите, – я почувствовала, как мои щеки залились краской. – Я всего лишь выполняла свою работу.
В нашу комнатку вошел официант и без всяких слов поставил на стол кальян и огромную чашу с голубой жидкостью, кусочками лайма и большим количеством льда.
– Это Лонг-Айленд, – сказал Тим и потянулся к красной соломинке. Йоши сделал то же самое, а я продолжала сидеть и смотреть на мужчин. Внезапно глаза мистера Танака выжидающе остановились на мне, и Тим едва слышно прошептал мне на ухо: – Йоши ждет тебя. Ты должна пить, чтобы получить его расположение.
Я быстро кивнула и, смягчив свою секундную задержку улыбкой, взяла в пальцы соломинку. Этот бидон с коктейлем был просто огромный даже для нас троих, поэтому много выпить нам не удалось.
– Мистер Танака, я хотел обсудить с вами годовую прибыль нашей компании за прошлый год, – начал говорить Тим, но японец его перебил:
– Летс гоу!
Мы вновь начали пить этот коктейль, и уже вскоре я почувствовала покалывание в пальцах и туман в голове.
– Клайм не придет? – я наклонилась к Тиму. Бейкера действительно нигде не было, хотя мы были в этом клубе уже целый час.
– Они скоро придут.
Они? Кто они? Мне хотелось расспросить обо всем Тима, но мистер Танака решил обговорить с парнем некоторые деловые моменты, а я не стала вникать в мужской разговор.
От выпитого алкоголя мне стало жарко и я собиралась выйти в дамскую комнату. Я уже взяла сумочку в руки и хотела встать, как внезапно к нашему столику подошли две фигуры. Подняв глаза, я увидела Клайма, такого же идеального и равнодушного, за руку с девушкой…
Я замерла на диване и забыла, как дышать. Его спутница была невероятно красивой: смуглая кожа и длинные темные волосы на пару тонов светлее моих, длинные загорелые ноги, узкая талия и модельная внешность. На ней было красное платье, которое идеально подчеркивало ее фигуру. Девушка улыбнулась и прижалась к Бейкеру. В ней не было ничего отталкивающего, скорее наоборот, ее искренняя улыбка располагала к себе.