Если бы я был Богом
Шрифт:
— Дитер, может у вас есть какие-то вопросы ко мне, как к представителю 7-го канала? — спросил Бакстер после поцелуя.
— Да нет, никаких вопросов, — задумчиво ответил Болен. — Хотя… Да, есть один. Скажи, а зачем ты попросил меня назвать этого Брюса гавриком?
— ЧТО?! — взвизгнул Брюс, аж подскочив на месте.
— Да, просто это его настоящее имя, — улыбнулся Эван.
— Настоящее имя? — музыкант расхохотался. — Ты не шутишь? Его же зовут Брюс.
— Это он по паспорту Брюс. А по сути — гав…
Не выдержав, Брюс стукнул кулаком по столу и экран тут же погас.
— Мы продолжим разговор о «Голубой лагуне» через секунду! — гаркнул он. — А сейчас новости!
Но в этот момент свет во всей студии опять погас.
— Да что там опять такое? — воскликнул Джек Хиннерман. — Почините уже эту проводку!
— Дать свет! — рявкнул Брюс и хлопнул в ладоши, после чего свет появился. — И новости!
— На связи Фрэд Колман! — поспешно перебил Фрэнк Ноллана.
Тут же на экране появился журналист, стоящий посреди носящихся туда-сюда людей.
— Город Баффало сошёл с ума! — прокричал он, стараясь перекрыть толпу. — Сотни жителей, недовольных результатами лотереи, устроили бунт и массовые беспорядки. Полиция не справляется!
Тут же на заднем плане послышались взрывы и звон разбитого стекла.
Увидев всю эту картину, Брюс побледнел. «Боже мой, что я наделал!» — подумал он с ужасом. Его сердце начало колотиться так, будто в груди заперли целый оркестр.
— Фрэнк, флаг тебе в руки, — сказал он, хлопнув друга по плечу. — А мне нужно идти. У меня несварение.
— Эй, стой! — воскликнул Джек Хиннерман, но парня уже и след простыл.
Выбежав из студии, Брюс увидел, как множество людей с криками и разными плакатами бегают по улице и крушат здания, бьют стёкла, грабят магазины. Самый большой урон наносился лотерейному зданию. В воздухе витал запах гари и дыма.
— Лотерея — дерьмо!!! — прокричал какой-то парень и швырнул камень в стекло. — Я выиграл только 17 баксов!!!
Взгляд телеведущего упал на того самого бомжа с картонкой. Он стоял и, хмуро смотрел на Брюса, а надпись на картонке гласила: ТВОЁ ЦАРСТВИЕ ПРИШЛО. И почему-то после того, как он это прочёл, его охватила ужасная паника. Он тотчас же позабыл о всех своих силах и способностях Бога, о власти и могуществе, о том, что он может всё исправить лишь одним щелчком пальца…
— Гоооосподииии!!!—заорал парень, не вынеся хауса, царившего вокруг.
Тут он оказался в том самом белом зале, где первый раз встретил Бога. Но сейчас атмосфера здесь была полутёмной. Отверстие с лестницей были на своих местах.
— Бог! — Ноллан подбежал к лестнице. —Ты здесь? Мне нужна помощь!
Никакого ответа не было. Тогда он поднялся по лестнице на несколько ступенек.
— Эй! Как там это… хлоп-топ! — Брюс хлопнул в ладоши. — Правильно? Хлоп-топ! Хлоп-топ, вот тебе в лоб!
Тут же на его лоб падает лампочка, отчего парень с криком падает с лестницы.
— Вообще-то «хлоп-хлоп, вот тебе в лоб» Я просто приводил в пример, — послышался знакомый низкий чуть хриплый голос.
Брюс поднял голову. В нескольких шагах от него стоял Бог и мыл пол.
— Вообще-то я пытался заговорить с Тобой, — пробурчал парень, вставая с пола.
— Чтобы со Мной говорить, сынок, не нужно орать какие-то заклинания. И в принципе орать, — тут Он почесал пальцем ухо. — Я и так слышу тебя. Даже, когда ты не обращаешься ко Мне.
Мужчина опёрся на швабру и улыбнулся.
— Не всё так легко, как кажется, да, Брюс? Таков Божий промысел.
Отряхнув одежду, парень беспомощно развёл руками.
— Всё вышло из под контроля. Я не знаю, как так получилось. Что мне делать?
— Ты как раз во время, — произнёс Бог. — Уже 7 часов.
Брюс поднял руку и посмотрел на часы. «Я буду свободен 7-го числа в семь» — вспомнил он свои слова. Мужчина подошёл к нему и протянул вторую швабру.
Несмотря на то, что помещение было большим, Бог и Брюс управились за полчаса.
— Ну, вот и всё, — выдохнул Ноллан оперевшись рукой на швабру.
— Да, — удовлетворённо кивнул Бог, пробежавшись взглядом по чистому полу. — Даже если что-то сильно загрязнилось, ты всегда это сможешь очистить.
Сказав это, Он взял у парня швабру.
— Как же так? Я дал им всё, что они хотели, все желания исполнил — расстроено произнёс Брюс. — Это же чудо.
— Чудо, — мужчина усмехнулся. — Брюс, раздвигание супа руками это не чудо, а трюк. Чудо — это когда мать-одиночка, работает на трёх работах, и при этом находит время сводить своего сына на тренировку по футболу. Когда парень говорит «нет» наркотикам и «да» учёбе. Когда человек не просит у Бога больше, а говорит «спасибо» за то, что имеет.
На этих словах парень опустил голову.
— Ну, допустим. Но я не понимаю: почему, когда я исполнил все желания людей, что бы они не попросили, наступил хаос. А когда Ты исполнял не все желания людей, в мире царили гармония и порядок? Тут что, нужно как-то по-другому исполнять желания?
Бог улыбнулся и, положив парню руку на плечо, посмотрел ему в глаза.
— Как ты думаешь, Брюс, когда человек просит у Бога храбрости, он получает чувство бесстрашия? Или возможность эту храбрость проявить? Когда люди просят Бога о счастливой семье, ты думаешь, Он обрушивает на них потоки радости и счастья? Или возможность им доказать свою любовь? Все вы не понимаете, что у вас самих есть сила. Если хочешь сделать чудо — будь чудом.
После этого в отверстии у лестницы загорелся свет. Мужчина подошёл и начал забираться наверх.
— Эй! — встрепенулся Брюс, подбежав к лестнице. — Ты что, уходишь?
— Я надеюсь, теперь ты справишься сам, — ответил Он.
— А если у меня возникнут новые вопросы?
— А это твои проблемы, — отозвался Бог откуда-то сверху. — Это общечеловеческие проблемы.
Свет погас. «Вечно этот Бог самое тяжёлое перекладывает на меня, —подумал Брюс, слезая с лестницы. — Не может нормально сказать, что делать».
На него из отверстия упала ещё одна лампочка.
— Ладно, ладно! — прокричал Брюс. — Молчу.
После этого он телепортировался к себе в квартиру.
Глава 20
Эта ночь была ясной и тёплой. На небе не было ни одной тучи, полная луна светила как бледное солнце. Из-за этого света даже звёзды искрились менее ярко. А порой, казалось, что они вообще гаснут из-за стыда, что не могут так же ярко светить. Взглянешь на небо, и сразу становится понятно — луна королева этой ночи.