Если бы знать
Шрифт:
– Рори.
– Ну да, Он, кажется, в интернате для инвалидов?
– Правильно.
– Объясни мне, Ник, – заговорила Марла, – почему у меня такое чувство, что все вокруг избегают разговоров о моем брате? Как будто что-то от меня скрывают.
Ник задумался, плотно сжав губы. Знает. Это Марла поняла по его глазам.
– Черт побери, Ник! – взорвалась она. – Объясни, в чем дело! Я имею право знать!
Он подошел к окну, нерешительно провел пальцами по волосам.
– Да, думаю, ты вправе знать.
– Естественно, черт возьми!
Ник взглянул на нее через плечо – и Марла вмиг поняла, что сейчас услышит нечто по меньшей мере неприятное. Еще одна темная тайна прошлого.
– Это произошло много лет назад. Тебе тогда было года четыре, а твоему брату и двух не было. Ваша мать куда-то собралась с вами обоими: усадила вас в машину, пристегнула к детским сиденьям, а сама зачем-то вернулась в дом. Очевидно, ты расстегнула ремень брата, и он выбрался из машины. Виктория, вернувшись, не заметила, что его нет: она дала задний ход – и наехала на Рори, который сидел на земле, должно быть, рассматривая муравья или какой-нибудь камешек.
– Нет! – воскликнула Марла, поднеся руку ко рту. Внутри у нее все содрогнулось.
– Он не умер; но мозгу был нанесен непоправимый ущерб. Доктора спасли ему жизнь, но больше ничего сделать не смогли.
Марле казалось, что в сердце ей вонзили нож и медленно поворачивают в ране.
– Я и не подозревала. – прошептала она, судорожно обшаривая потаенные закоулки сознания в поисках воспоминаний. Но не вспоминалось ничего, и в первый раз Марла подумала, что в беспамятстве есть свои положительные стороны.
– Ты сама была совсем ребенком.
– А родители... они винили меня? Ник пожал плечами.
– На этот вопрос можешь ответить только ты сама.
– Нет. Есть еще один человек. Отец. – Она поднялась с места. – И мне пора с ним встретиться.
Эта мысль придала ей силы. Вспомнились ключи в кармане – наверняка какой-нибудь из них подходит к зажиганию одной из машин! Впрочем, подумав, Марла решила не рисковать. Прежде всего ей надо проникнуть в кабинет Алекса.
– Хочешь, я тебя отвезу?
– Спасибо, – с чувством ответила она.
«Надо будет сделать дубликаты ключей.» – подумала Марла, накидывая пальто и доставая из шкафа сумочку. И вдруг новая мысль поразила ее, словно удар молнии.
Как заказать дубликаты? У нее же нет ни гроша. Ни чековой книжки. Ни кредитной карточки. Ни какого-нибудь удостоверения личности. Ни денег. Ни документов. Ни машины. Ни памяти.
Как будто и нет на свете никакой Марлы Кейхилл.
Глава 14
– Халат Сантьяго выловили из Залива, – доложила Дженет Квинн, просунув голову в кабинет Патерно. Из-за ее спины раздавались нескончаемые телефонные звонки, стрекотание факсов и жужжание множества голосов. – Идентификационная табличка на месте, хотя распознать ее трудновато. Кто-то потушил о фотографию сигарету. Ну и вода, конечно, сделала свое дело.
Войдя, она положила на стол перед Патерно два машинописных листа.
– Вот рапорт. Если хочешь взглянуть – все в отделе вещдоков.
– Отпечатки? – без особой надежды поинтересовался Патерно. Кто бы ни затеял эту неразбериху, думал детектив, этот человек хитер и не позволит себе примитивно попасться на отпечатках пальцев.
– Только самого Сантьяго. – Она плюхнулась в кресло.
– Ясно. – Языком он перебросил безвкусную жвачку за щеку. – А я сегодня разговаривал с Крейном Делакруа.
– И как, что-нибудь прояснилось?
– Он был не очень-то разговорчив. Насколько я понял, собирается подавать на Кейхиллов в суд. Не знаю уж, что у него получится, – у этой семейки к правосудию свои подходы. Для бывшей жены он нашел не слишком много добрых слов. Говорит, она забивала дочери голову всякой ерундой и, мол, из-за этого девочка бросила учебу. Еще рассказал, что незадолго до смерти Памела поделилась с ним своими планами: скоро, мол, получит кучу денег. Он спросил, откуда; она смутилась, пробормотала, что пишет книгу, в общем, явно пожалела, что проговорилась. Впрочем, сам он считает, что никаких определенных планов у нее не было – так, воздушные замки.
– А ты как думаешь? – спросила Дженет.
– Она действительно писала книгу.
Когда Дженет спросила, откуда у него такая информация, Патерно только загадочно улыбнулся:
– Лучше не спрашивай!
– Черт возьми, Патерно, что ты затеял? Он отмахнулся.
– Давай-ка лучше возьмем ордер на обыск ее дома и покопаемся в компьютере. Может, что и найдем.
– Так что же ты сделал? – Дженет не спускала с него подозрительного взгляда.
– Ты уверена, что хочешь знать?
– Черт побери, Патерно, ты опять взялся за свое! Если попадешься, завалишь все дело!
– Не попадусь.
Дженет достала из кармана блокнот, взяла из стакана на столике карандаш и что-то для себя черкнула.
– Займусь ордером. Бывший муж Памелы что-нибудь еще сказал?
– Ничего особенного. Когда я спросил о дочери, он ответил, что они не общаются и последний раз виделись на похоронах Пэм. Она замужем и живет где-то в Доли-не – то ли в Напе, то ли в Санта-Розе. На редкость заботливый папаша – ни адреса дочери, ни телефона. Только имя. Джули Джонсон. Мужа зовут Роберт, но Крейн его никогда не видел. – Патерно поднял усталый взгляд. – Давай найдем эту Джули и посмотрим, что она скажет.
– Джули Джонсон – очень распространенное имя.
– А Джули Делакруа Джонсон – нет. И потом, я добыл номер ее социальной страховки. Посмотри в Интернете, проверь записи о регистрации браков. – Откинувшись в кресле, он взорвал приготовленную бомбу: – Видишь ли, Джули Джонсон – так звали девушку, которая пыталась выдвинуть обвинение против Кейхиллов.
– Что? – переспросила Дженет.
– Что слышала. То же имя. Правда, в Кейхилл-хаус девушка поступила как незамужняя. Может быть, просто совпадение.
– Черта с два!
– Мне думается, – заговорил Патерно, – что именно дочка Памелы Делакруа залетела, оказалась в Кейхилл-хаусе и стала жертвой любвеобильного священника или, вполне возможно, выдумала эту историю, чтобы содрать с Кейхиллов компенсацию. Мне нужно знать, что произошло с ней дальше.
– Выясню, – пообещала Дженет. – Что-нибудь еще?
– Да. Звонила Марла Кейхилл. Говорит, к ней возвращается память. Не вся – так, обрывками. Она по-прежнему не знает, что связывало ее с Памелой Делакруа и куда они ехали вместе, однако вспомнила саму аварию. Говорит, что видела кого-то на дороге. И этот человек светился, по ее собственным словам, как фейерверк в день Четвертого июля. Чтобы его объехать, она свернула в одну сторону, а Биггс на грузовике – в другую.