Чтение онлайн

Лейф невольно содрогнулся.

– И сможет его остановить лишь тот, кто решится добровольно отдать свою жизнь ради спасения мироздания.

– Какая-то жутковатая легенда, – Лейф натянуто рассмеялся. И они рассказывают такие сказочки своим детям? Миролюбивые, скромные, незлобивые ликтиане? Вот уж точно, в тихом омуте...

– Разумеется, это всего лишь страшилки для ребятни, – отмахнулся его собеседник со снисходительной улыбкой. – Без какого-либо научного обоснования. Как может одно-единственное существо стать причиной столь фатальных катаклизмов? Это нелогично и абсурдно... Арикава, не убегай далеко!

Лейф замер, пронзённый внезапной догадкой.

– Но ведь то, что сейчас происходит в Юнивёрсе, – прошептал он, – очень подходит под сказанное в легенде. Как там... "всё рассыплется в пыль"? Так это же и есть аннигиляция!

Ликтианин не понял ни слова: от волнения Лейф перешёл на родной язык, сам не заметив этого.

– Выходит, ваши предки знали обо всем миллионы лет назад... – Мальчик задрал голову, к прозрачно-чистому небу Ликтиса, и застыл в оцепенении. Потому что увидел.

То, что изначально он принял за иллюзию, обман зрения, теперь он видел отчетливо и ясно.

Небо, незыблемое и вечное, больше не выглядело таковым. По нему бежали трещины – словно небесная твердь была вовсе не метафорой, словно над ними и впрямь находился купол, хрупкий и ломкий, и теперь кто-то разбивал его, рушил, безжалостно сминая шёлковую гладь исполинской рукой, тряся, круша и ломая. Небо двигалось, текло, расслаивалось на пласты, как раздираемый на кусочки слоёный торт. Это выглядело одновременно чудовищно и одиозно.

– В-вы... видите? – выдавил Лейф, с трудом совладав с голосом.

– Что именно? – невозмутимо осведомился ликтианин. Его воспитанник радостно агукнул.

– Там... – Лейф указал рукой вверх. – Что это? Разве это... нормально?

Он и сам знал ответ: это ненормально. Этого не должно быть.

Но это происходило.

Осознание нахлынуло с такой силой, что юный принц едва устоял на ногах. Это – начало конца. Первые предвестники надвигающейся катастрофы. Процесс аннигиляции запущен – а значит, Ликтис обречён.

Бежать, спасаться!..

Но... как же они?

Лейф посмотрел на безмятежно улыбающегося ликтианина, на его воспитанника Арикаву, с заливистым смехом гоняющегося за толстыми мохнатыми мотыльками.

– Мне кажется, легенды не всегда врут, – сипло пробормотал он. И, в порыве вдохновения добавил с чувством: – Слушайте меня. Я действительно тот самый пришелец. Ваш мир в опасности. Я не знаю, можно ли это остановить, но если ничего не делать, эту планету постигнет та же участь, что и предыдущие. Процесс аннигиляции уже запущен – разве вы не видите?! Нельзя терять ни секунды!

Он стоял совсем близко, нейромодулятор был включен на полную мощность. Но ликтианин в ужасе отшатнулся и недоумённо воскликнул:

– Великая Мать, зачем вы говорите такие чудовищные вещи!

Лейф почувствовал, как его колени предательски задрожали, по коже пробежали мурашки и стало нечем дышать – даром что на нём была кислородная маска. Он отступил на шаг, споткнувшись, чуть не упал, развернулся – и что есть духу бросился бежать.

Мысли его неслись вскачь, еле поспевая за ним вслед.

Не поверил. Не послушал. И нейромодулятор больше не действует. Он бессилен.

Скорее, к космопорту! Ликтиане – слабовольные и мягкосердечные. Он прорвётся. Если у него нет средств и возможностей спасти эту планету – это ещё не причина погибать самому.

Что же происходит в этом проклятом мире? Какая лютая сила уничтожает всё вокруг?

"Согласно Дополненной теории относительности, в каждый отдельно взятый момент времени существует некоторая вероятность того, что вся Вселенная прекратит своё существование в следующие пять секунд".

От всплывшей в памяти фразы, некогда услышанной от кого-то из преподавателей, к горлу подкатила тошнота.

Что, если их враг – само мироздание? Или – иначе говоря – высшие силы, создавшие его законы и незримо правящие всем этим?

Должно быть, сказалось нервное напряжение – а может, это был побочный эффект аннигиляции, но Лейфу показалось, что время словно замедлило свой бег, забуксовало, – и лишь он один сохранял прежнюю скорость движения, подхлёстываемый смятением, отчаянием и страхом.

Он заметил их ещё из вагонетки канатной дороги: дюжину человеческих фигур в лиловых мундирах.

Фелис била крупная дрожь. Не от страха – от осознания того, что волей-неволей ей придётся обо всём рассказать. И утаить что-либо не выйдет: если её слова будут идти вразрез с показаниями приборов, ей без лишних церемоний просканируют память. Во всяком случае, немногословный инспектор, арестовавший её на "Кассио-17", пообещал ей тотальную промывку мозгов в случае намеренного сокрытия интересующих их сведений – а не верить обещаниям "зета" не было никаких оснований.

Сидя в крошечной тускло освещённой комнате, ей приходилось то и дело напоминать себе, что она, по сути, ни в чём не виновата.

Ну, всучили ей этот кейс, чёрт его дери. Практически насильно впихнули. Ну и что?

Фелис прикусила губу. Ситуация виделась ей довольно щекотливой. Закон не допускал никаких разночтений насчёт того, как следует поступать с любым потенциально опасным предметом, предельно ясно предписывая передать находку соответствующим службам при первой же возможности.

Она была связана обещанием. И не сделала этого.

А в итоге кейс украли.

И если он сейчас попал в недобрые руки...

Плохо. Очень, очень плохо.

Голоса она услышала за пару мгновений до того, как увидела их обладателей.

– Нашли парня?

– Пока нет. Боб с ребятами как раз прочёсывают астероид. Найдём, не сомневайтесь.

– А запись допроса у тебя?

– Мы не стали проводить допрос без вас, инспектор Рок. Эдриан сообщил, что вы уже в пути, и мы решили вас дождаться.