Чтение онлайн

Леди Монтекью вновь завела разговор о приготовлениях к торжествам по поводу помолвки, и о Табите вскоре забыли. Воспользовавшись случаем, девушка предалась воспоминаниям о Доминике. Как жаль, что она не знала о возвращении тети. Ведь они с ним даже не попрощались. Теперь ей больше не удастся ускользнуть из дома на полдня. Или у нее получится? Возможно, они подумают, что она рисует где-то в парке, тогда…

Набросив на плечи плащ, Табита с альбомом под мышкой направилась к озеру. Едва перевалило за полдень, и хотя погода стояла промозглая и холодная, дождя не было, и ее желание выбраться в парк не должно было вызвать подозрений.

Несмотря на то, что Табите предстояла встреча с Домиником, на сердце у нее было тяжело. Мысль о том, что это их свидание может оказаться последним, мучила ее всю ночь. Она знала, что тетя придет в ярость, если узнает, куда на самом деле ходит племянница. Вызывать гнев леди Монтекью Табите не хотелось по вполне понятным причинам. В последнее время ее положение в поместье Роксли с каждым днем становилось все более непрочным. Ей уже исполнилось восемнадцать, самое время, по мнению тети, начать самой зарабатывать себе на жизнь. Слишком много скрытых и явных намеков на этот счет довелось ей услышать за прошедшие годы. И она не сомневалась в том, что очень скоро ее пребывание в поместье Роксли станет нежелательным. Особенно остро девушка это почувствовала после возвращения тети из Лондона. Табита не исключала, что в ближайшее время ее могут отослать в какой-нибудь забытый Богом уголок в качестве гувернантки. Прогнав эти мысли, Табита ускорила шаг.

Едва она успела дойти до первого векового дуба, как вдруг услышала за спиной торопливые шаги и обернулась. К ней со всех ног бежала Хоутон. С упавшим сердцем девушка остановилась.

– Хоутон, вы за мной?

– Да, мисс Табита. Ее милость желает поговорить с вами.

– Хорошо, сейчас приду.

– Она у себя в спальне, мисс.

– Спасибо, Хоутон.

Табита медленно поднималась по ступенькам, зная наперед, что предстоящий разговор с тетей, как это всегда бывало, не сулит ничего хорошего. Не донесли ли тете о ее свиданиях с Домиником? Девушка терялась в догадках, однако решила, что тете она понадобилась по другой причине и, собрав в душе всю свою волю, приготовилась к допросу с пристрастием. Войдя в спальню, она была изумлена оказанным ей непривычно теплым приемом. Тетя, сидевшая за туалетным столиком и завершавшая свой туалет, даже предложила Табите сесть.

– Я хочу сообщить тебе о принятом мною решении относительно твоего будущего, – начала леди Монтекью. – Полагаю, ты удивилась визиту преподобного Холла и преподобного Теккерея в столь ранний час? Обстоятельства благоприятствуют тебе, – не дождавшись ответа от племянницы, продолжила леди Монтекью. – Дело в том, что преподобный Теккерей недавно получил приход с жалованьем вполне достаточным, чтобы содержать жену. Должна сказать, что ничего подобного я не ожидала и была приятно удивлена его предложением. Ведь у тебя нет ни приданого, ни даже самого захудалого наследства. Преподобный Теккерей, этот высоконравственный человек, пренебрег твоей нищетой и бесстыдством твоих непутевых родителей исключительно ради твоей молодости и хорошего здоровья.

Табита выслушала тетю молча, но сохранить невозмутимость не сумела. Увидев, что племянница потрясена, леди Монтекью добавила:

– Само собой разумеется, свадьба Амелии будет первой. А следующая – твоя.

– Но я не хочу… – выпалила Табита, – выходить замуж за преподобного Теккерея! Я не могу… – Она осеклась под холодным и суровым взглядом тети и залилась краской.

– Ты что-то соизволила сказать? – зловеще поинтересовалась леди Монтекью.

Табита продолжала хранить молчание, ломая стиснутые на коленях руки; Она знала, что ни за что не согласится, но бунтовать именно сейчас не время.

Сочтя молчание Табиты за полную капитуляцию, леди Монтекью улыбнулась.

– Я понимаю, что ты удивлена его предложением, но это вполне естественно. Тебе просто повезло, я не знала, куда тебя пристроить. Ты настолько никчемная, что не годишься даже в гувернантки, не говоря о чем-нибудь другом. Надеюсь, ты все хорошенько обдумаешь и будешь рада, что мне удалось решить эту проблему.

Дойдя до своей комнаты, Табита упала на постель и погрузилась в размышления. Она пока не задумывалась о своем будущем, но знала, что замуж никогда не выйдет. Тем более за совершенно незнакомого ей мужчину, в то время как сердце ее принадлежит другому.

Надо придумать, каким образом не угодить в расставленные ей сети. Пусть она не годится в гувернантки, но она неплохо рисует и шьет, вполне сносно говорит по-французски, только на фортепьяно не умеет играть. Но главное препятствие, как она сейчас поняла, – ее юный возраст.

Может быть, написать чете преподобного Морвелла? Они знали ее родителей и смогли бы помочь ей устроиться на работу неподалеку от них. Но Табита тут же решила, что весьма непорядочно впутывать этих добрых и почтенных людей в малоприятные споры с ее грозной тетушкой. Жили они далеко отсюда. Денег на дорогу у нее не было, а просить взаймы у почтенной четы она бы ни за что не решилась.

Прошло три дня, и, хотя тетя Монтекью о предстоящем замужестве не обмолвилась ни единым словом, Табита все время чувствовала, что за ней следят. Поэтому была предельно осторожна и ни разу не осмелилась дойти до озера в надежде встретить там Доминика. Она, разумеется, не расскажет ему о своей беде, не попросит помощи. Сама мысль о том, что в эту историю втянут кого-нибудь из семейства Риз, лишала ее мужества.

Как всегда, когда Табиту охватывала тревога и беспокойство, она находила утешение в рисовании и по нескольку часов в день проводила в классной комнате за этим занятием. Но охватившая ее апатия удерживала девушку от прогулок или поиска каких-то новых мест.

Наступил вечер, которого Табита с ужасом ждала. Преподобный Холл и Джосая Теккерей, его викарий, были приглашены на обед в поместье Роксли.

Табита, переодевшись в свое единственное приличное платье из бледно-лилового шелка, которое ей отдала Амелия, со вздохом вышла из комнаты. Не имея ни малейшего желания выглядеть привлекательной в глазах джентльменов, дожидавшихся ее внизу, она лишь пару раз небрежно провела гребнем по волосам и убрала их со лба назад. Эта прическа ей совсем не идет, порадовалась она, а платье давно вышло из моды. Быть может, взглянув на нее, жених откажется от своих намерений.

Девушка спускалась по лестнице, трепеща от ужаса, молясь в душе, чтобы преподобный Теккерей не разглагольствовал о приготовлениях к событию, которое уже считал чуть ли не свершившимся. Табита чувствовала себя совершенно беззащитной. Жизнь девушки, казалось, близилась к мрачному финалу, безжалостная судьба явно вступила в сговор с бессердечной тетей, чтобы окончательно добить несчастную сироту.

При мысли, что на обеде будет присутствовать преподобный Холл, Табита совсем пала духом. Он всегда был на стороне тети Монтекью. Преподобный Питер Холл держал мертвой хваткой весь приход. Его проповеди были немыслимо долгими, к тому же лишенными христианского милосердия, как считала Табита.

Проповедник был высоким и сухопарым и, как казалось Табите, видел каждого человека насквозь. О викарии, с которым Табите приходилось неоднократно встречаться, девушка не могла думать без отвращения. Ростом он был чуть ли не в половину ниже проповедника, к тому же тщедушный. Всякий раз он смотрел на Табиту так, что ей становилось не по себе. Старая развалина, зло подумала Табита.

Джосая Теккерею не было еще и тридцати восьми. Однако юная Табита считала его стариком. Даже будь ее сердце свободным, она ни за что не отдала бы его викарию.