Если любовь запаздывает
Шрифт:
– Чёрт побери! Бестия какая - то!
– выругался Любим и вернулся в театр.
Любим был зол. Он сидел с Тимуром в гримёрной.
– Как она могла так поступить?!
– произнёс Любим.
– Да, от этой девчонки всё, что хочешь можно ожидать. Может, ты отступишься от неё?
– спросил Тимур.
– Нет! Никогда!
– произнёс Любим, перебирая какие - то вещи в ящике.
– Это чьё?
– спросил Любим.
– Это папино, ну верней театральный инвентарь, - ответил Тимур.
Любим нашёл какие - то цепи и долго рассматривал их, и о чём - то думал.
– Я поклонюсь ей в ноги и посажу на цепь. Вот на эту цепь, - произнёс Любим, взял цепь и вышел из гримёрки.
Аза вошла в шатёр к бабке Зоряне.
– Бабушка, у тебя чай есть?
– спросила Аза.
– А вернулась беглянка. Тут Зара ждала тебя, уже ушла. Любим злой. Садись, пей, - произнесла старая цыганка, налив девушке чай.
Аза молча, пила чай.
– Что с тобой происходит, девочка?
– вдруг ласково спросила бабка Зоряна.
– Не знаю, бабушка, - тихо ответила Аза.
– Но в тот момент так хотелось его поцеловать. Что это бабушка?
– Дурочка маленькая, видать время пришло, - обняв Азу и улыбаясь, произнесла старая цыганка.
* * *
После смерти Степана Аза среди вещей нашла сумку с товаром. И вот теперь она шла к Борису Михайловичу переговорить, ещё точно не зная, как с нею поступить.
Она шла по улице, а за ней по улице тихо ехала машина. За рулём, которой сидел Любим.
Аза позвонила в дверь калитки. Тот же охранник впустил её во двор, не задав ни одного вопроса. Она прошла по двору в дом.
– Где хозяин?
– спросила она у охранника возле дома.
– В кабинете, - ответил охранник.
Аза прошла в дом, и, открыв дверь в кабинет, увидела Борис Михайловича, сидящим за столом.
– Здравствуй, барин, - произнесла Аза, гордо глянув на хозяина дома.
– Девочка, милая, как я рад!
– сказал Борис Михайлович, улыбнувшись.
– Проходи, я сейчас чай организую, - сказал он Азе, усадив её в кресло, а сам вышел из кабинета.
– Девочка, пройдём в беседку, - сказал он Азе, вернувшись в кабинет.
Они прошли через дом, и, выйдя в сад, вошли в беседку. Борис Михайлович усадил Азу за стол и сам сел рядом, не сводя с неё своего взгляда.
Горничная накрыла на стол, и налив чай в чашки, удалилась, оставив их одних.
– Барин, я пришла поговорить с тобой об одном деле, - произнесла девушка, не притронувшись к чашке с чаем.
– Любой каприз девочка для тебя, - усмехнувшись, произнёс Борис Михайлович.
– Хотя я для тебя уже кое - что сделал. Избавил тебя от врагов, которые мешали тебе. Их дом кто - то поджог, но их в то время дома не было. Они были на свадьбе, правда бабка немного подгорела. Но ты не переживай я с ними уже разобрался, - сказал Борис Михайлович.
– Значит, всё обошлось, - произнесла растерянно Аза.
– Девочка, всё хорошо. Ты и ваш табор под моей защитой. Вам теперь нечего бояться, - говорил Борис Михайлович.
– Да, да. Я понимаю. Барин, я дома нашла сумку с какими - то вещами. Я думаю, - это папино и что с ней делать не знаю, - так же растерянно произнесла Аза.
– Сумка?
– с интересом спросил Борис Михайлович.
– Ты знаешь что. Я завтра уезжаю на поезде по делам. Давай эту сумку ты мне привезёшь на вокзал. Как раз и проводишь меня, - произнёс хозяин дома.
– Хорошо, я принесу её тебе, - сказала Аза, вдруг засобиравшись уходить.
– У меня поезд в десять дня, я буду ждать, девочка, - произнёс Борис Михайлович.
Аза согласившись, утвердительно махнула головой и пошла к выходу из особняка. А Борис Михайлович смотрел ей вслед.
Аза вышла из особняка и словно глотнула свежего воздуха. Она прошла немного по улице, и, вдруг ни с того ни с сего полил ливень. Она шла вдоль по улице, уже вся мокрая от дождя. Аза собралась перейти улицу, как мимо неё пролетела машина со всей скоростью и всю её облила с грязной лужи. Аза отряхнулась, и, отказавшись от мысли перейти дорогу пошла дальше. И тут она лицом к лицу встретила жену барона Михаила. Цыганка держала на руках четырёхлетнего сына.
– Ты! Ведьма! Будь ты проклята! Как ты появилась, все беды посыпались на нашу семью. Всех мужчин из нашего рода поубивали. Ты, бесовское отродье!
– кричала на Азу цыганка, больно схватив её за руку.
Но тут, откуда ни возьмись, появился Любим. Он словно оторвал Азу от цыганки. Подвёл её к своей машине и посадил Азу в неё. Сев сам в машину он поехал по улице.
Любим въехал во двор своего дома.
– Ты куда меня везёшь?
– спросила Аза, наконец, отойдя от произошедшего.
– Это мой дом, - сказал Любим, выйдя из машины и уже выводя её за руку.
– Я не хочу. Я домой пойду, - сказала Аза, вырывая свою руку.
Но Любим, ещё крепче её схватил, и потащил за собой в дом.
– Значит, к нему ходишь. Теперь посмотри мой дом, - сказал Любим, введя Азу в дом.
– Отпусти, не убегу, - сказала Аза, осматриваясь.
Любим отпустил её, с интересом следя за ней, что же она сейчас предпримет.
– О, у тебя есть телефон. Можно позвоню?
– спросила Аза.
– Позвони, - ответил Любим, с интересом приподняв левую бровь.
– Принеси мне, пожалуйста, водички, - произнесла Аза.
– Зачем водички. Я сейчас кофе сварю, - обрадовано сказал Любим и удалился на кухню.
– Я была у него, - произнесла Аза в трубку.
– Я передам ему сумку на железнодорожном вокзале, без двадцати десять, - сказала она и положила трубку.
– Ну, как тебе нравится дом?
– спросил Любим, войдя в гостиную с подносом.
Он поставил поднос на стол.
– Пойдём, я тебе комнаты покажу, - сказал Любим, взяв Азу за руку.
– Не стоит, - сказала Аза, вырвав свою руку.
– Что не нравится мой дом?
– спросил Любим, внимательно следя за Азой.
– Конечно до дома барина далековато, а так ничего, - попыталась пошутить Аза, взяв кофе с подноса и отпив глоток.
Любим отошёл к окну, скрестив на груди руки.
– Конечно, мне далеко до твоего барина. Я не смогу так, как он рассыпать трупы к твоим ногам, как цветы, - произнёс Любим, не взглянув на Азу.