Чтение онлайн

– Давай, ты потом полюбуешься этой вещицей, когда мы все закончим. Я оставлю его тебе на память об этом дне, – голос морской девы звучал спокойно и буднично, но в глазах была настороженность, которую полудемон, увлеченный разглядыванием необычного кулона, совершенно не заметил. Эмиль надел артефакт на шею и вздрогнул. Тело словно обожгло могильным холодом, но кулон почти сразу нагрелся. Эмиль убрал артефакт под рубашку и повернулся к морской деве.

– Я не понял про сюрприз? – спросил полудемон. Ноэлин вздохнула.

– Ну, понимаешь. Я хотела проверить Дориана. Поэтому сказала тебе предложить ему прийти на встречу в виде духа и посмотреть на его реакцию. Ты сказал, он обрадовался. Из этого следует, что ему выгодно твое предложение. Наверняка он надеется, что на встречу, ты придешь один. Ведь вы полудемоны, одиночки по своей сути, – сказала морская дева.

– Ну, да, – согласился с ней Эмиль. – Каждый выпускник, который пережил слияние со своим демоном, а потом еще прошел азурские шахты, становится другим. Наши демоны не любят людей и не считают вас ровней себе. Да и выпускников после добычи азурских смарагдов остается всего ничего и их распределяют на такие вот места. Или на границу мрака. Так что я не знаю, кто выжил из моих однокурсников, но даже если кто-то кроме меня остался в живых, то сведения о них засекречены.

– Вот поэтому Ноэлин и предположила, что Дориан думает точно также. Он наверняка надеется, что ты будешь один. И это ему на руку, – присоединился к жене Делмар. До Эмиля начало наконец-то доходить, что хотят сказать ему друзья.

– Вы хотите сказать, что он специально позвал меня к разлому, преследуя какую-то цель. А помощь какой-то мифической женщине – это обычная уловка, как и его напоминание о долге жизни? – в глазах полудемона появился багровый отблеск. Ноэлин отшатнулась. Даже зная, что Эмиль никогда в жизни, и ни при каких условиях не причинит ей вреда, морская дева до сих пор боялась его второй ипостаси. Увидев ее реакцию, полудемон мгновенно взял себя в руки, и багровые всполохи исчезли из его глаз.

– Как я уже сказала, ты примешь зелье, которое отделит твой дух от твоего физического тела и поможет тебе переступить ловушку. Так как твой дух будет человеческим, ты легко покинешь пределы пентаграммы, когда захочешь. Артефакт, что я тебе дала, он скует демоническую ипостась внутри твоего тела. Ты и Дориан будете вдвоем внутри пентаграммы. И если он, не дай бог нападет на тебя, то пентаграмма не выпустит его за свои границы. Свечи погасят и впитают в себя, его магию. Но даже если ему каким-то непонятным мистическим образом удастся справиться со всеми нами, и он доберется до твоего тела, то артефакт, что я тебе дала, не позволит его духу занять твое место, – сказала морская дева. – Если честно я думаю, он попытается заговорить тебя и обманом занять твое тело.

– Артефакт? – спросил Эмиль. Он достал кулон и посмотрел на него. Серебро сверкнуло, и пентаграмма словно засияла. – Хорошо, что я получил тебя в качестве учителя зельеварения и артефактора. Твоя помощь становится просто неоценимой. Ты поэтому поторопила меня с артефактом, – он обнял женщину и поцеловал ее в лоб. Ноэлин смущенно посмотрела на своего опекуна.

– Прости, я просто боялась, что, рассмотрев надпись на артефакте, ты все поймешь и откажешься его надевать. А для правильной работы, этот артефакт ты должен был надеть добровольно, – сказала женщина. – Вот и пришлось схитрить.

– Ой, лиса, – улыбнулся Эмиль.

– Все ради вас, любимый опекун, – улыбнулась в ответ Ноэлин. Затем глаза женщины стали серьезными. Она прижалась к нему и спрятала лицо у него на груди. Эмиль почувствовал легкую дрожь.

– Ты боишься, моя русалка, – тихо сказал он.

– За тебя, – буркнула Ноэлин. – Я боюсь только за тебя. Я не могу потерять тебя сейчас. Не могу и не хочу, – словно почувствовав волнение матери, ребенок довольно ощутимо двинулся у нее в животе. Эмиль почувствовал толчок.

– Дерется, – улыбнулся полудемон.

– Он тоже не в восторге от того, что собирается сделать его дедушка, – не поднимая глаз, ответила морская дева. Эмиль замер.

– Так странно, не будучи отцом, я умудрился стать дедушкой. Эвика кстати никогда меня так не называла. Эмиль, крестный, но не дедушка, – сказал полудемон.

– Вот и дождался бы появления внука, – буркнула Ноэлин, где-то в районе его груди. – А вот если, давай просто предположим, я воспользуюсь магическим даром морских дев и околдую тебя, у меня есть шанс, что ты откажешься от своей эскапады.

– Мы же вроде давно с тобой выяснили, что на меня твой дар не действует, – он поднял ее лицо за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. И конечно ее глаза были полны невыплаканных слез. Ноэлин все же прибегла к магии морских дев. Женщина готова была использовать любую возможность, лишь бы удержать его от опасного эксперимента. – Не бойся, русалка, я вернусь.

– Ну, попробовать стоило, – слезы мгновенно высохли, и уже собранная морская дева отстранилась от него. И Эмиль изумленно застыл. Ноэлин, когда ей это было выгодно, становилась настоящей морской девой, готовой использовать свои чары для достижения цели. Она подошла к тому месту, где была начерчена пентаграмма и опустилась на колени. Медленно, нараспев женщина принялась тихо читать заклинание. Она подняла руку вверх, и он увидел вытянутый палец. Ноэлин давала ему знак. Эмиль открыл крышку и сделал глоток. Словно огненное цунами прокатилось по горлу и взорвалось в желудке. Полудемона скрутило, и он со стоном согнулся. Тошнота подкатила к горлу, и Эмилю с большим трудом удалось сдержаться и удержать зелье в желудке.

– Дыши глубже, – услышал он голос Делмара, и его плечи обняли сильные руки, помогая выпрямиться. Голос морской девы стал громче, вверх взлетел еще один палец. – Второй глоток, Эмиль, – сказал старший дракон.

– Черт, – сказал полудемон, но послушно поднес флакон к губам. Боль от второго глотка была не в пример сильнее, чем от первого. Эмиль не удержался и упал на колени. Ему казалось, что внутри все рвется, суставы выворачивало, кожа горела, казалось, еще немного, и она лопнет и начнет сходить кусками сгоревшей плоти. Братья подхватили полудемона под руки и потащили в угол, где уложили на какие-то тряпки. В этот момент морская дева вытянула вверх третий палец.

– Эмиль, последний глоток, – сказал Делмар, поднося флакон к губам полудемона.

– Дэл, не могу, – просипел полудемон. Его глаза налились кровью, зубы выдвинулись, на коже проступили темные вены. – Не могу, – удлинившиеся когти процарапали глубокие борозды в земляном полу, когда тело свела жуткая судорога. Из горла Эмиля вырвался крик боли.

– Ты должен долг жизни, Эмиль. Пей, – и дракон силой влил в него остатки эликсира. Эмиль проглотил содержимое флакона и его тело обмякло. В пещере стало очень холодно. Изо рта драконов и морской девы вырывались облачка пара. Полудемон лежал как мертвый и его невидящие глаза смотрели в потолок. Губы мужчины стали темно-синими, кожа приобрела синюшный оттенок.

– Ноэлин, а мы не грохнули случайно нашего ректора, – неожиданно спросил Теоден. – Он лежит тут такой синий и мертвый, – в этот момент оба дракона увидели, как от тела полудемона отделилось маленькое облачко, которое медленно приняло размытую, полупрозрачную фигуру ректора. Эмиль рассматривал свои руки, затем начал ощупывать себя, однако ладони прошивали тело насквозь. Эмиль посмотрел на друзей.

– Эмиль, ты такой… – начал Делмар.

– Какой? – спросил полудемон. Слов они не услышали, но легко прочитали вопрос по губам.