Если ты меня любишь, то докажи
Шрифт:
– Когда я возвращалась домой, Кристина предложила ненадолго встретиться. Тогда-то она мне и рассказала про вашу прогулку.
– Ну ладно.
Я отправил сообщение, половил телефон на тумбочку и уснул.
Я снова проснулся раньше будильника. Но не за несколько часов, как это было вчера, а за несколько минут. Мне снова приснился страшный сон. На этот раз в нем не было Кристины. Это был сон с воспоминаниями о далеком прошлом, когда я встречался с Полиной. Правда, самой Полины в нем не было, зато была книга, о которой я вчера вспоминал. Это была моя книга. Я пришел к Полине домой. Дома никого не было, да и дом выглядел странно. Все зеркала были занавешены тряпками, в углу, прям возле входа в квартиру, стояла Полинина фотография, с черной лентой в углу. Я медленно, с опаской, вошел в Полинину комнату, а она была пуста. Ни мебели, ни окон, ничего, словно мягкая комната в психбольнице, только стены не из мягкого материала, а из бетона, но такие-же кристально белые. Через несколько секунд, словно по волшебству, посреди комнаты появилась книга, моя книга, которую я написал для Полины. Я подошел к ней, взял ее в руки, открыл ее на месте закладки. Текст был неразборчив, словно написан первоклассником от руки. Я попытался разобрать хоть одно слово, но вдруг, слова начали пропадать, а на их место появлялись следы крови. Когда слова полностью исчезли, из книги полилась кровь, как в дешевых ужастиках. Я бросил книгу и попытался выйти из комнаты, но двери не было. Она пропала. Из книги все также лилась кровь. Вдруг, тишину нарушил чей-то крик. Я начал к нему прислушиваться, и с каждой секундой он становился все ближе и громче. Это был женский крик. Голос был знакомым, но я все еще не мог понять кто кричит. Вдруг, в комнате стало тихо, но секунду спустя я услышал Полинин голос, ели живой, заплаканный и истеричный. Полина сказала: «не надо» и после ее слов выстрел из ружья. Я посмотрел на книгу. Из нее больше не лилась кровь. Я подошел к ней, вытер кровь со страницы и прочитал слово: «Пощади». Потом я проснулся и ловил воздух ртом. Когда мое дыхание нормализовалось, я судорожно стал искать телефон. Через пять минут должен был прозвенеть будильник. Я его заранее выключил, оделся и вышел на балкон.
Я старался забыть этот сон и не думать о нем. И на этот раз у меня получилось. Как только я докурил сигарету, я уже думал о чем угодно, но не о сне.
Вкратце
Я думал, как лучше вам рассказать события следующей недели, в подробностях или нет, и решил быть не многословным.
Всю неделю мы с Кристиной гуляли только вдвоем. Один раз к нам должны была присоединиться Оля, но в самый последний момент она передумала и осталась дома. За всю эту неделю Кристина ни разу не упомянула своего бывшего парня. У нас только один раз зашел разговор про отношения, но и то случайно. Мы обсуждали только что просмотренный фильм в кинотеатре, – как же я давно не был в кинотеатре. Последний раз это было в моем родном городе. Лет семь назад, а то и больше. Мы тогда с друзьями после школы решили сходить на какой-то новый фильм, я уже не помню какой. Но я прекрасно помню, что мы пожалели потраченные деньги. Фильм был ужасным до отвращения. Это был какой-то новый голливудский хоррор, а по итогу картина больше смахивало на комедию с примесью всей новой этикой, лгбтк+ (тогда еще это движение называлось лгбт), толерантный расизм (это когда угнетают не темнокожих, а белых. Сейчас это очень сильно развито. За примерами далеко ходить не надо. Вспомните современную премию «Оскар» и вы все сразу поймете). Поймите меня правильно, я не расист и не гомофоб, просто когда проблему начинают эксплуатировать в коммерческих целях, да еще и с радикальным подтекстом, это все превращается не в защиту прав человека, а в огромную дойную корову. Только ее кормят не травой, а оскорблёнными чувствами, и выдает эта корова не молоко, а деньги. Но давайте вернемся ко мне с Кристиной. – После кинотеатра мы обсуждали поведение двух персонажей. Кристина оказалась осведомлена всеми новыми терминологиями из психотерапии, и слова абъюз или газлайтинг она использовала не как что-то оскорбительное по отношению к человеку, а как поведение нездорового человека. И в разговоре мы узнали, что слушаем один и тот же подкаст «Мы расстались». Это было пожалуй наша действительно первая точна соприкосновения. У нас все появилась общая тема для разговора, и через этот подкаст, мы узнали друг друга намного лучше. Все дошло до того, что я медленно но верно начал испытывать к Кристине чувства. Она стала мне нравится не как друг, а как девушка. И все наши случайные соприкосновения пальцев в метро, – когда заходит толпа людей и все люди вынуждены встать вплотную друг к другу, – или когда Кристина клала свою голову ко мне на плече, наши объятия при встреча стали лично для меня значимыми и по-своему дорогими. Кто бы мог подумать, что одно увлечение может открыть дверь к большому количеству общих увлечений, и дружба станет нечто большим. (Ты читатель можешь мне возразить и скажешь, что это не правда, у вас уже было общее увлечение – книги. Во-первых, это моя история моей прошлой жизни, мне незачем тебе врать, а во-вторых, с книгами у нас общего толком то и не было. Мы читаем разные книги. Кристина больше читает фантастики, ей нравится представлять необычайные здания из других планет. Кристина говорит, что она вдохновляется такими книгами и придумывает дизайн дому, памятнику, церкви, торговому центру или просто огромному и футуристичному сооружению, в котором не обязательно кому-то находится. А я в свою очередь не люблю фантастику, да я ее и не читал. Как-то желания не было. Мне больше нравится читать в которых есть персонажи или события, которые могут происходить в реальном мире. Так что хоть мы и читаем книги, но совершенно разные.) К концу недели я уже начал задумываться над своими чувствами к Кристине, и уже было собирался ей признаться, но она меня опередила.
Кошмары и влюбленность
Понедельник – новая неделю, новая жизнь – по крайней мере для меня. Закончился очередной рабочий день. Мы вчера с Кристиной договорились встретиться возле метро, неподалеку от моей работы. Я вышел на улицу, попрощался с Сашей, закурил сигарету и вдруг, у меня зазвонил телефон. Сначала я подумал, что это Кристина, но это был Олин номер. Я ответил на звонок, приложил телефон к уху.
– Кристина рядом? – Встревоженно спросила Оля. – Говори быстрей, она рядом с тобой или нет?
– Нет, она должны быть возле метро, – испугано ответил я Оле и собирался было спросить: «что случилось», но Оля ответила на мой вопрос, даже не услышав его.
– Так, слушай, ты пока не торопись к Кристине. Если ты опоздаешь на несколько минут, ничего страшного не случится. Короче, Кристина собирается сказать тебе, что ты ей нравишься. Что ты собираешься делать?
– Кристина собирается сказать… – повторил вслух Олины слова. Она что-то говорила в трубку телефона, но я ее не слушал, а только и делала как непроизвольно повторял «собирается сказать» и думал, что же делать дальше. Поначалу я собирался оставить Кристину во френдзоне. Но за эту неделю все изменилось. Я сам начал влюбляться в Кристину. Да, это было постепенно и мои чувства не стали еще крепкими, они все еще ели удерживались на ногах, но они все же были, и мне хотелось встречаться с Кристиной.
– Ты чего молчишь, – Оля прокричала в телефон так сильно, что мне пришлось выбраться из своих мыслей и наконец ответь ей.
– Ты уверена, что Кристина собирается…
– Ты дурак или как? – Перебила меня Оля. – Я сейчас гуляла с Кристиной и мы обсуждали тебя, стоит ли ей делать первой шаг или лучше подождать? Я пыталась отговорить Кристину от признаний, но она меня не стала слушать и решила, что сегодня же скажет, что ты ей нравишься. Я у тебя еще раз спрашиваю, что ты собираешься делать?
– Давай ты это узнаешь это от Кристины, – проговорил я и бросил трубку.
Положив телефон в карман я увидел, как сигарета между пальцев сгорела и мне пришлось ее выбросить и закурить новую.
Пока я шел к метро, Оля мне не звонила и не писала, хотя я ожидал обратного действия. Подойдя к метро и посмотрев на часы я понял, что пришел на несколько минут раньше, и сев напротив входа на лавочку, ждал Кристину.
Прошло не больше десяти минут, и я увидел выходящую из метро Кристину, с выделяющейся из всей массы людей радостной походкой, идущей ко мне. Я плохо помню во что именно была она одета, но я запомнил ее легкую и счастливую улыбку, влюбленный взгляд (последний раз я ловил на себе точно такой же взгляд несколько лет назад, только тогда это была Полина). Я не знаю как именно вам описать ее внешний вид. Здесь даже дело не во внешнем виде, а в настроении, эзотерики еще ее называют аурой. Кристина всем своим говорила прохожим, что она счастлива и никто не сможет у нее этого отобрать. Смотрев на Кристину сложно было бы поверить, еще несколько месяцев назад, она жила с разбитым сердцем и параноидальным страхом к людям. Сейчас она другая. Словно прошлой Кристины больше нет, и есть только веселая, любящая жизнь Кристина.
Я встал с лавочки и пошел к ней на встречу. Мы обнялись и наше объятие не было таким как раньше. Это было теплое и нежное объятие, которое я давно не ощущал. Я не хотел отпускать Кристину, и мы стояли несколько минут в молчании, погруженные только в объятия, словно они сами говорили все за нас. Но мы же люди, и нам мало человеческих объятий и ментальной связи, нам надо все обговорить, как бы это сухо не звучало, и Кристина, не отпуская меня сказала таким нежным и мягким голосом, что я готов был слышать ее голос всю свою жизнь:
Конец ознакомительного фрагмента.