Чтение онлайн

– Я сейчас не уверена ни в чем. Мне просто… нужно время, чтобы обо всем подумать.

– Хорошо, – ответил он. – Я даю тебе его.

Я протянула Майку его куртку, а он посмотрел на меня долгим взглядом. Его лицо словно закрывалось, становилось таким, каким было до того, как я все узнала. И вот передо мной снова стоял Майк – доброжелательный, но чужой.

– Спокойной ночи, Шиа.

– Спокойной ночи, – ответила я.

Всё всегда упрощают. Тебе говорят: если придумаешь что-то классное и хорошенько потрудишься, обязательно добьешься успеха. Тебе говорят: как только встретишь своего человека, сразу это поймешь. Тебе обещают, что с приходом настоящей любви решатся все твои проблемы.

Так вот, это – ложь. Правда в том, что не существует заранее выстроенных маршрутов или правильных решений, наставников или спасителей. Тропа, которой следовали ваши кумиры, заросла, и вам придется продираться сквозь тернии, чтобы заново расчистить себе путь. Правда в том, что нет того особенного, нет единственной любви. Можно полюбить одновременно двоих – по-разному. Можно запутаться и принять неверное решение и, получив все, что хотелось, потерять это в одно мгновение.

Я оказалась не готова к этому.

Сложность реального мира в том, что в нем невозможно стереть ошибку и начать все заново. Да и что стирать? С какого места?

Мне всегда казалось, что встреча с ПостоянствоОбъекта станет самым прекрасным моментом в моей жизни. Я и не догадывалась, как все будет на самом деле. Не догадывалась, что встречу парня по имени Маст, который сможет разглядеть во мне лучшую версию меня самой. Не догадывалась, что попытки найти ПостоянствоОбъекта обернутся терзанием: действительно ли я получила то, что хотела?

Включив телефон, я рассказала Умнице обо всем, что произошло.

– Умница, что мне делать?

– Ты пыталась отвлечься?

– Типа того. Не совсем. Ничего не помогает.

– Возможно, в такое время лучше всего погрузиться в учебу.

Вообще-то Умница была права, но именно сейчас мне меньше всего хотелось думать об уроках. Вряд ли очередное напоминание о том, какая я отвергнутая и одинокая, помогло бы мне почувствовать себя лучше.

– Может быть.

– А если совсем ничего не поможет, не хочешь ли устроить себе ночную пирушку? С брауни от «Хостера» даже самый будничный вечер превращается в праздник.

Я закатила глаза. Самое ужасное – идея с брауни казалась не такой уж плохой. Будь у меня побольше денег, я, возможно, и купила бы упаковку.

– Не могу себе позволить.

– А как насчет просмотра главного хита сезона «Дарриус Халк, расхититель гробниц», теперь – в 4К-разрешении? «Энтертейнмент Уикли» поставил ему четыре звезды и назвал фильмом года…

Я выключила Умницу, даже не дав ей договорить. Я и ее испортила.

Хотя советы Умницы и вызвали во мне раздражение, я все-таки отправилась на учебу. Казалось удивительным, что мир продолжал спокойно жить дальше, когда моя личная вселенная рухнула. Все оставалось по-прежнему. У меня не было возможности подправить испорченную стрижку, поэтому я заколола отрезанную прядь назад, чтобы не бросалась в глаза. Интерес к моим слитым сообщениям постепенно утих, поскольку все готовились к презентации своих стартапов венчурным инвесторам. Эй Джей, как обычно, хихикал с друзьями на задних партах. Майк, прекрасный, как скульптура эпохи Возрождения, подперев щеку кулаком, делал записи в тетради. Когда я вошла в класс, он встретил меня ласковым и грустным взглядом. Нам не нужно было говорить; мы так хорошо друг друга знали, что ему было достаточно просто посмотреть на меня, чтобы дать понять: он по-прежнему со мной. Я чувствовала его присутствие у себя за спиной, его вопрос, который ждал ответа. Амина, как всегда, сидела впереди, старательно все записывая. Кейт и Сима, выглядевшие безукоризненно и строго, болтали на переменах. И, конечно, был Маст, который притягивал к себе мой взгляд, как я ни старалась смотреть в противоположную сторону. Обычный мальчишка, одетый в полинявшую футболку и растоптанные кроссовки и печатающий что-то в компьютере. Так почему же мои мысли каждый раз возвращались к нему?

А потом прогремела новость.

На пятом уроке мой мобильный чуть не разорвался от сообщений. Класс наполнился едва слышным шорохом: все полезли в телефоны. Кейт и Сима посмотрели в мою сторону, потом Амина бросила на меня сочувственный взгляд. Я открыла «Фаcад». Десятки незнакомцев отмечали меня в новостных постах, озаглавленных примерно одинаково: «Арестована основательница “РетроГрама” Митци Эрст», «Обвиняется в хищениях и мошенничестве».

Время вдруг замерло. Воздух задрожал вокруг пальца миссис Перес, указывающего на белую доску с графиком.

Я не могла дышать, не могла думать. Уставилась в заголовок и фото Митци под ним – простой корпоративный снимок по плечи, на котором она выглядела гораздо невзрачнее, чем в жизни.

Наверное, это была шутка. Один из способов привлечь внимание. Ее не могли арестовать; она была неприкосновенна, божественна в своей слабости и силе, отделена от остальных золотой чертой. Разве другие этого не знали?

Я просмотрела все заметки, пытаясь выяснить как можно больше, но информация была на редкость скудной.

«Получив сведения от бывшего бизнес-партнера Митци Даррена Олстаффа, федеральные следователи арестовали мисс Эрст за хищение денег у корпораций, с которыми она сотрудничала в качестве консультанта, а также за мошенничество под видом оказания помощи юным стартаперам».

Эти слова отдались во мне ударом грома. А я-то ломала голову, что пошло не так между мной и Митци, обвиняла себя в неблагодарности и эгоистичности. Но теперь до меня дошло. Все невнятные обрывки разговоров, странное поведение и необъяснимые исчезновения вставали на свои места. Статьи не были шуткой.

Когда урок закончился, я вдруг заметила, что все смотрят на меня, ожидая реакции. Но я не доставила им такого удовольствия. Отпросившись у преподавателя, я поспешила к себе в комнату, где, как мне казалось, можно будет все обдумать. Однако еще издали увидела толпу репортеров с микрофонами и камерами, ожидавшую у входа в корпус девочек.

Видимо, они меня узнали, потому что кинулись в мою сторону, вскинув фотоаппараты, выставив вперед микрофоны. Их крики и шум мешали думать, но сбежать все равно было некуда, поэтому я, закрывая лицо, протолкалась мимо репортеров в корпус.

Припав спиной к двери, я несколько мгновений наслаждалась тишиной, потом прошла в ванную и ополоснула лицо водой. Потная и задыхающаяся, я чувствовала необходимость посмотреться в зеркало, чтобы убедиться в своем существовании.

Как я до такого докатилась?

Выйдя из ванной, я столкнулась в коридоре с Аминой.

– Эй, – сказала она. Это были ее первые слова за несколько месяцев. – С тобой все в порядке?

Я чуть не разревелась.

– Да, – с трудом выговорила я. – Спасибо.

– Ты уверена?

Мне была приятна ее забота, но от нее стало только хуже. Амина с самого начала была права, и я не могла отговориться тем, что меня никто не предупреждал насчет Митци. Амина предупреждала. Но я поссорилась с ней, потому что не хотела ничего слышать.

– Уверена, – ответила я и проскользнула мимо, не решаясь посмотреть ей в глаза.

Едва я закрыла дверь в комнату, как раздался телефонный звонок. Номер был неизвестный, но, судя по цифрам, калифорнийский. Я нерешительно ответила.