Чтение онлайн

По некоторым сведениям, в тех странах, где Хезб ут-Тахрир объявлена вне закона, организация партии крайне централизованна, а ее центральное руководство находится в Палестине. Уровень ниже представлен национальными организациями, или вилайа, обычно возглавляемыми группой из 12 человек, которые контролируют сеть местных комитетов и ячеек. Она по-прежнему действует в Великобритании, хотя и продолжаются жаркие споры относительно того, не следует ли ее запретить из-за ее радикальных взглядов [37] .

Вряд ли в Пакистане или Афганистане можно найти открытые офисы Хезб ут-Тахрир, потому что США определили ее как иностранную террористическую организацию. Тем не менее благодаря своим электронным посланиям она, кажется, повсеместно присутствует в Пакистане. Серьезную проблему Хезб ут-Тахрир представляет из-за своих радикальных взглядов и риторики, которая у нее общая с транснациональными организациями. Может быть, она и не прибегает к насилию, но ее заявления легко подпитывают недовольство простых и неграмотных пакистанцев.

Хотя влияние Хезб ут-Тахрир в Пакистане и Афганистане ограничено, организация проникла и в Центральную Азию. Она стала действовать в Узбекистане в середине 1990-х гг., где ее первые ячейки, как представляется, были созданы иорданскими миссионерами, которые приезжали проповедовать ислам в Центральную Азию: «К концу 1990-х гг. Узбекистан стал центром деятельности Хезб ут-Тахрир в Центральной Азии, и ислам там пустил корни глубже, чем, например, в соседнем Казахстане» [38] .

Известный политолог, секретарь партии «Нур Отан», а ранее руководитель антитеррористического центра Ерлан Карин выделяет следующие этапы развития терроризма в стране:

Десять лет назад проблема терроризма для Казахстана в большей мере связывалась с тем, что на территории республики могли скрываться беглые, или так называемые «чужие», террористы – лица, преследуемые собственными государствами за участие в незаконных вооруженных формированиях. Также имело место мнение, что территория Казахстана использовалась как транзитный участок. Однако фактически эти утверждения не подтверждались. Тем не менее, казахстанские спецслужбы регулярно задерживали «чужих террористов», которых затем передавали своим коллегам из других стран.

Так, к примеру, в 2000–2004 годах правоохранительными органами Казахстана было задержано и выдано узбекской стороне 8 граждан Узбекистана, скрывавшихся на территории нашей страны от преследования за террористическую деятельность. В 2004–2005 годах задержаны и экстрадированы в Россию, Узбекистан и ряд других стран 11 лиц. В 2006 году задержано и экстрадировано 13 человек, уличенных в причастности к терроризму – в Россию, Узбекистан, Турцию и Китай.

В этом периоде отмечается учащение случаев вовлечения и участия граждан Казахстана в террористической деятельности, как на территории сопредельных стран, так и в странах дальнего зарубежья.

Самый громкий случай – ликвидация отечественными спецслужбами террористической группы «Жамаат моджахедов Центральной Азии», на счету которой целая серия террористических актов, организованных весной-летом 2004 года в Узбекистане. В данную группу входили граждане Казахстана, которые действовали преимущественно против властей Узбекистана, которые, по их мнению, ущемляют права мусульман.

Также появлялась информация, что граждане Казахстана участвовали в деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Афганистана и ряда других стран (одним из заключенных тюрьмы Гуантанамо был гражданин Казахстана). Поэтому в 2005 году известная американская неправительственная организация «Национальный разведывательный совет» презентовала аналитико-прогностический доклад «Карта глобального будущего», где Казахстан, наряду с Россией, Азербайджаном и Туркменистаном, был отнесен к регионам базирования ячеек и групп радикальных исламистов и проживания «профессиональных бойцов джихада», имеющих спецподготовку и опыт участия в террористических акциях. Иными словами, Казахстан, считавшийся наименее подверженной угрозе терроризма страной, в этот период начал упоминаться в различных экспертных сводках.

Растет число казахстанцев, привлекаемых к уголовной ответственности за совершение преступлений, связанных с экстремизмом и террористической деятельностью уже на территории нашей страны. Так, в частности в 2008–2009 годах, по официальным данным, в стране было предотвращено 7 терактов. Поэтому проблема терроризма, когда-то казавшаяся нам далекой и виртуальной, сегодня приобретает характер прямой угрозы национальной безопасности. Этот период характеризуется также резким учащением случаев участия граждан Казахстана в террористической деятельности на территории других стран:

• Так, в июле 2009 года во время спецоперации, проведенной в Дагестане, было убито 8 боевиков, у 5 из которых, по данным источников в правоохранительных органах, обнаружены казахстанские паспорта.

• 19 июля 2009 года кыргызские спецслужбы задержали 18 человек по подозрению в причастности к террористической деятельности в Бишкеке и на юге страны, среди которых – граждане Кыргызстана, Узбекистана и Казахстана.

• 19 сентября 2010 года во время спецоперации в Раштской долине Таджикистана у одного из убитых боевиков таджикские силовые органы обнаружили паспорт гражданина Казахстана Артура Набиева.

• С начала 2011 года на территории России задержаны и убиты 6 граждан Казахстана, причастных к терроризму.

• 19 января 2011 года МИД Казахстана подтвердил задержание одного гражданина Казахстана по подозрению в организации терактов в Бишкеке.

• В феврале 2011 года в Махачкале были задержаны двое подозреваемых в участии в незаконных вооруженных формированиях, которые являются гражданами Казахстана, – Альберт Абдикаримов, 1989 года рождения, и Раинбек Ержанов, 1990 года рождения.

С 2011 года надо отметить, что начался новый этап – то есть открытое противостояние государства и террористического подполья. При этом государство знало о тенденции роста, но оказалось к нему не готово.

В конце 2010 года Председатель КНБ Нуртай Абыкаев сообщил, что: