Чтение онлайн

Но в другом мире Ты не можешь дать Мне то, чего Я уже не имею, будучи Тем, что я есть. Мне нравится повторять слова Махараджа: «Я абсолютно доволен тем, что не должен угождать кому-то, чтобы быть Тем, что я есть».

Я здесь не ради того, чтобы угождать Тебе. Самое лучшее, что Ты и не нуждаешься в том, чтобы тебе кто-либо угождал. Это не про удовольствие. Никто не знает, что это такое. Тут нет никакого дела, но это очень деловое дело.

Люди жалуются – почему я создаю различия между семью состояниями, дживой и Шивой. Я отвечаю, что, если бы избегал этого, это означало бы, что я считаю более правильным об этом не говорить. Но я просто делаю это как могу, поскольку абсолютно неважно, делаю я это или не делаю. Я могу производить концепции бесконечно, производить и изводить. Я произвожу их, и в следующий момент разрушаю. Просто для забавы. Это танец. Ни в чем нет опасности. Люди всегда думают, что создавать концепции опасно. Для кого? В чем их опасность? Концепции – пустые надувные шары. Ты надуваешь их, а через секунду они лопаются. Это как фейерверк концепций. Ты стреляешь по ним и они лопаются, а затем приходит следующая концепция. В чем проблема с концепциями? В чем проблема со всеми образами? И для кого?

Потом кто-нибудь спрашивает: «Почему ты вообще говоришь о семи состояниях, о Шиве и дживе? Не лучше ли нам всем помолчать? Может, это ближе к Тому, что я есть?» Что делает «тебя» ближе к Тому, что ты есть? Пребывание в безмолвии? Что за идиотская идея! Если «ты» не можешь говорить, говорить, говорить и при этом быть Тем, что ты есть, если «ты» должен молчать, чтобы быть Тем, что ты есть, – каким дерьмом должно быть «я», становящееся больше Тем, что оно есть, благодаря безмолвию. То, что ты есть, никогда ничего не требует от Того, что ты есть. Ты можешь болтать без остановки, можешь нести полнейшую ахинею, выдавать любые концепции и все равно оставаться Тем, что ты есть. Оно никогда ничего не требует. Нет требования, нет нужды. Это абсолютная безнуждаемость, абсолютное приятие по своей природе. Ничто не может сделать Его больше или меньше. Ты никогда не сможешь быть достаточно глупым, будучи собой.

Потом кто-то, такой-то учитель, говорит: «Ты опасен. К тебе не следует ходить, поскольку ты начинаешь с конца еще до того, как ученик начинает искать себя. Ты даже не позволяешь ему делать шаги по направлению к Себе». Разве не поразительно? Вот такой я опасный. Может быть, они боятся, что я уничтожу их бизнес, потому что никто не будет ходить в их школы «осознавания» и «пребывания в присутствии "сейчас"»? Но все они делают это из любви [говорит саркастически].

В: Традиционно утверждается, что после того, как ум стал спокойным и безмолвным, он способен отражать то, что реально, и это понимается как просветление.

К: Да, может быть. Ум становится чистым осознаванием, холстом, на котором танцуют проекции, и не беспокоится о том, что происходит или не происходит. Звучит хорошо, такое может случиться. В сновидении все что угодно может произойти, даже это. И в сновидении может произойти очищение ума. Возможно, ты читал книги Ауробиндо и знаешь про разные техники. Что ты думаешь про очищение ума?

В: Я не знаю…

К: Значит, ты просто повторяешь то, что…

В: Да, вчера ты говорил про стремление и сказал, что я не знаю, к чему стремлюсь.

К: Ты стремишься, но не знаешь, к чему. Даешь этому имя, но не знаешь, что это.

В: Но мне пришло в голову, что я желаю – что я стремлюсь к тому, о чем ты говоришь. Я не знаю что это, понятия не имею.

К: Да, ты стремишься к Тому – к Тому, что ты есть. Но То, что ты есть, Ты Знаешь уже абсолютно, будучи Тем, что ты есть. Но все равно продолжаешь стремиться к Тому, что ты есть, при этом уже Зная Его. И Ты не можешь это остановить. Это парадокс. Несмотря на то, что Ты уже То, что ты есть, которое есть Знание, Ты продолжаешь стремиться.

Ищущий – уже То, что он ищет. Это загадка, как такое может происходить. Но смотри, это происходит! Никто не может разгадать эту загадку.

В: Но она разгадывается…

К: Нет, никогда. Мне не нужно ничего разгадывать, чтобы быть Тем, что я есть. Загадка может существовать вечно, ее можно разгадать или нет, какого это волнует? Но, пытаясь разгадать загадку, Ты делаешь ее реальной. Тогда это реальная загадка, и в тот момент, когда хочешь разгадать ее, становишься от нее зависим. И тогда Ты в игре в загадку.

Ты хочешь собрать паззл полностью. Хочешь познать паззл, увидеть, каким он должен быть. Все должно находиться на своем месте – и до той поры Ты не можешь предаться отдыху. Но все время забываешь про собирающего паззл, притязающего на то, что он отличен от паззла. И он всегда озадачен тем, что утрачена одна деталь. «Дерьмо! Вот если бы я нашел ее!» Вот почему Ты называешь эту деталь «покой». [15] «Если я обнаружу мой покой, он подойдет, но покой, который подойдет везде, я потерял». Затем внезапно, случайно, собирающий паззл растворяется в нем, и оказывается, что никогда не было никакой потери. Был только собирающий паззл, всегда им озадаченный и думающий, что что-то потеряно.

Но разве что-то изменилось? Собирающий паззл всегда был его частью и не отличается от него по своей природе. Собирающий паззл не может его собрать, потому что всегда не хватает последней детали – его самого. Всегда упуская себя, что бы он ни делал, он пытается подгонять детали, создавать другой механизм и делать его гармоничным, и не может, потому что всегда что-то утрачено. И Ты стремишься к тому, полагая, что это может остановиться.

Затем, несмотря на то, что собирающий паззл находит правильный кусок, просто растворяясь в паззле – каждую ночь он растворяется там и его нет, – каждое утро он просыпается и пытается собрать паззл. Пытается собрать Вселенную, пытается собрать мир, пытается собрать свою жизнь. Пытается найти недостающую часть, но все время чего-то не хватает, потому что собирающий паззл становится от него отдельным. Он воображает, что отделен от Того, что есть паззл, а потом пытается собрать его. И пока старается его собрать, остается от него отдельным. Каждую ночь он настолько истощен, что естественно растворяется в паззле, а каждое утро по пробуждении – свеж и силен, и снова пытается его собрать.

Всегда благие намерения, всегда пытается найти гармонию в этой картине. Творец, художник, находится вне картины и пытается ее поправить, потому что в ней всегда чего-то не хватает, что-то негармонично, что-то нужно подправить. Потому что есть тот, которому чего-то недостает. Может быть, художник – часть картины, и никогда ничего не рисовал?

Кто заставляет собирающего паззл озадачиваться его собственным паззлом? Мама? Мама, сказавшая «тебе», что «ты» ответствен? «Ты мой сын»? Потому что она была озадачена той же историей – историей о паззле, рассказанной ее мамой, узнавшей ее от своей мамы. Затем «ты» становишься ученым, ищущим недостающую деталь. Погружаешься глубже и глубже в природу жизни и существования, переходишь к квантовой теории, к теории струн, просто чтобы найти утраченную часть паззла. «Ты» пытаешься найти материю, которая действительно имеет значение.

Затем «ты» думаешь, что будешь удовлетворен, если найдешь правильный паззл для Того, что есть. Весь мир пытается обнаружить конец мира.

Что делать? Если ты спросишь меня – это никогда не закончится. Всегда будут попытки собрать паззл. Потому что переживание таково, что собирающий всегда отделен от паззла, и ты не можешь этого исправить. Даже попытка исправить то переживание отделенности от паззла, – способ, которым Ты реализуешь Себя, и в тот момент, когда Ты хочешь собрать его, оказываешься в игре собирания.

Для того чтобы возникло желание быть единым с паззлом, Ты должен различать – быть отдельным неправильно, а быть единым правильно. Должен быть тот, кто знает, что такое «правильно» и «неправильно». Но тогда Ты уже вне своей природы. Где Ты находишься в тот момент, когда знаешь правильное и неправильное? В нескончаемой игре в правильно – неправильно, хорошо – плохо, как бы Ты это ни называл. Знающий – незнающий, реализовавшийся – нереализовавшийся, просветленный – непросветленный. Все возникает из попытки исправить Себя. А Я говорю Тебе, что это никогда не прекратится – это переживание отдельности. Чем сильнее Ты пытаешься остановить его, чем усерднее стараешься быть единым с Собой, тем больше «ты» отделен.