Естественный отбор
Шрифт:
– С Джорджем?
Час от часу не легче! Если это был Джордж, то какого… хлорофоса Алберт мне тут допросы учинял, а я его еще потом жалела за свой недипломатичный ответ?!
Переглянулась с Хлоей. Она тоже недоуменно хлопала глазами.
– Что-то не так? – осторожно поинтересовалась Эрсель.
– Я думала совсем на другого… кавалера.
– На Алберта… – выдохнула гостья. – Получается, ты была права тогда, у пруда.
– Странно все это…
Ладно, подумаю об этом потом… Что-то я еще хотела спросить у Эрсель? Что-то, что ускользает, не дается в руки, как мальки на мелководье. Сколько ни пытайся их поймать, они все равно… Мальки… Мелководье…
– Эрсель, а каким образом Джордж окажется в составе делегации Фонландии, если торжество будет почти семейным?
– Потому что он племянник короля.
– Племянник?! Вот хлор…
– Ты что, не знала?
– Не-а… – посмотрела на Хлою. Она отрицательно покачала головой. Тоже не в курсе. Хм… – Погоди, у короля нет ни братьев, ни сестер, законнорожденных, по крайней мере.
– Он племянник его покойной жены, королевы Юлии.
Двоюродные братья… Аха… Оба носят одно и то же имя. Аха… У них с фантазией что-то…
– Зачем же они братьев одним именем назвали? Джордж, Жорж…
– Это их родовое имя, – пожала плечиками Эрсель. – Так завещали предки. Но они все-таки зовут себя немного по-разному. Если бы Алеард не противился имени Георг…
– А почему Алеард? – вступилась за жениха Хлоя. – Георгом может зваться любой из них!
– Получается, у них вкусы на имена совпадают, – хихикнула Эрсель. – Хорошо с вами, девочки, спокойно… А мне все-таки пора. Буду очень рада вновь с вами увидеться! До встречи!
– До встречи, Эрсель! Сиять тебе на балу!
– Непременно!
Спасибо Эрсель, что отвлекла хоть немного от невеселых дум.
Вольф вернулся ко мне совсем поздно, да и то лишь для того, чтобы пожелать спокойной ночи. Он был все еще задумчив, но нервное напряжение прошло.
– Петь, прости меня за несдержанность. – Звездочки в его глазах мерцали золотистым светом, заставляя меня забывать, где я, кто я… – Я просто обалдел от известия, что ты теперь – принцесса. И… я рад за тебя. – Он нежно коснулся губ.
Его поцелуй я никогда не спутаю ни с одним другим. Он не требовательный, а ласкающий, зовущий, манящий. И я иду за ним безропотно, безоглядно. Я уношусь на крыльях его любви в волшебный мир чувств, томительных ласк, жадных взглядов, трепетных рук.
И пусть будет что будет!
Его тревога не улеглась. Он загнал ее глубоко-глубоко, спрятал… от меня.
Боится, что мой новый статус может помешать нам? Да ведь мне абсолютно все равно, какой у него титул, есть ли у него банковский счет, имеет ли он виллу на морском побережье. ВСЕ РАВНО!!!
Не тревожься, любимый! Не волнуйся! Король Бернард усыновил, тьфу, вечно путаю, удочерил герцогиню Алфею Олмарк. Ну и пусть! Наверное, им будет о чем поговорить… А с тобой остается твоя Петра, студентка, техномаг-алхимик, задорное пугало…
– Во-о-ольф…
Я так люблю называть его по имени. Во-о-ольф-ф-ф. Его можно произносить на разные лады. Можно произнести резко, как хлопок. Можно промурлыкать, растягивая о-о-о. Можно прошипеть, как рассерженная кошка, делая акцент на ф-ф-ф. Я люблю призывно урчать…
– Да?
– Не думай о моем новом титуле…
– Не думаю…
– Он не имеет никакого значения…
– Никакого…
– Меня… зовут… Петра…
– Я знаю…
Больше мы к этой теме не возвращались. Я успокоилась. Оказалось, зря.
Но это я поняла гораздо позже, в день перезахоронения королевы Мелиссы, и целую неделю была беззаботной, влюбленной… слепой и глухой.
С таким диагнозом должны давать инвалидность и льготные лекарства для скорбной головы.
Почему такое самобичевание? Потому…
Потому что каждый здравомыслящий человек должен сразу заподозрить неладное, когда ни с того ни с сего все друзья, словно сговорившись, начинают развлекать его беседами да разговорами. Придумывать проблемы, которые решить можете только вы, потому что решать их в принципе и не надо. Просто надо занять ваш свободный вечер, так как возлюбленный торчит в лаборатории, корпя над формулами.
Пожаловаться на друзей я, конечно, не могу. Услышала много интересного и познавательного. Например, откуда у Селены взялся меч Глеан, за которым охотились все боевые маги мира?
Кстати, после уничтожения рыцаря-хранителя Селена сменила свои кудельки на профессиональные косы боевиков. Новая прическа сделала ее другой. Не старше, не значительнее, а достовернее, что ли. Из ее облика исчезла наивность, уступая место уверенности, не путать с самоуверенностью.
А меч, как оказалось, она просто достала из тайника, находящегося в Высшей школе магии. Собственно, это был не совсем тайник. О его месторасположении знали не только все преподаватели школы, но и ученики. Так как полное название данного учебного заведения было: Высшая школа магии меча. Этот меч был талисманом школы, ее центром, ее основой. Великий маг Глеан когда-то создал этот меч, поместив в него часть своей магии, часть себя. Этот меч сделал своего хозяина непобедимым. Уйдя на покой, маг основал школу, завещав свой меч тому, кто разгадает его тайну.
Многие маги пытались завладеть легендарным мечом. Но он дался в руки ученице школы, которая без особых усилий достала его из магических цепей.
– И как тебе это удалось? – Хлоя с удивлением рассматривала меч, который спас ей жизнь. В ее руках он был матово-серым и казался абсолютно обычным.
– Проще некуда, – загадочно улыбнулась Селена. – Я не знаю почему, но все на свете считали мага Глеан мужчиной.
– А разве это не так? – Хлоя провела пальцем по лезвию. От ее прикосновений по клинку пробежала золотистая световая дорожка.
– Разве ты сама не видишь? Глеан и тебя почувствовала!
– Кто меня почувствовала? – Хлоя даже руки от меча убрала.
– Ты хочешь сказать, – поняла я, куда клонит Селена, – что Глеан – женщина?
– Совершенно верно. – Она забрала меч у Хлои и так же провела пальцами по лезвию. Меч, почуяв руку хозяйки, отозвался легким звоном, вытянулся и сменил цвет на серебристый. А от камня в рукояти, как и в прошлый раз, по клинку пробежала голубая змейка. – Великая магиня Глеан. На пороге смерти она перенесла свою сущность в этот меч полностью. Мне еще на седьмом курсе приснился сон о том, как девушка кует меч. Я тогда не придала ему значения. А потом словно знание пришло: это она, Глеан, и ее меч. Все просто!