Чтение онлайн

Юноша почувствовал, что у него от волнения перехватывает дыхание. Сильный спазм сдавил ему грудь. Кирим много раз уже твердил Артуру о его незаурядной смелости. Юный армут воспевал это его качество, как одно из самых достойных, которым он и сам, верно, страстно желал обладать. Однако армут все же недооценивал, что Артур в действительности ужасно боялся жестокого хозяина шатров; боялся до дрожи, до судорог в ногах. В подобное сложно поверить, особенно учитывая постоянное непослушание Артура и его вызывающее поведение, но это было совершенной правдой. И вот сейчас бедный юноша будто бы снова встретился с тем, кого мечтал забыть все это время. Наверное, он так бы и стоял на одном месте, обездвиженный, в каком-то немом ужасе глядя на хозяина, но, к счастью, ему пришли на помощь.

– Что стоишь, как неродной, садись, благодетель угощает всех! – противным голосом проговорил Артуру какой-то грязный оборванец и потеснился за столом, давая ему сесть. Юноша тут же воспользовался приглашением, ибо так он мог дольше оставаться незамеченным. Люди, сидевшие за столом, ели руками, кидались друг в друга остатками еды, вопили, ссорились, выкрикивали ругательные словечки; словом, тут царила совершенно невообразимая атмосфера, которая, как ни странно, ужасно нравилась Карму. Хозяин напоминал малое дитя; он визгливо смеялся, сам кидал в остальных рассыпчатый рис, который беспорядочно разлетался по всему помещению, бессвязно шутил и неприлично много пил. Артур старался присматриваться к каждому посетителю; в действительности, охотником мог оказаться любой из них. Неужели Карм не подозревал о существующей опасности? Неужели не знал, что в последнее время в Мире чудес появились неусыпные каратели?

В какой-то момент хозяин вдруг хлопнул в ладоши и капризным голосом приказал:

– Я желаю откушать кофе!

В этот же миг какая-то девушка поставила перед ним жестяной поднос, на котором стояла миниатюрная армутская чашка с благоухающим напитком. Артур внимательно посмотрел на вошедшую. Значит, рабство по-прежнему процветает в шатре Ролли? Значит, сын решил пойти по стопам отца? К своему огромному удивлению, юноша сразу узнал рабыню. У нее были длинные черные волосы, очень красивые, блестящие, как грива у Джанука. Но, увы, лишь это сокровище добавляло ее образу лоска и красоты, ибо все остальные черты ее внешности, весь ее облик и фигура оставляли желать лучшего. Девушка была бледна, излишне худа, лицо казалось слишком трагичным для ее возраста, кожа на руках была сухой и потрескавшейся. Было видно, что она работает дни напролет, не жалея сил и молодости. Впрочем, сквозь эту бледность и худобу, все же просматривалась былая армутская красавица.

Поставив кофе перед господином, девушка стремительно выбежала из комнаты. Ей вслед понеслись скверные мерзости, сопровождаемые соответствующими жестикуляциями. Как показалось Артуру, глаза служанки горели яростным огнем, как у хищной змеи перед тем, как она намеревается укусить свою жертву. Артур подождал какое-то время, а затем, пользуясь всеобщей сутолокой и оживленностью, встал из-за стола и проследовал за таинственной девушкой. Она скрылась в одной из узких улочек лабиринта, которая, видимо, вела в какое-то хозяйственное помещение. Юноша поспешил за ней и, еще до того, как она скрылась за очередным поворотом из платков, осторожно взял ее за локоть.

Девушка сильно вздрогнула всем телом и обернулась. Они стояли в узком темном проходе совсем одни, тут не было торговцев; видимо, этот путь предназначался для слуг, которые должны были подносить еду своим господам.

– Ты узнала меня? – тихим, отчего-то хриплым голосом поинтересовался Артур. Девушка медленно, как завороженная, кивнула головой. Ее лицо, и без того бледное, сейчас стало совсем белым, как мука, из которой слуги пекли лепешки с сыром.

– Ты, должно быть, пришел отомстить? – вдруг скороговоркой проговорила она. Артуру стало смешно.

– Ну что за глупости? – возразил он.

– Ах, нет, иначе ты не вернулся бы сюда! Но смотри, если хочешь отомстить, то давай, сделай это прямо сейчас, пока вокруг никого нет! Тебе это скорее всего сойдет с рук, ведь сегодня такой переполох, разве кто отыщет в подобной суете виновника? – тяжело дыша от плохо скрываемого волнения, гордая девушка приблизилась к юноше. – Только медлить не надо, сюда может кто-нибудь зайти… Где твой кинжал?

– Ах, Тилли, ты сошла с ума, – поморщился Артур. – Я вовсе не собираюсь никому мстить. Давай отойдем куда-нибудь, мне надо с тобой поговорить, и чем быстрее, тем лучше.

– Боишься сделать это здесь? Хорошо, пошли в более темное место. Надеюсь, у тебя не дрогнет рука, и все пройдет быстро, – проговорив все это в какой-то болезненной лихорадке, девушка схватила Артура за руку и увлекла за собой. Юноша и оглянуться не успел, как они очутились в еще одном помещении, огражденном ширмами, очень маленьком, тесном и темном. Единственное преимущество этого места было в том, что отсюда, через небольшое отверстие в перегородках, просматривалось основное помещение, где вальяжно сидел за столом хозяин со своими гостями.

– Потом, как все закончится, пойдешь туда, направо, и ты сможешь, не заходя в главный зал, пройти к выходу. А мне и так жизнь немила, чтобы я ею особенно дорожила, – Тиллита с вызовом посмотрела на юношу, который ужасно удивился, увидев, какие перемены произошли с прежде властолюбивой, эгоистичной и себялюбивой девочкой. От той своевольной армутки остались лишь гордость и смелость.

– Тилли, я оказался здесь… Вовсе не по тем причинам, которые пришли тебе в голову. Словом, я хочу помочь. Ты слышала об охотниках? – проникновенным голосом проговорил Артур, искренне надеясь, что девушка захочет его выслушать.

– Охотники? – усмехнулась Тиллита, с интересом посмотрев на неожиданного гостя. – Ты-то откуда про них знаешь? – в ее голосе невольно прозвучала прежняя властная нотка, будто перед ней вновь оказался ее раб.

– Сегодня они придут к вам в шатер и перебьют всех, кто тут находится. Вам угрожает страшная опасность!

– Ах, да мне все равно, совершенно все равно! – в отчаянии всплеснула руками девушка. – Моя жизнь так мало похожа на прежнюю, что уже дорожить ей не стоит.

– А что случилось?

Девушка стала ломать руки, не решаясь, впрочем, ничего сказать. Казалось, она не знает, можно ли доверять своему бывшему слуге. Но потом она все же не выдержала и произнесла:

– После смерти отца все изменилось. Сначала умерла мать, а потом… Мой сумасшедший братец прибрал к рукам всю власть и сделал меня… Меня… Ах, впрочем, и не нужно тебе этого знать. Только я уже не живу здесь на правах хозяйки. Карм решил, что может сделать меня бесправной рабыней, как бы в наказание за то, что я не поддерживала его в спорах с папашей. Других же рабов он распустил. Теперь у нас только наемные работники, я, можно сказать, совсем одна, и он измывается надо мной, как хочет, – девушка осеклась, прикусила губу и внимательно посмотрела на Артура. – Но ты ведь, Бат, – с юродством паясничая, наконец, проговорила она, – ты, верно, думаешь: «И поделом ей!», да?

– Меня зовут Артур, – тихо поправил ее юноша. – И я так вовсе не думаю.

Лицо его было серьезно, а глаза смотрели с такой искренней жалостью, что бывшая госпожа вдруг истерически разрыдалась, совсем забыв правила приличия. Артур с грустью смотрел на нее, своего бывшего врага, на ту, что вполне поддерживала отца в его жестокостях по отношению к рабам, а сейчас сама оказалась на их месте.

– Значит, охотники придут сегодня? – наконец жалобно проговорила Тилли, перестав плакать.