Чтение онлайн

– Бессмысленно отсюда убегать, новичок. Во-первых, вокруг непроходимые болота, как ты уже мог заметить. Во-вторых (и это самый главный аргумент), только Доргейм сможет нам по-настоящему помочь.

Джехар с такой искренней верой произнес свои слова, будто Доргейм-штрасс в действительности являлся не обычным исправительным заведением, а неким одушевленным лицом, не только не лишенным добросердечности, но также и впрямь способным кому-то оказать помощь.

– Понимаешь, он на нашей стороне… – совсем уже загадочно добавил вожак, чуть приглушив голос.

– Кто? – не сумев сдержать иронии, все же поинтересовался Артур. Вместо ответа Джехар обвел рукой пространство вокруг себя, будто очертив таким образом некоего воображаемого помощника всех обездоленных и униженных.

– А я в это не верю. Хотя нет, не так. Я ни во что не верю, – вдруг цинично выговорил Чанг, смачно сплюнув на землю.

– Что же ты тогда не сбежишь, братец? – удивленно и вместе с тем ласково спросил Азор.

– А мне наплевать. На все. И на себя в том числе, – угрюмо бросил Чанг и вновь замкнулся в себе. Он производил впечатление жалкого и озлобленного на весь мир волчонка.

– Директор обитает в третьей мшистой кочке слева от Гнилого болота, – сказал Джехар, видимо, наивно полагая, что данные разъяснения как-то помогут новичкам отыскать логово директора.

– Третья мшистая кочка, я так и думал. А от какой точки начинать считать? – не удержался от иронии Артур. – И что, кстати, ты подразумеваешь под гнилым болотом, Доргейм-штрасс?

Спайки весело хохотнул, а вместе с ним и Четверка, подражая своим старшим товарищам.

– Хорошо, что Одди тебя не слышит.

– Да, только она почему-то все время на меня смотрит, – сказал Артур, покосившись в сторону таинственной девушки.

– А что ж ей не смотреть на такого красавца? – опять хохотнул Спайки, впрочем, не без зависти. – Ты даже с грязью на роже будешь за версту светить. Но тебе все же не повезло, приятель, ведь наша дама как раз таких особенно не любит.

– Хватит! – грозно шикнул Джехар и дал насмешнику легкий подзатыльник. – Надо идти.

Жаба с готовностью вскочил со своего места; казалось, во время всего завтрака он только и ждал этого повеления.

– Третья кочка, третья кочка, – с ужасным беспокойством шептал он про себя, судорожно пытаясь сообразить, куда ему следует держать путь. Задавать уточняющие вопросы он не смел, а ослушаться приказа – и того подавно.

Азор, с сомнением глядя на него, покачал головой.

– А я все-таки провожу вас, новички. В Зловещих топях очень легко заплутать и сгинуть без следа. Джехару наплевать на вас, а мне нет.

С этими словами благообразный юноша грациозно поднялся на ноги, лениво потянулся и, поманив за собой Жабу, стал уводить его куда-то в дремучие заросли, подальше от столовой. Артур хотел было последовать за ними, но Джехар настойчиво удержал его за плечо.

– Не торопись, – шепнул он ему на ухо.

– В чем дело?

Лицо главаря, к большому удивлению Артура, вдруг залилось краской.

– Я хотел сказать тебе кое-что… По приезде у вас забрали одежду и личные вещи. Обычно все шмотки сжигают на костре, чтобы заключенные не передавали друг другу заразу и блох, но сперва ее тщательно просматривают. Золото, если таковое имеется, тырят себе. А если какие другие вещи… То могут просто выкинуть или сохранить из любопытства.

Артур с безразличием пожал плечами.

– У меня при себе не было ничего ценного.

– Ценного – нет, но надзиратель показал мне кое-что любопытное, принадлежавшее тебе. Смотри, – с этими словами Джехар ловко достал из кармана какой-то загадочный черный предмет. Артур сразу же все вспомнил, и сердце его сжалось от непреодолимой грусти.

Это был сушеный жук, подарок Тода. Для иного человека подобная вещица покажется сущей безделушкой – даже весьма малопривлекательной безделушкой, но Артур был искренне убежден, что для беруанца данный дар носил особый смысл: он делился самым дорогим и сокровенным, как бы частичкой своей души. Ужасно жаль, что последующие трагические события безжалостно разорвали ту хрупкую нить взаимопонимания, которое установилось между ними хоть на какое-то непродолжительное время.

Артур, надо сказать, по-прежнему продолжал считать Тода другом. Благородный юноша всегда верил в лучшие качества человека; он был искренне убежден, что даже самый подлый предатель может однажды исправиться, равно как и закоренелый преступник. Что уж было и говорить о Тоде, который не являлся ни тем, ни другим. Просто беруанец затаил на него обиду, но подобные эмоции обычно преходящи. По крайней мере, Артур всем сердцем надеялся, что настоящая дружба сильнее всяких обид и недомолвок.

– Эта вещица нужна тебе? – поинтересовался Джехар, с нескрываемым интересом вглядываясь в изменившиеся черты юноши.

– Да, я бы забрал его, – тихо ответил Артур.

– На, держи, – Джехар неловко сунул ему в руку жука. – Мы жестоко избили тебя в первую ночь в камере… Доргеймцы всегда так поступают с новичками, но почему-то именно теперь я осознал, что это, наверное, подло и недостойно. С другой стороны, мы все равно будем продолжать так делать, ведь систему не изменить. Если порядка не будет, ничего не получится.

Артур удивленно приподнял брови.

– А что должно получиться?

– Об этом, думаю, тебе расскажет старик.

– Старик?

– Директор. И еще, Бунтарь. Будь я на воле, непременно захотел бы с тобой подружиться. Я не знаю причин, по которым ты оказался здесь, да и не хочу знать. Уверен наверняка, что ты не причастен ни к чему дурному. Я не вижу в тебе ни малейшей лжи и притворства. Но, несмотря на мои симпатии, в стенах Доргейма я твой главный, улавливаешь суть? А ты мой подчиненный. Мои приказы не обсуждаются. В свою очередь, я не буду оскорблять тебя и просить чего-то такого, что может задеть твою гордость. В первый день, признаюсь, я хотел испытать тебя. Мы всегда унижаем новичков, чтобы понять, из какого теста они слеплены. В том деле, которое нас всех ожидает, нужны верные умы и храбрые сердца. Теперь же, когда экзамен пройден, я знакомлю тебя с основным правилом. Мое слово для тебя – закон. Повеления вожаков просты и касаются в основном трудового распорядка – работы, учебы и чистки камеры. Надеюсь, ни у кого не появится мысли, что ты недостаточно послушен.

– А что произойдет в противном случае? – с нескрываемым интересом спросил Артур, а губы его по инерции сложились в некое подобие бунтарской ухмылки. Джехар сильно побледнел и опустил голову.

– В противном случае мне не поздоровится, – наконец тихо признался он.

Артур качнул головой.

– Я постараюсь не подставлять тебя, – ответил он, немного, впрочем, замявшись.

Джехар, Джехар. Я постараюсь в открытую не подставлять тебя, но это не помешает мне начать планировать мой скорый побег.