Чтение онлайн

Наверное, с земли было бы любопытно наблюдать за этой битвой двух прекрасных животных, которые даже сражались грациозно. Однако вряд ли кому из очевидцев захотелось бы оказаться на месте Артура. Нужно быть безумцем, чтобы желать оказаться втянутым в эту стихию.

Баклажанчик отбивался как мог, но ему было тяжело – ведь на его спине все еще находился всадник, который сильно стеснял его в движениях. Наконец, ему в голову будто пришла какая-то идея, и он камнем резко полетел вниз. Белый единорог успел лишь выдернуть у него из хвоста клок фиолетовых волос. Баклажанчик спускался с такой скоростью, что у Артура потемнело в глазах. Еще мгновение – и бедняга съехал по спине единорога в снег, сильно ударившись головой о поваленное дерево. Последнее, что Артур помнил – это то, что его новый друг пытался защитить его теперь уже на земле. Фиолетовая кожа окрасилась кровью.

– Улетай! – отчаянно прошептал ему Артур и провалился куда-то в темноту.

Артур с трудом разлепил глаза и с удивлением обнаружил, что находится в какой-то незнакомой комнате. Кисло пахло уксусом и приторно – сиропами. Артур помнил эти запахи с детства – когда он заболевал, то дом Левруды превращался в больницу, где все пропитывалось всевозможными лекарствами, зачастую очень неприятными…

Голова была как чугунная, а события вчерашнего дня казались сном.

– Проснулся? – полная, добродушная на вид женщина в зеленом халате подскочила к нему и начала выполнять странные движения руками, от которых у Артура сразу закружилась голова.

– Древняя медицина, – пояснила она, видя, что Артур слабо понимает суть происходящего.

– А-а-а, – кисло протянул юноша, впрочем, так ничего и не поняв.

– Ты ударился о дерево. На лбу вскочила небольшая шишка, но это не страшно, жить будешь, – успокаивающим голосом сказала незнакомка. Ей явно было неизвестно то, что Артур во время своей суровой жизни в Клипсе уже давно привык ко всякого рода травмам, так что пустячная шишка вряд ли могла всерьез обеспокоить его. Однако имелись вопросы и поважнее.

– Где я?

– В Троссард-Холле, мой милый.

– Каком холле? – переспросил Артур, проигнорировав нежное обращение доброй женщины, и тут же встрепенулся. – Мой единорог, он…

– Думаю, с ним все в порядке. Единороги сильные животные, они могут за себя постоять. Он улетел.

Артур вспомнил кровь на спине Баклажанчика, и ему стало совсем грустно. Всего один полет, но как он успел к нему привязаться… Тем более, как показалось Артуру, добрый единорог словно пытался защитить его, рискуя своей собственной жизнью.

В этот день юноше дали отвратительный вязкий суп с гренками и не разрешили сделать ни шагу, словно он действительно был тяжело болен и не мог передвигаться самостоятельно. На все дотошные вопросы Артура врачи отвечали уклончиво, и из их скупых ответов практически ничего нельзя было выяснить. Юноша с трудом понимал, где он находится, далеко ли Клипс, сможет ли он оповестить Левруду о том, что с ним все в порядке и, наконец, что случилось с его фиолетовым единорогом. Получилось ли у Баклажанчика в действительности улететь, и встретится ли еще когда-нибудь с ним Артур?

Юноше не пришлось слишком долго находиться в полном неведении – на следующий же день его выписали. Выйдя из маленькой комнатушки больницы, Артур попал в зал причудливой формы с массивными колоннами, которые без малейшего усилия удерживали на своих плечах гигантский купол с ровным круглым отверстием посередине. В это отверстие проникал такой теплый солнечный свет, какой бывает только в благодатный оюньский денек. Мраморные скульптуры, изображавшие лесных зверей, осторожно выглядывали из-за колонн; чудилось – только моргни, и они попрыгают в разные стороны, как живые. Удивительное то было место и чудесное; оно бы пленило всякого, кто впервые там оказался.

Огромное пространство казалось совершенно пустым, однако спустя некоторое время послышался стук падающего камня – скульптура зайца покачнулась и упала наземь, как если бы желала обернуться другим зверем, либо же, что куда более вероятно, она просто стала жертвой чьей-то неуклюжести.

– Кто здесь? – поинтересовался Артур, и голос его таинственным эхом пролетел меж статуй.

Из-за одной из колонн показался сначала длинный чубчик, а за ним и его обладатель – паренек, приблизительно одного возраста с Артуром. Мальчик задорно улыбнулся, и смешливые искорки замелькали в его глазах.

– Привет. А я тебя ждал. Меня зовут Тиннарий.

Артуру, конечно, было приятно, что его кто-то ждет в этом незнакомом месте, однако он решительно не понимал, с какой целью.

– Эм… Привет. Я Артур, – ответил он.

– Я все про тебя знаю, – похвастался незнакомец, горделиво выпятив вперед свой длинный чубчик. – Подслушал разговор нашей директрисы.

– Директрисы? И что именно ты знаешь? – совсем растерялся Артур.

– Ты будешь учиться в Троссард-Холле. Тебя решили взять без вступительных экзаменов, и знаешь, почему? Ты сам летал на единороге! Вы были с ним одним целым! Мы это называем Кадоросамой. И ты думал, как он! Мы все стремимся к этому, но у тебя получается непревзойденно. И не только это. Ты смог уцелеть в настоящей воздушной битве! Ты молодец!

– Гм… – смущенно пробормотал Артур. Будучи от природы скромным, он был напрочь лишен тщеславия и высокомерия, а бурные похвальбы в его адрес доставляли ему лишь одни неудобства. Тем более, что полет на единороге – заслуга вовсе не его, а самого единорога. И мальчик, конечно, не удержался бы на его спине и полетел вниз, вслед за тем, другим всадником, если бы Баклажанчик сам не захотел удержать Артура на своей спине.

– Ничего такого не было. Этой кадо…самы. Я никогда раньше не летал, и едва удержался, чтобы не свалиться со спины единорога.

Но парня было не так-то легко разубедить.

– Нет, нет. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я все знаю про всадников, даже их картинки собираю. В моем гнездиме все ими завешано, – зачем-то похвастался Тиннарий, и Артур улыбнулся – так забавно и нелепо выглядел его поклонник.

– Гнездиме? Что это? – задал мальчик первый пришедший в голову вопрос, который почему-то необычайно рассмешил незнакомца.

– Ну ты даешь! Ты так шутишь, да? Ты что же, на голой ветке, что ли, спишь?

Артуру вдруг начало казаться, что его собеседник немного, как говорится, «ку-ку». Ведь они сейчас в больнице, может, Тиннарий – один из пациентов? Говорит про какие-то голые ветки, кадоросамы, гнездимы. Артур уже хотел было потихоньку ретироваться, когда в зале вдруг раздались чьи-то шаги.

Вошедшая дама была очень высокой, если не сказать даже слишком длинной; с худощавым острым лицом и сильно выдающимся вперед подбородком, который, казалось, везде поспевал куда быстрее своей хозяйки. Плечи женщины были уютно укутаны белой шалью, сухая подтянутая фигурка облачена в длинное платье в пол. Строгая и важная, с тонкими, почти незаметными губами, она строго посмотрела на мальчиков и нахмурила брови.

– Как всегда уже осведомлены, господин Тиннарий? – с иронией спросила она.