Чтение онлайн

– Сюда! – перепрыгнув кусты, крикнул молодой чеченец с зеленой лентой на лбу.

– Правильно мы сделали, – усмехнулся подошедший с тремя боевиками бородач, – что не стали рисковать. Теперь он все скажет. А то в Грозном захотел спрятаться…

– Зря он пошел, – сказал Илья. – Его наверняка кто-нибудь узнает. Сам говорил, что их уже могут искать.

– Леха – кент Казбича, – буркнул Борис. – Может, обойдется у него. Убили или взяли?

– Узнаем, – нахмурился Богатырь. – Надеюсь, Казбич вернется. А это его кличка или имя? Давно спросить хотел.

– Имя.

– Хорошо, машину оставил, – заметил сидевший за рулем Денис. – Права здесь не проверяют. Хотя, если Казбича ищут, его машину знают. Значит…

– Машину не знают, – вмешался Борис. – Здесь имей автомат и бери любую у того, у кого автомата нет.

– Тогда поехали, – сказал Денис. – Если Казбич придет, то…

– А если Светлый на дом наведет? – буркнул Богатырь. – Надо, по-моему, валить из Грозного, пока не поздно. А то заявятся туда духи, сделают нам козью морду – и все, поминай как звали. Ладно если сразу пришибут, а то ведь пытать будут.

– Там Малика, – обернулся к нему Денис, – ее нельзя оставлять.

– Она по масти ихняя, то есть по национальности, – поправился Илья. – Ни хрена они ей не сделают. Да и не докажут ничего…

– Ты же сам знаешь, – напомнил Денис, – что они и доказывать ничего не будут. Малику нельзя оставлять.

– Так что же? – повысил голос Богатырь. – Из-за бабы…

– Ты об Исе забыл? – спросил Борис. Словно подавившись, Богатырь умолк. – Проедем в ту сторону, – сказал Борис. – А там и думать будем.

– Ну что? – Боевик ударил по лицу привязанного к дереву Светлого. – Очнулся, неверный? – Он сильно ударил Алексея в живот кулаком. Тот широко открыл рот, пытаясь вздохнуть. Боевик снова ударил его в лицо.

– Стой! – остановил боевика лысый бородач и спросил Алексея: – Почему ты стрелял? Кто ты? Как в городе оказался?

– Да иди ты, сука! – сумел хрипло выдавить из себя Светлый и плюнул ему в лицо.

Бородач отступил на шаг. Одним движением вырвал из ножен кинжал. Лезвие тускло блеснуло у живота Алексея. Тот, дернувшись, захрипел. По разрезанной рубашке, чуть ниже солнечного сплетения, потекла кровь. Снова блеснул кинжал. Светлый с криком повис на обматывающих его веревках. Правая его ляжка была распорота до колена. Вытеревшись, чеченец резко поднял руку с кинжалом. Отрубленное левое ухо, упав на плечо Алексея, соскользнуло вниз.

– Где в городе жил? – спросил лысый. – Сколько вас? Зачем пришел? – Алексей, мотая головой, что-то простонал. – Я буду разрезать тебя по кусочкам, – зловеще улыбаясь, пообещал чеченец. – Ты мне все равно скажешь. – Острие кинжала уперлось в правый глаз Алексея.

Стоявшие полукругом боевики, посмеиваясь, о чем-то тихо говорили. Алексей с трудом сумел сделать вдох. Его левый глаз, дрогнув, замер. Лысый понял, русский кого-то умоляет взглядом.

Щелкнул пистолетный выстрел. Пуля вошла Алексею в лоб. И тут же раздался второй выстрел. Вскинув оружие, боевики шарахнулись в стороны. Из ослабевшей руки Казбича выпал ПМ. Он упал на спину. Небольшая дырочка в рубашке напротив сердца заполнялась кровью.

– Бросаем машину, – решил Бабич. – И уходим. Они ищут кого-то.

– Нас, – буркнул Илья. – Сдал нас Светлый. Я ему…

– Если бы сдал, – возразил Денис, – они бы уже дом обложили. Они не знают, кого ищут. Надо сделать вид, что мы тоже с ними. – Он указал на четверых бородатых славян.

– Тут чисто! – кивнув на ближайший двор, крикнул Бабич.

– Может, их и было всего двое, – буркнул рыжебородый здоровяк. – Это чеченка одна воду намутила – мол, здесь моя знакомая с русскими, разведчиками федералов. А у них справки имеются.

– Что случилось? – спросил Борис. – Мы идем, слышим – стрельба началась. Ну и рванули на помощь.

– Один чеченец машину расстрелял, – ответил рыжебородый.

– Не чеченец, – поправил его невысокий щуплый мужчина с козьей бородкой, – русак. А чеченец убил его, когда из него начали показания выбивать. Точнее, вырезать! – хохотнул он. – Пузяку распороли. Ногу. Ухо отсекли. Умеют чеченцы разговор вести.

– Пойдемте вон туда, – предложил рыжебородый, – а то здесь светиться нельзя. Засекут чеченцы, и все, хай кто-нибудь поднимет.

Борис и его товарищи пошли за наемниками во двор полуразрушенного, явно нежилого дома.

– С той войны остался, – кивнул на дом рыжебородый. – Досталось тогда армии. Да и сейчас, если попрут в город, положим здесь немало… – Остановившись, он подмигнул смотревшему на него Борису.

Двор был пустой и захламленный.

– Говоришь – положим? – недобро спросил Богатырь. Рыжебородый непонимающе повернулся к нему. – Ты откуда есть-то?

– Саратовский, – ответил рыжебородый. – А вы…

Илья страшным ударом в переносицу сбил его с ног. И тут же ударил локтем в живот второго. Видимо, ожидавший такого поворота событий Денис коротко и резко ткнул стволом автомата в солнечное сплетение третьего. Бабич рубящим ударом ребром ладони по сонной артерии свалил четвертого.

– Ты что делаешь? – зло спросил он Богатыря. – Под монастырь подводишь! Ты придержи свой патриотизм!

Борис, Илья и Денис добили боевиков. Присев, Бабич начал обыскивать рыжебородого.

– Он похож на того, – заметил проверявший карманы второго Денис, – который подходил к тебе, Борис.

– Я сначала подумал, что это он и есть, но тот вроде помоложе был.

Илья с пулеметом в руках зорко осматривался кругом.

– Баксы! – Бабич вытащил из кармана бородача двести долларов.

– У этого сто, – улыбнулся Денис. Они начали обыскивать последних. – Значит, Казбич убил Светлого, – вспомнил слова рыжебородого Денис. – Правильно сделал. Но себя-то зачем? – недоумевающе спросил он и тут же ответил сам: – Значит, боялся, что времени не будет. А Леху застрелил, чтоб не мучили. Правильно сделал. И по-товарищески, и по-горски. Хозяин за гостя в ответе.

– Уходим, – поднимаясь, приказал Борис. Осмотрев тела, недовольно добавил: – Засветились мы, надо уходить из Грозного.

– Я против, – не согласился Денис. – Пока им прилично крови не попорчу, не уйду.

– Прилично – это как? – спросил Илья.

– По большому счету, – кратко отозвался Калмыков.

– Очень понятный ответ, – усмехнулся Богатырь.

– Ты про мальчишек забыл, – напомнил Борис. – Я своей идеей насчет Басаева перегорел, голый номер. По рынку, правда, загул получился. Казбич говорил, что обычно там народу меньше бывает. Ладно, сидим пару дней, потом посмотрим.